Страница 12 из 24
– Да, я помог ей спрятаться. Вырвавшись из Тартара, Гару нашла меня. Чуть не убила, увидев, что я нисколько не удивлён её новому облику. Но я объяснил всё точно также, как и вам. Вот, правда, про то, что ей непременно нужно не расставаться с этим жезлом, я и сам не знал. Она боялась, что её будут искать и заставят делать что-нибудь ужасное. А Олимп и вовсе попытается уничтожить её. Поэтому спасение она видела в том, чтобы покинуть Землю. Так уж вышло, что я единственный, кто знает, где сейчас странствует её отец… – Только сегодня, на собрании, Аид и Калеб узнали, что Аполлон снова покинул Землю лет двадцать назад. До Чистилища информация доходит с существенными задержками. – Она попросила меня помочь найти его. Между прочим, – Гермес поднял указательный палец, – я настаивал, чтобы она сначала сообщила тебе о своих планах, дядя! Но госп…, девочка наотрез отказалась являться сюда. Наверное, боялась, что ты призовёшь остальных богов. Или не хотела, чтобы её видели в новом обличье… – Последнюю фразу Гермес произнёс, взглядом пронзая насквозь Калеба. Тот, также взглядом, дал понять, что Гару нечего было бояться. – Как бы там ни было, – заключил бог хитрости, – я сдался и доставил её к отцу.
– С какой же скоростью она теперь летает? – Подсчитав возможные расстояния, скорость света и прошедшее время, поразился Гарри.
– О, нет-нет, – ответил ему бог подземного мира. – Видишь ли, Локи – единственный из богов обладает даром передвигаться по Вселенной со скоростью мысли. В дорогу он всегда может прихватить с собой одного-двух пассажиров.
Гермес нахмурился:
– Не говори обо мне, как о космическом корабле, дядя. Да, я отнёс её к отцу. Мигом бы обернулся, но там, где мы нашли Аполлона, мне снова пришлось объяснять всё с самого начала, на сей раз богу Солнца. Он тоже хотел причинить мне какой-нибудь вред. Так распереживался за свою дочь. И был уверен, что раз я – сын титаниды, то непременно приложил к этому руку. Гару за меня заступилась, – он довольно улыбнулся. – И вот я снова с вами! А отец с дочерью воссоединились. – Он, кстати, рад был её видеть, не смотря ни на что. – Торжественно подвёл он итог.
– А я думал, ты летаешь на крыльях ветра. Это, конечно, тоже быстро, но не так, как мысль, – задумчиво произнёс Гарри, пока Калеб с Аидом погрузились в размышления.
– Так и есть. Путешествуя по миру, я не расходую свои силы, а использую ветер. Он меня удерживает в пределах атмосферы, – Гермес снова усмехнулся и скользнул взглядом по своим легендарным сандалиям.
– Проще говоря, не даёт сбежать, – отозвался Аид. – Этот прохвост с лёгкостью приживётся на любой планете, дай ему только возможность не возвращаться на Землю. Но сандалии держат его в узде. Кстати, наведайся к Гефесту – пусть вернёт им былой блеск.
– И то верно, – согласился Гермес, нимало не смущённый замечаниями дяди. – Последнее время непривычно часто приходится бывать в Тартаре. На Олимпе-то они так не пылятся. – Вдруг он вспомнил что-то важное. Ах, да! О чём они только что говорили. – Так что вы решили?
– Нужно вернуть Гару. Объясни ей, что без неё осколок взорвётся, а Земля погибнет.
– Может, просто отнести ей жезл? – Предложил Гермес.
– Попробуй…
По лицу Аида, принявшему демонические черты, расплылась коварная улыбка, а глаза озорно загорелись лавовым светом. Гермес не заметил этого. Он резво подбежал к жезлу и протянул к нему руку. Калеб попытался окликнуть вестника, но Хозяин успел закрыть его рот огромной ладонью и подмигнул. Последовала вспышка молнии. Короткая, но яркая, с характерным треском и запахом. Бог-вестник с грохотом приземлился на пол возле стены. Ещё одна гранитная плита треснула, та, которой не посчастливилось оказаться под его спиной. В стене образовалась вмятина. Аид посмотрел на свою недавно обожжённую ладонь и с удовольствием отметил, насколько он всё-таки выносливее богов второго поколения. Но произнёс совсем другое:
– Какая жалость. А я думал, хотя бы у тебя получится. Видимо, демон был прав. Никто, кроме Гару, не совладает с ним.
– Да уж, – простонал Гермес, поднимаясь на ноги. Его трясло, он потирал ушибленные места. – Пусть полежит пока здесь. Я верну Гару. Захочет снова покинет Землю, только уже вместе с этой штуковиной. Почему она не взяла её сразу, кстати?
– Она разгромила дворец титанов и сбежала раньше, чем они успели сделать ей этот подарок.
Гермес молча кивнул. Он мог испариться уже сейчас, но этикет требовал откланяться и с достоинством прошествовать к выходу. Калеб догнал его в дверях.
– Возьми меня с собой! Я должен поговорить с Гару.
– Тебя бы она послушала, – ответил Гермес. – А мне, боюсь, придётся долго уговаривать её вернуться. Объяснять, что это не ловушка и всё такое. Но тебе нельзя покидать Землю. Ты – житель Чистилища. И пока твоя бессмертная душа под защитой нашего мира, она поддерживает себя в привычном виде. Дальше по курсу эти законы не действуют. С тобой может случиться, что угодно. Не хочу рисковать, тем более тобой, приятель.
Гермес замолк.
– Гермес?
– Да?
– Она теперь самое могучее существо?
– Это не опасно.
– Я знаю. Но если так, то ты будешь служить ей?
– Что ты хочешь этим сказать?
– А то, что тебе придётся стать не двойным, а тройным агентом. Насколько я знаю свою жену, она всегда имеет собственное мнение. И после всего случившегося оно вряд ли начнёт совпадать с желаниями Тартара или Олимпа. Это тяжело. Будь осторожен. Это всё, что я хотел сказать.
Гермес свысока посмотрел на слугу Аида. Они поняли друг друга. Бог кивнул, подобрал оставленный у двери собственный жезл с двумя змеями, щёлкнул каблуками сандалий и исчез.
Минут через сорок в Тронный Зал Чистилища медленно вошла тень.
Облокотившийся на один подлокотник и опустивший лицо в широкую ладонь, Аид почувствовал чьё-то присутствие. Он был один. Стражники, чтобы скоротать тягостное ожидание, приступили к прямым обязанностям – ходили по Дворцу и наблюдали. Однако гостю удалось проскользнуть незаметно. Даже Аид, глядя в упор, не сразу понял, кто перед ним. Тень сливалась с чёрно-гранитным убранством зала. Она приблизилась бесшумно и замерла возле трещины на полу. Когда подняла глаза и увидела безмолвный взгляд Аида, заговорила:
– Что здесь произошло, дядя?
Пока Аид, словно робот, рапортовал о случившемся, его мозг анализировал то, что видели его глаза. Высокая фигура. Плащ, очевидно, призван скрывать крылья. Массивные, отливающие медью волосы убраны в гребень. Черты лица те же, к которым он привык, но перенесённые волнения наложили глубокие тени. Из-за них лицо стало грозным и гневным. Чернота глаз тонула в черноте бровей и кругов под глазами. А, учитывая, что радужка приобрела цвет ночи и зрачки полностью терялись на её фоне, смотреть в эти глаза стало совсем невыносимо. Больнее всего Аида задели не торчащие из-под плаща костяные крюки, венчающие крылья, и острые, как кинжалы, клыки и когти. (Последние, кстати, не бросались в глаза своими размерами, однако, сразу было видно, что это оружие). Сердце старого бога ухнуло куда-то в низ живота, опустошив грудную клетку, когда он разглядел маленькие наросты по бокам большого мудрого лба. Самые настоящие демонические рожки. (А это как раз не оружие, но все обитатели Тартара, у кого есть рога, относятся к привилегированной касте. Величина рогов не имеет значения, в отличие от мира животных. Напротив, маленькие и аккуратные говорят о более высоком звании. Нелепость формы и чрезмерная ветвистость рогов говорит о происхождении из низов). Учитывая способность сливаться с фоном, можно сказать, что контроль над новым обликом постепенно совершенствовался. Аид понял – перед ним самое красивое и самое опасное творение Тартара. Понимают ли братья-титаны, как они рискуют, вверив такой непобедимой силе будущее планеты?
В конце дядиного рассказа Гару опустилась на одно колено и свободно подняла с пола свой жезл. Бога покоробило отсутствие всякого напряжения в этом её действии.