Страница 40 из 117
— Арх-хан, я хочу по-другому.
— Как по-другому?
Я нервничала, не зная, как описать мужчине то, чего хочу, не говоря уже о том, что менталитеты цваргов и ларков радикально расходятся во многих вопросах. Вдруг то, что я предложу, будет для Арх-хана оскорблением? И разозлит его?
— Ты приняла напиток из моих рук. Ты сама первая показала в лесу, что готова…
Вождь ларков явно терял терпение, и мне пришлось решительно его перебить.
— Я не отказываюсь. Я просто хочу… иначе. Не так как у вас принято. По-моему.
Арх-хан прищурил взгляд, словно раздумывая, верить мне или нет.
— Я сейчас поцелую тебя. А потом ты – меня.
— Что ты сделаешь?
Вселенная, а ведь я действительно не видела, чтобы на Ларке хоть кто-то целовался… Похоже, это слово ему неизвестно.
— Поцелую – значит… м-м-м… оближу.
— Оближешь? — Арх-хан нахмурился. — Но зачем? У меня нигде нет ран. И твоя слюна не вылечит, ты не ларка.
Я мысленно улыбнулась, вспоминая, как он ласкал мои ладони у лесного ручья. Выходит, он действительно обо мне заботился и хотел, чтобы они зажили как можно быстрее. И сейчас у этого дома он облизал мои ранки, не думая меня соблазнять…
И всё же разговор выходил странным. Я кожей чувствовала, как напрягся Арх-хан, ожидая с моей стороны какого-то подвоха или обмана. Неужели он так боится, что я сделаю ему больно? Я решительно откинула все мысли из головы и медленно нагнулась к ларку, приоткрыв рот. Если бы я сама не нервничала так сильно, то, наверное, нашла в себе силы посмеяться над ситуацией. Огромный мощный ларк, вождь целого клана, боится маленькой и беззащитной меня.
Я никогда не делала ничего подобного с мужчиной. Всё ещё нервничая, под внимательным взглядом ларка осторожно прошлась языком по шелковистой кожице. Вверх-вниз. Пряный мускатный вкус остался на языке, дразня чувствительные рецепторы. Арх-хан протяжно выдохнул, его плечи медленно расслабились. Похоже, он не верил мне до последнего. Странно, почему же тогда разрешил? Я повторила, а потом снова и снова. Вверх-вниз. Вдох-выдох. Волнение отступало, оставляя место лёгкой игривости и нарастающему возбуждению. Мне почему-то было важно, чтобы Арх-хану понравилось.
В глазах мужчины плескалось неприкрытое восхищение, что во мне проснулся дух озорства. А сколько он выдержит? Я облизнула губы и уже всосала его всего, не пробуя, а смакуя на вкус и понимая, что ещё никогда в жизни не получала столь острого наслаждения. Я хмелела от его дрожи, от рваного дыхания, от его утробного рыка и шершавых пальцев, что массировали мою шею и зарывались в волосы. Вверх-вниз. Вдох-выдох. Я забылась, где нахожусь и что делаю. Есть только он и я.
В какой-то момент Арх-хан настойчиво обхватил меня за талию и повалил на широкую кровать, хитро блеснув своими неповторимыми серо-зелёными радужками.
— То есть целовать можно везде? — провокационно спросил он и, не дожидаясь ответа, продолжил. — Я понял.
А в следующую секунду он ртом всосал один из моих сосков. Я не смогла сдержать стона наслаждения. Томительное возбуждение трансформировалось в тугое жгучее желание. Но Арх-хан лишь начал меня целовать. Он рисовал влажным языком и шершавыми пальцами на моей коже узоры страсти, напоминающие татуировки на его спине. Ямочка между ключицами, грудь, рёбра, впадинка на животе… Бусины на его косах соударялись, вторя движениям головы. Я горела от его мягких и нежных губ, хотя при этом он крепко держал меня за талию и бёдра, словно всё ещё опасаясь, что я сбегу от него. Поцелуи спускались ниже и ниже, а моё тело вибрировало в ответ на откровенные ласки Арх-хана. Совсем не так, как стучали барабаны на хайде. Тоньше, чаще, словно страдивариус или старинная деревянная скрипка. Арх-хан поцеловал меня везде, открывая во мне новые чувствительные точки. Он, словно маэстро, играл на мне, а я захлёбывалась в собственных всхлипах и стонах. Меня срывало и несло в пучину блаженства.
— Арх-хан, пожалуйста… — я взмолилась, понимая, что просто не могу больше выносить этой мучительно-сладкой пытки.
Игра, которую я затеяла, аукнулась мне же самой. Мужчина понял всё без слов. Прямо так, как мы лежали на кровати, он подтянулся на руках и вошёл в меня. Резко, одним длинным глубоким толчком, так, как привык брать вождь ларков. Но сейчас это было именно то, что мне требовалось. Именно так. Глаза в глаза. Кожа к коже. И я содрогнулась от невероятного ощущения эйфории, что накрыла меня с головой. Я закричала, срывая горло и связки, не думая о том, что нас кто-то услышит. Вообще ни о чём не думая. Впервые в жизни я отпустила эмоции, и меня снесло шквалом наслаждения, а тело выгнуло дугой и завибрировало в финальном аккорде. Секунду спустя к моему крику присоединился раскатистый рык Арх-хана.
***
/Планета Ларк. Арх-хан Шаррше Варкхарий Вакхаш/
Как последний идиот, надеялся, что трое суток вдали от этого нежного цветка по имени Лейла приведут меня в чувства. Оно почти так и вышло. Почти. Когда увидел её обнажённые гладкие бёдра в руках Шонхорна, во мне как будто выстрелила какая-то пружина. Ещё никогда в жизни не запрещал никому из своих воинов брать самок, что попросили моего внимания, наоборот, понимая, что они смогут стать их защитниками, а я — нет, старался пристроить хороших девушек в надёжные руки. А тут… меня будто подменили.
Соком зукку я не мазался, а, следовательно, если Лейла не захотела меня у костра, где происходила хайда, то сейчас я и подавно не рассчитывал, что она решится. Цветочный дым же, что ветер разнёс по всему лесу, снимал лишь страх, не более того. Я повёл Лейлу в дом, который жители построили специально для своего вождя, ещё не зная, что буду с ней делать. Я совершенно не понимал её поступков и мотивов. Просто хотел, чтобы она оставила этого недомерка и пошла со мной. Кажется, она кинула ему какую-то золотую побрякушку. Сделал вид, что не заметил этого. У нас мужчины дарят украшения женщинам, а не наоборот.