Страница 18 из 60
— Следи за округой внимательнее, — командир, отдав распоряжение Сержанту, цепким взглядом окинул окружающую обстановку и двинулся на помощь пошатывающемуся парню, — за Салагой я присмотрю.
И слегка придержав парню за плечо, командир помог ему забраться на ступеньку и сам присел рядом.
— Что происходит, Салага? — командир наклонил голову поближе к уху парня и я до предела напряг усиленный слух, стараясь не пропустить мимо ни одного звука, — ты же мне клялся и божился, что в прошлый раз тебе просто показалось и больше такого не повторится! Усилители жрал какие-нибудь последнее время?
В голосе командира группы была слышна неприкрытая злость.
— Ты что, Конь, я же устав отряда блюду! — судорожно замотал головой Салага.
— Тогда объясняй, что с тобой творится! — резко отрезал командир, — и без вихляний!
Я видел, как глаза Салаги испуганно забегали и он весь как будто сжался, сгорбился, стараясь казаться меньше.
— Ничего такого, Конь, просто аномалия похоже на меня действует сильнее, чем на других, вот и накрывать начало, — затараторил парень, старательно пряча от командира глаза, — ты не переживай, всё равно последний раз приехали перед отдыхом. А за месяц я в себя приду, отойду от влияния этой дряни и всё будет нормально. Честное слово!
— Ты меня за идиота держишь? — злость командира лавиной нарастала, перерождаясь в ярость, — мы эту аномалию изучили вдоль и поперёк! Видишь вон два камня, вымазанные краской?
Командир резко опустил ладонь на макушку Салаги, обхватив мощными цепкими пальцами голову почти целиком, резким движением повернул голову бойца в нужном направлении.
— Ты же сам был, когда мы их красили! И прекрасно помнишь, что аномалии с этой стороны от камней нет! Там есть! Тут нет! Помнишь?
Парень с огромным трудом сглотнув, сумел выдавить из себя что-то нечленораздельное, что командир принял за согласие. Но лапу, удерживающую голову Салаги в нужном положении не отпустил.
Я же с интересом обратил внимание на те самые два крупных бетонных обломка, вымазанных ярко-зелёной краской. Они высились метрах в ста от места «работы» охотников, но были хорошо им видны. С моей позиции указанные камни тоже хорошо просматривались.
Как интересно! Камни стояли буквально на границе Бездны.
Они что, ощущают Бездну? Именно её они называют аномалией?
Я ещё сильнее напряг все свои сенсоры, не желая пропустить ни звука из происходящего под гулким рокотом работающего на холостых оборотах дизелька.
— Командир, прошу, не спрашивай! Вернёмся домой, я тебе всё расскажу, а сейчас просто поверь! На меня действует аномалия! Или нам пиздец! Честно-честно!
И парень как-то ещё сильнее скукожился, явно чего-то ожидая. Правда, было непонятно, от кого и что именно он ожидал.
Командир группы, услышав такое признание, нахмурился, мрачно обвёл взглядом серые безликие развалины, скользнул внимательным взглядом по всем местам, где могло что-то прятаться, таиться и представлять группе угрозу. Долгую секунду рассматривал пятиметровый остов дома, возвышающийся метрах в тридцати в стороне от их поляны, на вершине которого затаился я. Потом резко встал и двинулся в сторону выкрашенных камней, бросив по ходу:
— Сворачиваемся по аварийному варианту! Быть готовым к выдвижению через пять минут!
Что за невезуха!
Готовился, позицию разведал, отработал взаимодействие с Бездной, находясь за её пределами, восстановил возможность переноса по якорю в стационарный карман. Пока не получалось брать с собой ничего крупногабаритного, но самого себя с небольшим запасом переносил. Дистанция переноса тоже пока прихрамывала, точно не больше километра, но это уже было лучше, чем ничего.
Такие планы строил на этих ребят. Присмотреться, выйти на контакт. Попробовать организовать какой-то взаимовыгодный движняк.
И тут на тебе! «Всё пропало! Гипс снимают, клиент уезжает!»
Неприятно, конечно, узнавать, что ребята через пять минут свинтят отсюда и залягут где-то минимум на месяц.
А мне тут ждать… Переживать…
Но, сделать я ничего не мог. Выходить на контакт прямо сейчас, без подготовки, наобум, не до конца понимая, что это за люди и что от них ждать?
Прогоняя в голове все за и против обоих вариантов, я внимательно следил за происходящим, напрягая усиленные слух и зрение и стараясь не упустить ни единой детали из разворачивающегося передо мной действа.
Командир группы предельно аккуратно, совершенно бесшумно и очень быстро двигался в сторону границы Бездны. Его группа, получив однозначный приказ заканчивала разделку уже готовых жрунов и готовилась к отбытию.
Двойка бойцов, похожих друг на друга как браться, одного роста, с похожей пластикой движений, одетых в совершенно одинаковые комплекты старого, местами залатанного, видавшего виды натовского городского камуфляжа, затянутые мощными широкими ремнями во что-то отдалённо напоминающее страховку для работы на высоте, до этого момента занятая тем, что калечила подтягивающихся искажённых, кому отрубая ноги, кому просто ломая кости, своими необычными парными секирами, теперь стремительно грузили в распахнутые двери прицепа вырубленные окровавленные трофеи.
Девушка, удерживающая покалеченных жрунов крюками и цепями, в два движения свернула свои цепи, аккуратно обернув их через плечо и зафиксировав крючья в специальных поясных креплениях, теперь металась между трактором и проходами в бетонных кучах, через которые и шли на них жруны, и забрасывала эти проходы самодельной колючей проволокой, которой, как оказалось, в тракторе был неслабый такой запасец.
Водитель трактора тоже не сидел просто так. Он распахнул потолочный люк в кабине и через него поднял пару ящиков с патронами к крупнокалиберным пулемётам, установленным в гнёздах над трактором. Первый пулемёт уже был готов к стрельбе, короб установлен, лента заправлена и сейчас Сержант ловкими и быстрыми движениями готовил к стрельбе второй пулемёт. При этом водитель постоянно как бы осматривался по сторонам, только делал он это, закрыв глаза. Чуял окружающую их «живность»?
Через две минуты водитель уже снова был в кабине, готовый в любой момент сдвинуть с места тяжёлый трактор. При этом боковая дверь была распахнута, вниз сброшена складная лестница. Ещё через минуту двойка «близнецов» закончила забрасывать трофеи в прицеп и в одно мгновение, с завидной скоростью и ловкостью взлетели к пулемётам и замерли там, контролируя каждый свой сектор.
К этому же моменту девушка закончила разбрасывать колючку и не менее стремительно и ловко забралась в кабину трактора. Здоровяк же уже несколько минут как сменил своё «рубило» на огромную даже для него снайперскую винтовку и с напряжением следил за командиром.
Салага так и сидел на нижней ступеньке, привалившись затылком к холодному железу, закрыв глаза и, казалось, отключился от действительности.
То, что это не так, стало понятно буквально ещё через минуту, когда командир добрался до самой границы Бездны и рассматривал с кучи крошеного железобетона заросший пустырь.
— Нет! Нет, нет, нет! — Салага резко распахнул глаза и уставился куда-то в сторону. Его лицо исказилось в ужасе, и было видно, что он силится сказать что-то ещё, но не может, пытаясь побороть спазм, перехвативший его дыхание.
Резкий свист здоровяка заставил командира повернуться, затем обмен жестами и взмах рукой в сторону силящегося вдохнуть Салаги, как будто снял ситуацию с паузы и дальше она понеслась всё сильнее и сильнее набирая темп.
Здоровяк подхватил Салагу и с ним на плече одним прыжком вломился в прицеп, с лязгом изнутри запирая дверь. Трактор рыкнул, выбросил густой клуб солярного выхлопа и, повинуясь нервным движениям Сержанта, начал движение на выезд с поляны. Хлипкая на вид складная лестница при этом забавно подпрыгивала, грозясь оторваться.
Дорога, по которой двигался трактор, делала небольшой изгиб в сторону пустыря, и мне стал понятен замысел командира. Возвращайся он, даже бегом, на саму поляну, то времени на это ушло бы довольно много. Командир двигался наперерез эвакуационному маршруту и буквально через минуту должен был пересечься с группой, забраться в кабину по так и оставленной для него лестнице. При этом уже сейчас он был под прикрытием двух пулемётов и одной снайперской винтовки. Здоровяк, поднявшийся на огневую позицию, установленный под рукой аналогичный пулемёт пока игнорировал, в прицел винтовки обшаривая округу и выискивая угрозы.