Страница 8 из 12
С наступлением темноты мой охранник задремал, устроившись в удобном кресле. Вот и пусть поспит, парень вторые сутки на ногах и, вероятно, сильно устал.
Я устроилась поудобней, но засыпать, разумеется, не собиралась, по крайней мере, крепко. За годы службы и потом во время выполнения различных заданий я сформировала в себе способность в напряженной ситуации дремать, что называется, вполглаза. Так что если и засну, то не крепко, и буду прямо сквозь легкую дрему прислушиваться к каждому шороху в коридоре или, тем более, в палате.
Я лежала почти неподвижно, прикидывалась спящей, а сон, вопреки ожиданиям, не шел, и мозг продолжал лихорадочно работать. Я то обдумывала и пыталась спрогнозировать дальнейшее развитие этой ситуации. То, не торопясь, мысленно перебирала словесные описания киллеров, что могут явиться по душу подопечной. Продумывала свои дальнейшие действия в случае покушения. А заодно пыталась прикинуть, как быть и что делать с бойцом Мельниченко. Ведь нападавшие могут пожелать устранить моего охранника в первую очередь, чтобы не мешался под ногами. А значит, оставаясь здесь, молодой человек тоже подставлялся под удар.
Мельниченко и это не предусмотрел, вернее, не думал, что здесь понадобится присутствие кого-то из парней.
И я тоже хороша, бездельничала весь день, а теперь жалею, что сразу не придумала, не проработала и не обсудила с парнем план дальнейших действий. Например, не предложила в случае тревоги благоразумно ретироваться в сторону туалетной комнаты и там затаиться на время.
Если хорошенько подумать и перебрать варианты, это единственно верное действие, что может гарантировать молодому человеку практически стопроцентную безопасность. Но будить Ромку, чтобы обговорить с ним этот предварительный и простой план, все же сочла преждевременным, в конце концов, сегодня нападение может и не состояться. Так зачем зря тревожить молодого человека?
Первая половина ночи прошла без происшествий, в коридоре больничного крыла царила тишина, рядом в кресле сладко посапывал Роман, меня неумолимо начинало клонить в сон. И я позволила себе ненадолго смежить веки, но крепко засыпать не стала.
Сложно сказать, сколько прошло времени, кажется, я действительно задремала. Поэтому осторожных шагов в коридоре не слышала. Зато будто кожей почувствовала, что кто-то аккуратно тронул ручку двери, проверяя, открыто ли.
Мягкий щелчок язычка замка показался гулким, словно набат, этот звук молнией пролетел по нервам, мгновенно взбодрил меня и унес остатки сна.
Я подпрыгнула в кровати, бесшумной молнией метнулась к креслу, в котором спал Ромка.
– Гости к нам, бегом в туалет и запрись там! – прошипела ему на ухо, выдергивая из комфорта мягкого сиденья. – Бегом!
Благо реакция у бойца оказалась замечательная. Видно, тоже приучен спать вполглаза.
Он бесшумным котом на мягких лапах метнулся к туалетной комнате, внедрился внутрь и закрыл за собой двери. А я легкой тенью, бесшумно ступая, быстро вернулась на место, улеглась обратно в кровать и накрылась одеялом.
На все про все ушло не больше тридцати секунд.
Посетитель за дверью все еще размышлял, оценивая свои шансы.
А я уже достала нож, улеглась на спину и спрятала под одеялом руку с зажатым в ней ножом. Глаза пока закрывать не стала, пусть лучше привыкнут к темноте палаты. Коридор хоть и скудно, но все ж таки освещен. Значит, нашему визитеру понадобится минут пять, чтобы осмотреться в темноте и оценить обстановку. Мне вполне хватит времени, чтобы попытаться понять, кто наш незваный гость и как с ним будет лучше поступить.
Хотя, собственно, что конкретно я буду делать, не так уж и важно, потому что задачу мне поставили однозначную. И в палату сейчас пробирается не архиерей, а убийца, на счету у которого примерно с десяток жертв.
Тем временем человек аккуратно открыл двери, медленно, осторожно ступая, двинулся вперед, прошел арку, что в виде маленького коридорчика отделяла комнату от входа, и стал, оглядываясь, пробираться ближе к кровати.
Я поспешила прикрыть глаза и, не двигаясь, притворилась спящей. Но за эти мгновения успела рассмотреть высокую и, вероятно, слишком худую фигуру мужчины в темной одежде.
Если немного подумать и свериться с описанием, что давал Мельниченко, мужчина со своими несуразно длинными конечностями походил на киллера по кличке Богомол, у которого был излюбленный метод убийства при помощи холодного оружия. Обычно он предпочитает достаточно длинный нож с узким обоюдоострым лезвием, похожий на стилет, убивает своих жертв с близкого расстояния. Что само по себе является признаком достаточно высокой квалификации и крепких нервов.
Любопытно, он меня сразу убить попытается или решит сказать напутственную речь и все хорошенько разъяснить?
Не успела я додумать этот вопрос до конца, как мужчина прыгнул на меня, наваливаясь нижней частью тела на грудную клетку и правую руку, лишая возможности двигаться. Одновременно с этим, рукой он схватил меня за горло и сильно сжал, не допуская попыток крикнуть или вдохнуть.
– Что, падла, понимаешь, откуда смерть твоя пришла?! – злобно прошипел он. И добавил непечатное ругательство.
«Поскольку киллер продолжает сжимать мое горло и ни на миг не ослабил хватку, ответа он, вероятно, и не ждет», – мелькнула в голове ехидная мысль.
Впрочем, предаваться размышлениям времени не было. Другой рукой он полез во внутренний карман куртки и вытащил нож с длинным лезвием.
Мысли в голове скакали как блохи.
Например, я успела порадоваться, что в ожидании противника зажала нож в левой руке. И подумать, что время мое на исходе и что счет в прямом смысле слова идет на секунды. А потом простым и быстрым движением вонзила оружие в шею нападавшего.
Нож вошел сбоку, вскрывая артерии и гортань.
Противник захрипел, мгновенно ослабил хватку и как-то слишком уж сильно обмяк, хотя оружие я вынимать не стала, и сейчас крови мужчина терял не много.
Больше времени я тратить не стала, даже для того, чтобы что-то подумать. Выскользнула из-под него и резким ударом ноги столкнула с кровати.
Мужчина упал, при падении неслабо приложился головой об пол и затих.
Я решила пока его там и оставить и немного ускориться.
Наслаждаться победой времени не было, киллер мог и не один сейчас явиться. Я резво вскочила на ноги, метнулась к двери в туалет, стукнула Роману, достаточно громко прошептала, что он может выходить. Потом метнулась к тумбочке, достала свои вещи, вытерла брызги крови и быстро переоделась, не обращая никакого внимания на присутствие постороннего парня.
– Все-таки пришли за тобой?! – прошептал Ромка. – А ты молодец, быстро с ним расправилась. Сказать честно, не ожидал.
– Ага. Быстро и практически бесшумно. Только он, возможно, еще жив. Какие тебе даны инструкции?
– Шеф велел быть при тебе до самого покушения, а потом доложить обстановку. И возможно, помочь команде, что прибудет, здесь тщательно прибраться. Чтобы персонал не видел лишнего. А что ты будешь с киллером делать? Может, мне на него надеть наручники?!
Быстро и тихо обмениваясь репликами, мы подошли к лежащему мужчине.
– Полагаю, это не пригодится, – коротко припечатала я, быстро наклонилась, ухватила нож за рукоятку, резко вытащила его из раны. И стала обтирать, чтобы убрать в ножны.
– Что ты делаешь?! Сама же говорила, что он может быть еще жив.
– Он пришел за моей жизнью, я забрала его жизнь, все по-честному. А оставлять кого-то из противников в живых мне сейчас не резон.
– Почему? – едва слышно прошептал парень.
– Все должны думать, что я это она. Малейшее сомнение – и всему конец. Один раз все еще могут решить, что моя победа в схватке с киллером случайность. А после второго, третьего раза поймут, что это странная закономерность, и начнут искать нестыковки в легенде. Вот ты, например, много знаешь простых женщин, что способны остаться в живых после нападения профессионального киллера? Или целого отряда убийц, что действуют по очереди, друг за другом?