Страница 25 из 58
Но у артиллеристов царской гексеры еще остался козырь в рукаве, и они его выложили на стол, когда враги приблизились на достаточное расстояние. Саня как-то забыл об огнемете, который был установлен на носу "Трезубца Посейдона". А вот гексарх Гектор о нем помнил хорошо. Поэтому, стоило только римской пентере с горящим носом приблизиться на тридцать метров как по ней ударила струя пламени. Вблизи этот залп смотрелся феерично. Раньше Саня наблюдал работу огнеметов издалека со стороны. А вот так вот с борта стреляющего пламенем корабля еще не приходилось этого делать. Это было круто и безбашенно! Феерично! И очень страшно! Когда струя огня ударила в приближающийся вражеский корабль и пропахала его с носа до кормы. Крики заживо сгорающих людей пробрали владыку Селевкидов до самых костей. К этому моменту на палубе римского корабля скопилось довольно много солдат. И жидкое пламя прошлось прямо по ним. Прямо по толпе. Горело все, что могло гореть. Дерево, ткань, человеческая плоть, кости. Метал плавился от страшного жара. После такой убойной плюхи вражеская пентера заполыхала как клочок бумаги. Весла забили по воде в каком-то хаотичном ритме. Огонь попал и под палубу. И там сейчас творилось что-то страшное. Горящий корабль стал похож на умирающего кита, ласты которого бьются в агонии. Римскую пентеру закрутило и на полной скорости пронесло мимо "Трезубца Посейдона". Было видно, что ей уже никто не управляет. Судя по всему, храбрый римский капитан сгорел вместе с рулевыми. Да, и конвульсии гребцов стали затухать. Гексарх Гектор, чтобы избежать столкновения с горящим кораблем противника, прорычал краткую команду, которую тут же продублировал барабанщик. Гребцы царского флагмана моментально сработали, опустив весла в воду и дав задний ход. А рулевой заложил руль влево, уклоняясь от пылающей развалины. Корабли разминулись, пройдя в метрах пяти друг от друга. Саня даже почувствовал жар, когда горящую римскую пентеру протащило мимо. И только потом испугался, представив, что произошло бы, если бы она все же врезалась в "Трезубец Посейдона". Как говорится, пронесло! Горящая смерть пронеслась мимо, дыхнув жаром на правителя Селевкидов и его людей.
К сожалению, все сюрпризы от селевкидских артиллеристов закончились. И последняя римская пентера никуда не делась. Страшная судьба их соратников, сгорающих заживо у них на глазах, римлян не испугала.
– В чем в чем, а в храбрости им не откажешь! – воскликнул, стоявший рядом с Саней Лиск, вытаскивая меч из ножен.
Саня с ним согласился. Эти римляне о бегстве даже и не помышляют. Похоже, решили брать на абордаж царский флагман. Римский корабль уже близко, вон либурнарии замерли на носу возле корвуса. К сожалению, "Трезубец Посейдона" потерял ход, когда пытался увернуться от горящей пентеры. Поэтому, уйти от атаки римлян гексере было сложно. Но гексарх Гектор все же пытался это сделать. Римский корабль был уже совсем близко, заходя с носа под углом и гася скорость. Все правильно. Они ведь хотели не протаранить селевкидскую гексеру, а взять ее на абордаж. А чем меньше скорость сходящихся кораблей при этом будет, тем больше шансов, что римский абордажный мостик сработает как надо и сможет надежно зацепиться за корпус вражеского корабля своим клювом.
При приближении римской пентеры Саня успел хорошо разглядеть этот самый пресловутый корвус. В принципе, ничего сложного. Римский абордажный мостик сильно походил на обыкновенный корабельный трап длинной метров десять, а шириной метра полтора. Такие вот трапы вы могли увидеть на обыкновенных речных трамвайчиках, во множестве ходящих по рекам Российской Федерации. Эдакий деревянный мостик с набитыми поперек узкими досками (типа ступенек чтобы нога не скользила). Одним концом корвус крепился к деревянному коробу на палубе на носу римского корабля. Из короба торчал столб, к которому цепляется канат. Свободный конец каната прикреплен к другому концу корвуса. На том же конце мостика виднеется слегка изогнутый бронзовый шип. Действительно похожий на клюв ворона. Сейчас корвус поднят вверх над палубой под углом в сорок пять градусов. В таком положении его удерживает канат, закрепленный на столбе короба. При абордаже канат отпускается, и клювоносый конец трапа падает под собственным весом прямо на палубу вражеского корабля, пробивая ее и застревая там. Ну, а дальше дело уже за римской морской пехотой.
Это в теории. А на практике получилось совсем не так красиво, как хотелось бы римлянам. Во-первых – селевкидская гексера значительно превосходила в размерах пентеру. Она была метров на пятнадцать длиннее и метра на два выше римского корабля, атаковавшего его. Поэтому, палуба "Трезубца Посейдона" значительно возвышалась над палубой пентеры. И это сыграло злую шутку с римлянами.
Во-вторых – капитан царского флагмана еще раз показал свой профессионализм. Повинуясь его уверенным командам, гексера смогла в последний момент немного довернуть. И в результате, идущий на абордаж римский корабль вышел на цель под не самым удачным углом. Все это способствовало тому, что корвус у римлян сработал не так как надо. При схождении кораблей он с грохотом упал, но не смог вонзиться в палубу "Трезубца Посейдона" достаточно глубоко. В общем, это не смогло остановить движение римской пентеры. В итоге, абордажный мостик протащило вдоль борта, а затем сломало с громким треском.
Однако, стоит отдать должное римлянам. Они не растерялись и стали бросать абордажные крючья, с привязанными к ним веревками. И им удалось зацепиться за корпус гексеры. После чего, уже начался абордаж. Точнее говоря, римляне попытались это сделать. Но у них ничего путного не вышло. Лезть в доспехах с тяжелым щитом и оружием по веревкам на борт вражеского судна, которое возвышается над тобой на два метра – это еще тот аттракцион. В общем, здесь римским солдатам не позавидуешь. Ах, да! Мы еще забыли указать на третий момент этой пикантной ситуации. Так как гексера Селевкидов была больше по размерам, то и народу на ней было гораздо больше, чем на римском корабле. Так у римлян на пентере команда состояла из трех сотен человек. Это если учитывать всех. И матросов, и гребцов, и либурнариев. А на "Трезубце Посейдона" стандартный экипаж составляли четыре сотни человек. И кроме этого, на селевкидской гексере в данный момент вместе с царем и его свитой (а это еще двадцать человек) плыли и царские телохранители-соматофилаки, набранные из галлатов, в количестве пяти десятков воинов. В общем, считайте сами.
В итоге, для римлян этот бой пошел по очень хреновому сценарию с самого начала. Еще перед столкновением кораблей римских либурнариев, столпившихся на носу пентеры, хорошо так проредили арбалетчики с "Трезубца Посейдона". Немногочисленные пращники и лучники римлян стрелковый бой им быстро проиграли и были выкошены арбалетными болтами еще на подходе. Праща и слабенький короткий лук с арбалетом, способным пробить даже тяжелый римский щит, соревноваться не могут. Кроме того, все стрелки Селевкидов были упакованы в довольно прочные кольчуги. И слабый обстрел с римского корабля их не особо беспокоил. Вот так еще до начала абордажа римляне понесли ощутимые потери. Нет, у них были с собой и знаменитые тяжелые дротики типа пилум. И римские либурнарии их даже пытались метать. Однако, попасть в цель довольно сложно, когда ты ее не видишь. Очень тут мешает высокий борт гексеры, заслоняющий весь обзор. И воины Селевкидов за ним как за крепостной стеной. Хрен попадешь, короче! А вот стрелки Селевкидов видели римлян очень хорошо. Находясь на возвышенной позиции в специальных деревянных башенках, которых было на "Трезубце Посейдона" аж три штуки, арбалетчики могли легко выбирать цели на низкорасположенной палубе римского корабля.
И от их болтов, бивших практически в упор, римлян не спасали никакие щиты или доспехи. И если честно, то римские доспехи Саню не очень то и впечатлили. Обычные кожаные панцири, усиленные на груди небольшими бронзовыми пластинами. Панцири-тораксы греческих гоплитов и то круче смотрятся. Шлемы у римских морпехов тоже разочаровали. Стандартные круглые шишаки без гребня с коротким назатыльником и небольшими нащечниками. Кстати, тоже бронзовые. В таких тут в Азии любили рассекать галлатские воины. Причем, не самые богатые. Нормальные то профи на Востоке предпочитали носить железо, а не бронзу. Канонических римских доспехов типа лорика сегментата из железных полос (тех самые которые так любят голливудские киноделы) и сложных железных шлемов с пышными гребнями из конских волос и перьев нигде видно не было. Саня припомнил, что такое крутое снаряжение у римлян должно появиться гораздо позже. Лет через сто пятьдесят, примерно. А пока римские воины особо не смотрелись. Особенно, на фоне селевкидских вояк, полностью одетых в железо. И это еще если не вспоминать про селевкидских катафрактов, которые по местным меркам в своей железной чешуе, покрывающей все тело, похожи на настоящих терминаторов.