Страница 7 из 25
Следующие несколько часов мы с Бертоном провели в увлекательной беседе, после чего меня ждал медицинский осмотр и долгожданный отдых.
Но, кажется, я собиралась рассказать о Вегарде?
Итак, Вегард был наполовину спрятан в горе – огромные своды каким-то образом выдалбливались прямо в каменной глыбе, а соединяло их бесчисленное количество туннелей, небольших проходных залов, комнат, закутков… Остальная часть Вегарда располагалась в долине. Выходов из нее было два – через все те же пещеры и по воздуху. Другими словами, кто попал в Вегард и не имел крыльев, должен был отчитаться перед стражами, куда и зачем он выходит.
Но тринианцы не ограничили себя строгим надзором – они создали систему «подъемных корзин» – лифтов, довозивших народ до вершин отвесных скал, откуда были проторены тропы в самое сердце гор Триниана. Там, в других долинах, ютились деревеньки бывших цитланцев и их потомков. Но это все я узнала уже позже, а пока только удивленно наблюдала, как суетится народ в великом Вегарде. А людей тут было порядочно – большинство сновало по делам на улицах, вымощенных камнем, другие же появлялись где-то на выходах у пещер, «ползали» вверх-вниз по скалам на корзинах-подъемниках, даже на верхушках гор были видны фигуры людей.
«Поразительно – до Вегарда можно добраться, только пройдя по горам Триниана сверху или найдя еще один вход через пещеры, что маловероятно. А имперцы, конечно же, летающих машин еще не построили. И это на руку горцам, ой как на руку», – думала я, чувствуя себя муравьем-туристом в соседском муравейнике.
Меня провели по своеобразной веранде, с которой открывался вид на город с высоты примерно пятого этажа. Многие крыши домов оставались под моими ногами, но были и такие строения, которые уходили шпилями высоко вверх.
– Как можно было создать такое всего за тридцать лет? – спросила я удивленно.
– Питер тоже быстро построили, – прозвучал где-то рядом голос.
Обернувшись, я увидела молодого человека среднего роста, с каштановыми волосами и светло-карими глазами. На вид ему можно было дать лет двадцать-двадцать пять.
– Только Питер строили приглашенные из-за границы архитекторы и инженеры, а простые рабочие ложились штабелями в болотах от тяжелых трудов и болезней, – решила не остаться в долгу я.
– М-м, ну а тут просто обстоятельства сложились удачнее. Приятно познакомиться, кстати, я Миша.
Я неохотно протянула руку.
– Самуэла, – сказала я.
– Новое имя? А я не менял, – сказал Михаил с легкой усмешкой.
– Давно здесь? – спросила я, разглядывая своего соотечественника.
– Год. Звучит, как ссылка, правда? На самом деле, тут самые разные люди – из той сотни землян, что оказалась на Эбери, больше всего европейцев, американцев и русских. Ну, и еще есть индусы и пара афроамериканцев. И китайцы, – принялся перечислять Миша.
Честно говоря, он показался мне немного тронутым. В смысле, не в себе.
«Вдруг тут все Милоа после пережитого потрясения немного помешанные?» – подумала я.
– Но все говорят на одном языке, не так ли? – я попыталась перейти на другую тему.
– Ну, немного да, хотя это все телепатия. Я поверить не мог – особенно когда мы нашли племя туземцев на севере, совсем дикие люди, и мы поняли их! Мы, Милоа, я имею в виду…
Миша много болтал. Слова лились таким быстрым потоком, что, казалось, меня сейчас унесет. Но я продолжала спокойно идти, улыбаться и кивать в такт его речи.
«Похож на ребенка. Это же на какой стадии он застрял по Фрейду?» – подумала вдруг я, про себя хихикнув.
На самом деле, я недооценила своего нового знакомого. Он помог мне отвлечься от весьма нелегких мыслей и в то же время предоставил массу полезных сведений.
– А сейчас мы идем к Айму, – вставила я реплику в поток его слов. Дело в том, что шла я за молчаливым провожатым, а Михаил продолжал следовать за нами, как ни в чем не бывало. Но я зря надеялась, что парень вдруг вспомнит, что у него были какие-то другие дела.
– Да, он хоть и занятой человек, но отличный парень! Ты увидишь – он был рожден, чтобы стать правителем Триниана! Он тебе даст материалы, с помощью которых ты очень быстро освоишься и будешь в теме по всем делам! – затараторил он.
– А сам ты тут чем занимаешься? – спросила я, поняв, что просто так от второго провожатого мне не отделаться.
– О, вообще-то я уже два курса как отучился на архитектора и летел в Германию как ассистент одного нашего препода, но тут что-то не заладилось, и я очутился здесь. Даже не знаю, упал ли самолет, или исчез только я?
– Никогда не встречала столь болтливых архитекторов, – проворчала я, мысленно вспоминая, падали ли самолеты с маршрутом Россия – Германия за последние несколько лет. На ум ничего не приходило. Я вообще крайне мало смотрела телевизор и тем более сводки о всяких катастрофах. Куда больше меня интересовали передачи о научных достижениях и исторические фильмы. Вообще, по-моему, телевидение могло бы послужить куда лучшей цели, передавая больше позитивной информации, а не крутя бездарные боевики и аморальные шоу и смакуя каждую подробность самых страшных происшествий на нашей планете.
– Телевизоров тут не придумали еще? – задала я очередной вопрос, на этот раз немного устало.
– Изобретают, – самодовольно хохотнул Миша.
Тем временем мы подошли к каменной лестнице, ведущей вниз, прямо на главную улицу города.
Войдя в город под небом, мы окунулись в суетливую атмосферу улиц.
– А ты проектировал какое-нибудь из зданий Вегарда? – спросила я у Миши, глядя по сторонам.
– Вообще-то, я пока занимаюсь изучением уже созданных строений и помогаю ведущим архитекторам. Дело в том, что тут надо учесть множество факторов, совершенно отличных от наших земных условий, – охотно начал объяснять мне Михаил.
Я ничего не смыслю в архитектурных строениях. Но окружающий меня город напомнил мне о старом центре Таллинна в Эстонии, где мне посчастливилось побывать. Улицы вымощены булыжником. Дома в основном одноэтажные, тесно прижатые друг к другу. Кое-где есть и более высокие строения – двух, трех, даже пяти этажей. Улочки петляют, как лесные тропы, уводя то под тень арки, то на небольшую площадь, где обязательно царит ужасная суматоха. На таких площадях возведены более высокие здания – их шпили напоминают о церквях, но, кажется, используются в каких-то своих целях – слишком уж высоко устремлены в небо.
Одно из зданий можно было назвать богатым особняком, непонятно как втиснувшимся в вегардские улицы. Сложенное из непривычного бурого кирпича, оно стояло, гордо демонстрируя свои высокие окна с причудливой лепниной, на центральной площади Вегарда.
«Повесили бы флаг, сразу стало бы понятно, что это дворец или какой-нибудь парламент», – подумала я, в сопровождении Миши и провожатого подходя к широким ступеням здания. Они были выдолблены из камня, по цвету напоминавшего асфальт. Красотой все это строение, на мой вкус, не отличалось.
– Это первое здание в долине – просто-таки допотопное, – сказал Миша. – Но при этом его называют дворцом, и именно тут живут правители Триниана.
– Неудивительно, что у тринианцев такие, как бы сказать, самоотверженные правители, – произнесла я. – Ни один напыщенный аристократ не пожелал бы жить в таком «дворце», даже приобретая немалую власть.
Миша усмехнулся.
– Не говори так, Сэмми, здесь не Земля.
Внутри жилище правителей оказалось весьма уютным и скромно обставленным – теплого оттенка стены, пара ковров на полу, несколько коридоров и лестниц – наверняка отсюда вели тайные ходы в пещеры. Я заметила, что на первом этаже все окна занавешены, и свет поддерживает несколько люстр и настенных светильников.
«Если нет электричества, интересно, какое средство они используют для поддержания огня? Масло? Жир?» – подумала я, поднимаясь по широкой лестнице из бурого дерева.
Миша, наконец, отстал, свернув в какой-то коридор и даже не попрощавшись. Вот уж странный тип!
Лестница вывела еще в один недлинный коридор, а оттуда – в просторный зал, где из широких окон открывался вид на что-то похожее на садик, а прямо в зале стояли огромные горшки с растениями.