Страница 94 из 112
Тикали часы на кухне. Я хотел пить, но не решался пройти мимо лежащего себя. Особенно повернуться спиной, чтобы открыть дверь в коридор. И что ждало бы меня там? Существует ли кухня? Дурацкая привычка: не ставить стакан воды рядом с кроватью!
Как ни странно, но я был уверен, что должен подойти и дотронуться до руки спящего, лежащей вдоль тела. Всё существо кричало: “Не делай этого!” Я пробовал почувствовать, если не симпатию к сброшенной оболочке, так хоть жалость. Но напрасно: не было ничего, кроме липкого и холодного отвращения!
Я застыл на месте, возле балконной двери. Сквозь приоткрытую щель, робко заглядывало лето. Я моргал, щипал себя, хлопал по щекам - ничего. А оно всё лежало, словно издевалось! Время упрямо застыло на цифрах: «04:55». Хотелось выйти на свежий воздух, но знал, что не покину комнату, пока не сделаю то, чего от меня ждали. Просто на секунду дотронуться до руки спящего!
Никто не придёт меня спасать. В какой-то момент я осознал: сейчас встану, коснусь его кисти, и Эллион исчезнет в дымке сновидений. Не хочу, не желаю! Но есть ли у меня другой выход? А если ничего не делать? Просто сидеть и ждать? Сколько выдержу: день, два дня, неделю, год? Часы показывали «04:55». «Время работает против тебя» — всплыла в голове фраза из пророчества.
Стоп! Азиатка дала мне телескоп. «Ответ там, в звёздной пустоте». Но в этой комнате нет звёзд. Для верности я взглянул наверх: обычный потолок. Попытка выйти на балкон провалилась: невидимая преграда не пускала.
Думай, Макс! В комнате стало ещё душнее, нарастала жажда. В горле першило. Что меня связывает с Эллионом? Почему не движется время? И в то же время оно работает против меня. Как это понимать? Я уже столько пережил в Эллионе, на Оке и Пустоши. Был причастен к первому достоверному сигналу из далёкой звёздной системы. Меня словно пронзило током. 55 Рака! Рак - четвёртый знак зодиака. 04:55!
Рывком я оказался возле будильника и, размахнувшись, бросил его в закрытую дверь комнаты. Стекло циферблата разлетелось осколками по полу, кровати, лежащему телу, но я не услышал шума. Даже часы на кухне перестали тикать! Я посмотрел на ладони, но больше не было ни ладоней, ни рук, ни ног. Как и комнаты с остывающим телом. Я освободился!
***
Ещё одно моё пророчество сбывалось.
Первое, кого я увидел, когда очнулся, была азиатка с высокими скулами, одетая в облегающее лиловое. Её стройная худощавая фигура напоминала модель, сошедшую со страниц журнала мод. Но у меня было стойкое ощущение, что она не настоящая, как красотки с глянцевой картинки на развороте.
На всех поверхностях комнаты с приглушённым светом мерцали проекции мониторов с таблицами, графиками, диаграммами. Но мне не было до них дела. Я перевёл взгляд на незнакомку.
Девушка просто сидела на чёрном диване, пристально рассматривая меня. Я пристально смотрел в ответ. Она не смутилась.
Лицо её, по-прежнему, лишённое мимики было неестественным, как у фаянсовой куклы, иначе я бы назвал её редкой красавицей.
— Добрый день! Большинство людей на моем месте, сказали бы, что верили в тебя, Макс, — сказала она тем голосом, который уже два раза звучал в моей голове.
— Но не вы?
— Не я. Я не верю.
— Чем же я заслужил недоверие?
— Ничем. Я не знаю, что такое вера. Но прекрасно представляю, зачем она нужна.
Мы беседовали в обычной лаборатории. Белые лаковые стены и пол, блестящее оборудование, мигающий экран на стене. Память начала прояснять последние события. Я и Ева вошли в здание, поднялись на второй этаж, тёмная комната с запахом ванили пыталась вернуть меня к прошлому, к которому я уже не хотел быть причастным.
— Где та девушка, которая была со мной?
— Она меня совсем е интересует. Я не с ней работаю.
— А я, значит, заинтересовал? — с угрозой в голосе я попытался встать, но обессиленный бухнулся обратно в кресло. Слабость и ломота в конечностях утихли.
— Да. Я сама тебя выбрала из 3 миллионов 172 тысяч 523 претендентов.
— Что значит выбрала? И как удалось залезть мне в голову? Читаешь чужие мысли, ты экстрасенс?
— Это значит, что я справились, и мой алгоритм выбора верен. Нет, я не читаю мысли. Но могу передавать свои, когда объект находится в состоянии сильного стресса.
— Вы говорите по-заученному, как компьютер.
— Компьютерная система, если быть точной, а я люблю точность. Джина, меня так называют здесь.
Азиатка продолжила после паузы:
— Мне разрешено ответить на некоторые твои вопросы.
— Кто же был столь любезен?
— Дэниель Торкс, приёмная мать, как ты бы сказал. Одна из них.