Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 57 из 86

            Справа в поле зрения охотника вклинилось большое серое пятно: стадо оленей выворачивало из-за бугра и растекалось между пасущимися суури. Воздух наполнился новыми звуками: мычанием, рёвом самцов и жалобным блеянием молодняка.

            Ну, вот и всё! Он нашёл то место, куда уходят суури. Здесь, на пышных лугах Севера они нашли новое пристанище, оставив, похоже, уже навсегда лишившуюся животворной силы Вёёни. Ах, Вёёни, Родина, некогда изобильная, чревом извергающая живое богатство, ныне истощённая, умирающая. Пришла пора вслед за суури и людям оставить тебя навеки. Оставить, но надеяться на твоё возрождение. Пусть не теперь, не скоро, но когда-нибудь. Надеяться на возвращение к Тебе обновлённой, наполнившейся прежней силой. В преданиях люди – дети Твои, всегда будут помнить тебя, как лучшую землю на свете, будут воспевать Твою щедрость и доброту. Народ Маакивак никогда Тебя не забудет, о, Вёёни!

            От этих мыслей было грустно. В то время, как тело Вёёниемина наслаждалось покоем, душа его, истомлённая болью, металась в оковах этого самого тела.

            Он дошёл до Великой воды – края земли, где, похоже, кончается сущее. Мать вод – Алматар – привела его сюда, к своему самому значительному из отпрысков. Мать вод, рождающая ручьи, реки и озёра. Много дней шёл Вёёниемин вдоль её ледяного белого тела, не имеющего, казалось, конца и края. Дойдя до Великой воды, он и тогда не увидел, чтобы тело Матери вод истончилось или исчезло. Восточная сторона Великой воды упиралась в бледный, сверкающий на солнце, материнский бок, что тянулся вдаль нескончаемой лентой и терялся у подножия небосвода. Мать вод была непостижимо огромна, неизмерима и необъятна. Видимо, небо краем своим упирается в её плоть. И нет ей другого названия, кроме как Алматар. Имя пришло само-собой, будто кто произнёс его в голове охотника, будто кто представил её ему. Предки? Предки.

            Он вспоминал свой путь через Туннело, когда ему думалось, что он уже пересекает черту миров – мира сущего и страны мёртвых. Уходящие в небытие суури и олени, всё живое, тянущееся к северу. И он, бредущий следом. Он и взаправду думал, что все они, да и он с ними, погибнут: по доброй воле идут стада навстречу смерти. Но вышло иначе. Бесплодная Туннело привела его к Алматар – источнику жизни, оплоту и главному вместилищу Тайко - животворящей силы. А Алматар подарила ему и всему народу Маакивак новую землю, новую Родину. А может, так и должно было быть: путь к новой жизни, новому миру лежит через страну, где господствует смерть, через перерождение. Все те, кто приходит сюда, как бы рождаются заново... А может, все они правда умерли и попали в другой мир? И он, Вёёниемин, тоже умер, умер там, в мире сущего. Быть может, сделав шаг по мёртвой равнине Туннело, он простился с жизнью и воскрес в этом, уже другом мире? И братья, идущие за ним, найдут лишь его обглоданные зверями кости на пороге Туннело?

            В это время со стороны Великой воды раздался грохот и охотник вздрогнул и вскинул голову. Суури и олени так же повернулись в сторону огромного озера. От тела Алматар отделилась гигантская глыба льда величиной с гору и обрушилась в синие воды, подняв волны и белые буруны. Ещё один сын Матери вод закачался на поверхности озера, как две капли воды похожий на дюжину таких же, томно дрейфующих вдоль материнского бока.

            Вёёниемин поднялся на ноги, вспугнув олениху с детёнышем, что щипали мох с валунов у подножия бугра. Охотник посмотрел в западном направлении, где темнела кромка леса. Ещё ранее он решил дойти до неё, чтобы осмотреться и переночевать под защитой деревьев. Ночёвка сулила горячую еду и крышу над головой: грех было не воспользоваться этими благами, от которых он уже начал отвыкать.

            Путешествие его подходило к концу.