Страница 15 из 31
Мартин кивнул:
– Да, Мелисса нам уже про него рассказала. Проверим, не сомневайтесь. Может, припугнуть его, а? – Он подмигнул мне. – Поделом ему, даже если окажется, что это не тот, кого мы ищем. У вас с ним были разборки? Вы на него наехали?
– Да не то чтобы разборки. Но после нескольких его визитов я попросил Мелиссу написать мне сообщение, когда он в следующий раз припрется. Ну я и прибежал с работы, сказал ему валить.
– Как он отреагировал?
– Не обрадовался, конечно. Но ничего такого не было, мы не орали друг на друга, не толкались и не… но он рассердился на нас обоих. Правда, ушел. И больше не возвращался.
Мне было не стыдно за то, что я натравил полицию на Ниалла Как-его-там. Этот нелепый мордастый жлоб заявил мне, что если бы Мелисса действительно хотела, чтобы он ушел, так сама бы его выгнала, а раз он здесь, значит, ей это нравится. Меня бы это посмешило – он явно не представлял никакой опасности, обычный придурок, – если бы не бледное напряженное лицо Мелиссы, испуг в ее голосе, когда она рассказывала мне о Ниалле. И плевать, даже если она сгустила краски, уж очень я беспокоился за нее и даже немного расстроился, что обошлось без драки с этим мудаком.
– Похоже, вы с ним разобрались. Молодчина. – Мартин устроился поудобнее, положил щиколотку одной ноги на колено другой. – Вы сказали, что прибежали с работы, чтобы его прогнать. Вы ведь, если не ошибаюсь, работаете в художественной галерее?
– Да. Занимаюсь пиаром. – От упоминания о галерее у меня оборвалось сердце. Раз они поговорили с Мелиссой, то могли и с Ричардом, – не рассказать ли им обо всем, пока они не обвинили меня в чем-нибудь? Но вряд ли Ричард меня сдал, к тому же я с трудом соображал, что именно сделал, то есть я помнил, что мы с Тирнаном облажались и Гопника исключили из числа участников выставки, но…
– Вы когда-нибудь приносили домой какие-то произведения из галереи?
– Нет. Никогда.
– Может, вы дали кому-то повод думать, будто принесли? Выносят ли вообще картины из галереи? Например, чтобы показать покупателю?
– Нет, у нас так не делается. Если человек, желающий купить картину, настаивает на… м-м-м… закрытом показе, это, как правило, происходит в офисе. Страховщики не разрешают выносить работы за пределы галереи.
– Ах, страховщики, – протянул Мартин. – Тогда конечно. Эти в каждой бочке затычка. Я как-то не подумал. Может, вы не поладили с кем-то из коллег?
– Нет, у нас такого не бывает. Все отлично ладят. – По крайней мере, до недавнего времени.
– А дома? Были у вас ценные вещи, на которые грабители могли польститься?
– Э-э-э… – Я несколько растерялся под градом вопросов, Мартин перескакивал с темы на тему, и мне стоило больших усилий не потерять нить разговора. – Разве что часы, золотые антикварные часы, дедушкины, он их собирал. То есть мне достались не самые дорогие, у меня есть двоюродный брат, Леон, он старше меня, хотя по виду не скажешь, но на самом деле… – Я окончательно сбился и мучительно долго вспоминал, к чему это я. Детективы смотрели на меня с вежливым интересом. – А, да. Точно. В общем, мои стоят примерно тысячу фунтов.
– Старинные часы красивые, – заметил Мартин. – Современные не люблю, все эти “ролексы” – полная фигня, никакого качества. Вы свои часы носите? Мог кто-нибудь увидеть их на вас?
– Да, ношу. Не всегда, обычно обхожусь телефоном. Но если у меня встреча или открытие выставки… тогда да.
– А в тот вечер они были на вас?
– Нет. То есть… – надел на встречу с Ричардом, для солидности, – да, кажется, на мне. Но потом, когда лег спать, они должны были лежать на тумбочке у кровати, их тоже украли?
Мартин покачал головой:
– Точно не могу сказать. Если честно, не припомню, чтобы мне на глаза попадались золотые часы, но это не значит, что их там не было. – При мысли о том, что эти ребята шарились по моей квартире, у меня свело живот и пробил холодный пот: у меня ведь припрятана травка, черт, да и кокс оставался после той вечеринки на День святого Патрика. Хотя если бы они собирались предъявить мне по этому поводу претензии, то уже давно упомянули бы об этом.
– Какая у вас машина? – спросил Мартин.
– Черт, – я только сейчас вспомнил, что у меня есть машина. – Точно. “БМВ”-купе, ей несколько лет, но наверняка она до сих пор стoит… Они ее угнали?
– Угнали, да, – ответил Мартин. – Увы. Мы ее ищем, но пока порадовать вас нечем.
– Ничего, страховка это покроет, – успокоил меня Аляповатый Костюм. – Мы выдадим вам копию протокола.
– Где были ключи? – уточнил Мартин.
– В гостиной. На этом, как его… – слово опять ускользнуло, – на буфете.
Детектив негромко фыркнул:
– Возле окна, у всех на виду! Вы ведь не задергиваете шторы?
– Обычно нет.
– В следующий раз будьте осторожнее, – скривился Мартин. – В пятницу ночью вы не зашторивали окно?
– Я не… – вернулся домой, лег спать, а в промежутке пустота, громадная черная дыра, к которой страшно подступиться, – я не помню.
– В тот день вы ездили на машине?
– Нет, оставил возле дома, – помедлив, ответил я. Помню, подумал: чем бы ни кончилась встреча с Ричардом, мне наверняка захочется пропустить пинту-другую пива.
– На парковке перед домом.
– Да.
– Часто вы на ней ездите?
– Не особо. Обычно хожу на работу пешком, если погода хорошая, ну и чтобы не нервничать по поводу парковки. Но в дождь или если опаздываю, еду на машине. Ну и по выходным. В общем, пару раз в неделю. Может, три.
– Когда вы в последний раз ею пользовались?
– Кажется… – Я знал, что несколько дней просидел дома, но сколько именно, не помнил. – Кажется, в начале той недели. В понедельник, что ли.
– Вы в этом твердо уверены? – Мартин вскинул бровь. – В понедельник?
– Вроде да. Не помню. Или на выходных. – Было ясно, куда он клонит. Парковка неогороженная, возле дороги. Мартин наверняка решил, что кто-нибудь приметил мою машину, видел, как я сажусь в нее, отыскал окна моей квартиры и явился за ключами. Жуть берет, конечно, как представлю, что валяюсь на диване, ем чипсы, смотрю телик, а из темноты за мной кто-то наблюдает в щелку меж занавесок, но в целом эта версия понравилась мне куда больше, чем моя с Гопником. Личных мотивов у угонщиков нет, так что они вряд ли вернутся.
– Что еще ценного было в доме?
– Ноутбук. “Иксбокс”. Вроде всё. Они их тоже…
– Да, – перебил Аляповатый Костюм. – И телевизор. Обычное дело: берут то, что легко сбыть с рук. Мы приобщим к делу серийные номера, если они у вас есть, но…
– Сейчас мы пытаемся понять, – вмешался Мартин, – почему именно вы.
Детективы склонили головы набок и уставились на меня с выжидательными полуулыбками.
– Не знаю, – ответил я. – Наверное, потому, что живу на первом этаже. И забыл включить сигнализацию.
– Возможно, – согласился Мартин. – Преступники могли действовать наудачу. Так бывает, правда. Но в городе полным-полно других квартир на первом этаже. И полным-полно других людей, забывающих включить сигнализацию. Вот мы и задаемся вопросом, не было ли конкретной причины, по которой они выбрали именно вас?
– По крайней мере, мне ничего такого в голову не приходит. – Детективы не сводили с меня глаз. – Я ничего не сделал. Я не замешан ни в каких преступлениях и ни в чем таком.
– Точно? Потому что в противном случае вам лучше рассказать об этом сейчас. Пока мы сами не выяснили.
– Точно. – Их вопросы начинали меня раздражать – что они обо мне думают, в конце-то концов? Что я наркотиками торгую? Продаю в даркнете порнуху для педофилов? – Спросите кого угодно. Проверяйте меня как хотите. Я ничего не сделал.
– Как скажете, – охотно согласился Мартин, отодвинулся и перекинул руку через спинку стула. – Должны же мы были спросить.
– Понимаю.
– Это наша работа. Ничего личного.
– Догадываюсь. Я же не… ну, ничего такого.
– Отлично. Это-то мы и хотели выяснить.