Страница 46 из 165
– Виктору сама перескажешь, он вправе знать, заодно будет повод помириться, — со странной улыбкой произнес он. — Когда-то очень давно, я был безумно влюблен. В девушку старше себя, к тому же отдавшую свое сердце человеку. Они хотели уехать куда-нибудь на север поближе к дикой природе, прочь от стаи и всех правил, но началась война… Бежать они не смогли, не успели. Девушка, ее звали Laurra, была асаху из семьи ka-Villa. Разразился страшный скандал. Возлюбленный ее был убит, ребенка-полукровку после рождения ждала такая же участь.
Я слушала затаив дыхание. В первый раз отец рассказывал что-то о своей молодости.
– Laurra решила сбежать, спрятаться и вернулась только через год, готовая понести любое наказание. Она поклялась, что ребенок не выжил — инцидент посчитали исчерпанным. Три года оборотни партизанили в лесах к востоку отсюда. Наш отряд мог сам себя прокормить, что не могло не вызывать симпатии жителей двух маленьких деревушек, находящихся под нашей защитой. Годы войны слились в непрерывный калейдоскоп не самых приятных событий, одно только освещало мою жизнь – такая редкая улыбка одинокой, печальной волчицы.
Наступил переломный момент. Захватчики отступали, сжигая все на своем пути. Анор решил увести стаю. И Laurra не выдержала. Оказалось, ребенок, девочка, была жива и осталась под опекой одной из женщин в в деревне. Она умоляла стаю не уходить, просила разрешить ей забрать ребенка, но анор был неумолим. И по всем существующим законам, поступал абсолютно правильно. Я не смог остаться в стороне, был просто не в состоянии видеть ее на коленях, в слезах, уничтоженную горем… Я должен был что-то предпринять…
– И ты вызвал в дуэльный круг вожака?! Деда Дина?! — я хлопнула по пирилам, пораженная внезапным открытием. — Так вот, что тогда случилось!
Эту часть истории я не могла не знать. По наследству, как единственному ребенку в семье, мне переходило имя, состояние и кровные враги. Одного из них и самого опасного, молодого наследника ka-Aurran, я прекрасно знала. Скажу вам, совсем не весело иметь кровника в младшей школе. Теперь хоть знаю, с чего началась вражда наших семей.
– Именно.
– Он меня ненавидит. Как вижу, есть с чего, — я невольно усмехнулась.
Отец тем временем продолжил:
– Схватка завершилась быстро и дорого мне стоила. Матерый волк пытался встать на лапы, а я, едва не теряя сознание от боли, поклялся, что убью его и любого другого, кто не пойдет за мной. Он отказался. Даже сейчас, много лет спустя, я очень четко вижу серое небо, проливной дождь, смывающий кровь, обеты и здравый смысл. Мои лапы утопают в грязи, по морде течет вода, заливая глаза, а вокруг напряженная стая. Любое резкое движение неважно чье, решило бы мою судьбу. Первой, кто фактически спас мою шкуру, была Сабрина. В абсолютной тишине она сделала шаг вперед и развернулась к остальным. Потом вышел Алан…
– Сабрина?! — не поверила я. — Она же тебя терпеть не может?! Трудно представить, что когда-то было иначе.
Отец невольно улыбнулся. Чувствовалось, ему тяжело об этом вспоминать.
– Вот потому и не переносит, — размыто ответил он и продолжил. — Следом, поколебавшись, пошли и все остальные… Так в совершенно детском для оборотня возрасте, я стал анором стаи. Но это не помогло, мы опоздали. Деревня пылала. Стая ударила в спину отступающим войскам и потеряла многих. Я помню каждого, кто погиб тогда.
После боя мы несколько часов рыскали по пепелищу в поисках тех, кого еще можно было спасти. Ребенок выжил, Laurra — нет. Сняв с ее шеи кулон, ведь на ней род ka-Villa прерывался навсегда, я отдал его выжившей женщине, попросив позаботится о ребенке. Ей же сказал, что дочь моя. Никто больше не должен был знать, что в жилах малышки течет кровь асаху. Для ее же безопасности.