Страница 29 из 165
Утро началось с самой страшной проблемы: что надеть?! С собой было только то, в чем я ушла из дома, да пара вещей впопыхах захваченных мамой. Скрипя зубами, пришлось нацепить древнее как мир платье. Как золушка, честное слово! Отражение в зеркале добило меня окончательно: эта «вещь» оказалась безнадежно мала и сидела как-то по диагонали, потрясая чрезмерно укороченным подолом!
Сегодня же пойду и куплю что-нибудь приличное!
Просверлив отражение недовольным взглядом, я неохотно выползла из комнаты застав Вика за разглядыванием портретов. Старинные холсты в защитных стеклянных коробках, смотрелись в обычном коридоре обычного дома немного экстравагантно. Не замечая меня, Вик медленно побрел вдоль стены, застряв у одного из портретов.
На впечатляющих размеров полотне, небрежно опершись на перила, стояла женщина. Длинные темные волосы вопреки моде не были забраны вверх и спадали на плечи тяжелыми волнами; подчеркнуто простое платье и кружевная шаль только оттеняли ее аристократическую красоту. А пристальный взгляд черных глаз и надменная улыбка выдавали привычку повелевать. Она была истинным Волком и до последних минут оставалась им.
– Нравится? – поинтересовалась я.
Вик кивнул, словно обдумывая какую-то мысль.
– Они все чем-то схожи. Чувствуется власть, сила, уверенность, и … не знаю, как это объяснить, настороженность что ли, как у хищника, — сказал он, взглянув на меня.
Я невольно улыбнулась точному сравнению.
– Но она, — Вик кивнут на портрет, — мне кого-то напоминает.
Я понимающе улыбнулась, и, перегнувшись через перила, крикнула:
– Па! Тебе не лень будет сюда подняться на минуточку?
Взглянув на удивленного Вика, я с трудом сдержала смех, нетерпеливо ожидая, пока папа поднимется по лестнице. До кое-кого медленно начало доходить.
Па весело улыбнулся:
– Экскурс в историю?
– Да вот, проводим идентификацию личности, — радостно поделилась я.
Отец понятливо пристроился под портретом. Те же глаза, те же волосы, неуловимо похожие черты.
– Как ты, наверное, уже понял, – подвела черту я, — моя прабабка!
Па грустно улыбнулся.
– Она осталась, чтобы могли убежать мы, а я вернулся. Тогда был уверен, что поступаю правильно, а сейчас понимаю, это едва не сделала ее жертву напрасной.
Мы, не отрываясь, смотрели на портрет.
– Асаху… Одна из последних…
Фраза повисла в воздухе. Каждый думал о чем-то своем.