Страница 2 из 39
- Надо бежать отсюда, я компас стащила! - Девочка, опасливо оглядываясь на спящих на соседних койках людей показывает прибор, квадратная деревянная оправа сантиметров на десять, слегка светящиеся в полумраке фосфором стрелки и направления. Нет, не компас, а компАс, как говорят эти извращенцы на флоте.
- Компас? Это хорошо, теперь мы сбежим отсюда без труда.
Малявка доверчиво смотрит на меня широко открытыми глазами, и мне становится неловко за свой неуместный сарказм. Детский сад, она же это всерьез, хотя, как знать, может, она и права. В каком я здесь положении, заставили работать, не связали, но ведь мы в открытом море, никуда не убежишь. Да что за корабль вообще, и где мы?
- Тебя как зовут?
- Диана...
- Тут дело такое, Диана, спешить с побегом не будем, надо осмотреться, что и как. Ты с ними говорила, какой здесь год?
- Как какой год? - Удивляется Диана, - две тысячи третий, конечно!
Ну, нет, это вряд ли, в двадцать первом веке таких пароходов не найдешь, и выглядит народ странно, хотя, кто знает.
- А что за люди на корабле, чей корабль?
- Люди эти китайцы, и корабль китайский.
А вот это больше похоже на правду.
- А куда корабль идет, ты случайно не знаешь?
- Нет, не знаю, они говорили, но я не поняла. Но завтра мы придем в порт, и там будет бункеринг.
А это еще что за хрень? Голова начитает пустеть, мозг не желает принимать невероятное, и обрабатывать невозможную информацию. Не буду думать об этом сейчас, я подумаю об этом завтра, универсальная формула Скарлетт срабатывает, моментально внося в душу успокоение.
Пока я расслабляюсь, обретая внутреннее равновесие, Диана затихает на соседней кровати. Да, свела судьба со спутницей, ни мозгов, ни сисек. Гляжу на компас в руке, буквы английские, от нечего делать кручу нехитрый прибор, совмещая синий конец дрожащей стрелки с буквой N. Стрелка останавливается, где нужно, замирает на миг, а затем вдруг резко крутится со скоростью истребительного пропеллера. Снова замирает строго на "норде", рывком перескакивает на "ост" и возвращается назад, потом начинает рывками двигаться по шкале, отмеряя румбы, как секунды, и наконец, окончательно успокаивается.
- Охренеть! И к чему был этот показательный сюрпляс? Намекаешь на свою обалденную разумность?
Разговаривать с компасом, это, конечно, показатель. Типа, телефона, телефона, чукча кушать хочет! Однако компас воспринимает вопрос всерьез, и тут же отвечает на него, качнув синий конец стрелки на "ост", подержав его там секунду, и резко вернув на "норд". Отлично! Полтергейст натуральный, читал в газетах про подобные случаи, там электросчетчики крутились с неимоверной скоростью, факт, установленный медициной. А здесь у меня, стало быть, компас, причем с претензией на разумность. И что мы можем извлечь из этой глоссы? Ладно, разбираться с феноменом буду потом, а сейчас вернусь к тому, от чего меня оторвала Диана, спать.
Вторая вахта подсобника кочегара далась мне гораздо тяжелее первой, там я действовал на автопилоте, а тут уже взял управление на себя, и обстановка сильно била по мозгам. От неимоверной жары и духоты постоянно хотелось пить, ведро с водой, поставленное у входа, пустело моментально, но еще быстрее эта вода выливалась изнутри с потом. Лопата была невозможно тяжелой, хоть я и изворачивался кидать уголь "животом", но к концу смены руки отваливались, а в спину как будто вставили ржавый лом. Сморкался я черной угольной смолой, а о вполне приличной на вчера одежде уже и не жалел. Когда я спустя вечность выпал из трюма под душ, в мозгу было только одно, Диана права, тысячу раз права, бежать, и как можно скорее.
В этот раз Диана перехватила меня еще в столовой, разговаривать не было никаких сил, но приличия соблюсти необходимо.
- Привет! Ты что здесь?
- Я тут работаю, - Диана злобно зыркнула в сторону китайских поваров, - посуду им мою и овощи режу. Видел берег?
- Я? Нет, не обратил внимания. - Когда шли по борту, коллеги китайцы тыкали куда-то пальцами, но мне было плевать.
- Как придем в порт, надо сразу бежать отсюда! Смотрят еще, уроды, сами все равно ни слова не понимают! - Опять оскалилась она уже на моих товарищей по несчастью, кочегаров.
- Посмотрим..., - проворчал я и пошел отсыпаться.
Разбудила меня в этот раз уже не Диана, а китайские друзья.
- И вправду, уроды, поспать не дадут, куда они опять собрались?
Качки нет, и машины не работают, ага, все же пришли в порт. Точно, едва выйдя из матросской спальни на палубу, в глаза сразу бросились недалекие низкие горы на горизонте, и городок, прижавшийся к берегу. Китайский городок, с характерными нелепыми крышами, приподнявшими края под ветром, с толпами народа на узких улочках. Ни одного автомобиля, зато пара конных повозок, несколько всадников, рикши в ассортименте. Вот тебе и две тысячи третий год. И куда это намылились мои сотоварищи, в город, в этих грязных спецовках? Да, похоже, над внешним видом никто не трясется, и я с ними за нормального сойду, впрочем, люди на берегу одеты не лучше, может, и почище, но рвани куда больше.
Но как же предсказуемы эти ребята, если матрос идет на берег, то непременно в кабак! И наша компания тоже не стала исключением, узкоглазые парни, видимо, бывали в этом порту не раз, и хорошо в нем ориентировались, пройдя мимо двух питейных заведений и заскочив в третье. Уже во время нашего шествия по улицам я почувствовал жесткий дискомфорт от пребывания в чужом городе с чужими людьми и чужой культурой, так, что поневоле начал жаться к матросам, единственным относительно знакомым. Нет, сюда бежать с корабля я не буду, быстрее бы вернуться назад. Именно этой простой и ясной мыслью было отмечено все мое пребывание на берегу, в занюханном припортовом ресторанчике и на местном рынке. Ни одного европейского дома, лица, костюма, блюда, нет, бегом назад, на корабль! По трапу на борт я поднялся первым, буквально растолкав впереди идущих китайцев.