Страница 54 из 55
- А, по-моему, очень даже важно, – заметила Мартина, поглаживая пегаса по гриве.
- Выскажись! Легче станет... – Посоветовал Альфред, швыряя палку куда-то в сторону ворот.
Саймон заметил, что и на этих его кедах шнурки не завязаны.
- Ты ни разу не падал, наступив на шнурки? – он не смог удержаться, чтобы не спросить.
- Нет! – Засмеялся Альфред, и посмотрел на свои кеды. – Специальная магия для шнурков! Хочешь, научу?
- Он любит эксперименты с волшебством, – улыбнулась Мартина, рассказывая об особенностях брата. – Один раз даже учительницу в кактус превратил...
- Марти! Не преуменьшай мои способности. Это был фикус! – тут же горделиво поправил её брат.
- Ну, как, превратил, у нее на голове и руках просто выросли длинные зеленые листья.
- И начался процесс фотосинтеза!..
Разговор благополучно приблизился к другой теме, и Саймон с облегчением смахнул пот со лба.
Мартина поправила шлем и попросила брата наколдовать в воздухе прозрачные круги, через которые она решила пролететь. Альфред послушался, начертил указательным пальцем несколько кружков, которые постепенно приобретали цвет и увеличивались в размерах. Затем круги поднялись в воздух и разместились высоко над дворцом и лужайкой.
- Развлекайся! – Улыбнулся он, любуясь на результаты своего волшебства. – Они у меня сегодня ровнее получились. Каждый кружок даст тебе десять очков! А тот – зеленый – целых сорок!
Мартина захихикала и взяла поводья. Рожок тронулся с места, двигая своими длинными и мускулистыми ногами. Он разогнался, расправил огромные сизые крылья и взлетел.
Когда Мартина была достаточно высоко, вернулась Карсилина, телепортировавшись на лужайку. Она подошла к ребятам и, смотря, как пегас плавно парит над дворцом, подобный исполинской птице, воскликнула.
- Как хорошо, что он выздоровел! Теперь Мартина сможет начать тренироваться.
- Кубок будет наш, – гордо отозвался Альфред.
Затем она уже обратилась к Саймону, даже не заботясь о том, что разговор достигнет лишних ушей:
- Саймон, я кое-что узнала!
- Только не говори, что будешь убеждать меня в том, что...
Он чуть не сказал «моего отца», но вовремя исправился.
- ...что ЕГО есть за что прощать!
«Отцом» он его называть не станет. Много чести!
- Ты ведь не знаешь, как все было, и что заставило его так поступить! – обиженно отозвалась Карси, ей было необходимо их помирить. Все-таки – Мартин Вейс – единственный живой родственник Саймона, и довольно близкий. А то, что сейчас их отношения оставляют желать лучшего, ее расстраивало. Все должно быть правильно: отец и сын дружат и доверяют друг другу.
- Я не хочу этого знать!
Злость на отца никак не проходила, юноше казалось, что тот предал его и маму, что Мартин Вейс в принципе не может быть человеком порядочным.
- О ком это вы, а? – поинтересовался Альфред, выхватывая палку из зубов собаки.
Карси собиралась, было, ответить, но Саймон её опередил:
- Об одном малозначительном человеке...
- Саймон! – недовольно протянула Карси, ей хотелось ткнуть его в бок.
- Это - тот человек, который испортил настроение вам обоим? - Догадался Альфред, и снова бросил палку, на этот раз, особо не замахиваясь.
Пегас летел ровно, то, снижаясь, то опускаясь. Вдруг непонятно откуда вылетела визжащая девушка на летающем табурете. Ее черные волосы плавно развевались на ветру, но девушка отнюдь не красовалась. «Помогите!!! Кто-нибудь!! Я сейчас разобьюсь!!!» - визжала она. Видно, у табурета возникла магическая неисправность.
«Держись!!» - Крикнула Мартина, пикируя и пытаясь ее догнать. Но та выделывала такие страшные виражи, от которых Рожок приходил в ужас и боялся маневрировать. «Тише, Рожок, тише...» - Мартина пыталась его успокоить, затем ей это удалось, и конь отважно сделал в воздухе сальто.
- Я же говорю! – воскликнул Альфред. – Точно бы первое место заняла!
- О какие трюки! И без каскадеров! – заметил Саймон, восхитившись.
Между тем, табурет стремительно приближал черноволосую девушку к дворцу. Сейчас она врежется в стену... «Рейсмарони» - выкрикнула Мартина, надеясь усмирить бешеный табурет. Но она упустила маленькую деталь: выводить из строя и так выведенную из строя технику это уже тянет на сумасшествие.
Заклинание попало точно в яблочко, и табуретка мешком понеслась к земле. «М-а-а-м-а-а!!!» - взвизгнула черноволосая девушка. В последний момент Мартина успела схватить ее за руку и потянула на себя, только по этой причине та осталась целой и невредимой. Держать ее принцессе было тяжело, и она боялась, что рука бедолаги выскользнет из ее. Рожок плавно опустился перед ребятами, и девушка, коснувшись ногами почвы, упала на траву, раскинув руки и пытаясь отдышаться.
Тяжело дыша, она пыталась справиться с пережитым шоком и всхлипывала.
- Высший класс! – воскликнула Карсилина, ей хотелось пожать руку незнакомке в знак одобрения.
- Кого это ты спасла? – Альфред склонился над спасённой девушкой и ойкнул:
- Это же - Сулитерия Трегторф!
- И что в этом такого? – не поняла Карси, замерев.
- Она - племянница Гадритты! – пояснила Мартина, слезая с пегаса.
Саймон оценивающе посмотрел на Сулитерию, и в этот миг их глаза встретились. У неё были большие тёмно-серые глаза, юноша поспешил отвести взгляд, почувствовав себя неуютно, в то время как Сулитерия вздрогнула.
- Не положено ей здесь быть! – сказал Альфред, поставив руки на бока.
- Ну и что с того, что моя тетя злая колдунья! – опомнилась Сулитерия и присела, в ее черных прямых волосах запутались травинки. – Это не значит, что я тоже...
- Трегторфам нельзя доверять, – пробормотала Мартина, точно повторяла слова бабушки.
- Я добрая! Понимаете, добрая! – пыталась объясниться Сулитерия, думая, что единственное средство донести свою информацию до них – громкий голос. – Я против зла! Даже крылья мухам не отрываю!..
- И сушеных пауков не ешь? – фыркнула Ленди, которой уже надоело приносить Альфреду палку, и она сидела, заинтересованно разглядывая незнакомку, пытаясь к ней принюхаться.
- Как вы понять не можете, Фротгерты. Я к вам ненависти не испытываю! Меня интересует только картфол, вовсе не зло, - она не использовала это напыщенное обращение к знатным особам, и вообще вела себя фамильярно.
Последовало недолгое молчание, во время которого Сулитерия ощутила на себе неприязненные взгляды и поёжилась.
- Врешь! – наконец отчеканил Альфред.
- Я правду сказала, – Сулитерия поднялась с травы и отряхнулась. – Я протягиваю вам руку дружбы. Решайте сами, дружить или нет.
Ход, надо сказать, был неожиданным. И чего она добивалась, эта странная Сулитерия?
Она протянула руку для рукопожатия, но почти все отошли от нее на шаг назад, даже Ленди, уловившая странный запах древесного угля. Саймон, помедлив, тоже отошёл. Вспомнилось, как вела себя её тётушка, и заводить знакомство с кем-то подобным не хотелось.
Карси отходить не стала, она задумчиво смотрела на Сулитерию, которая состроила очень несчастный вид. А затем, принцесса, вопреки всем ожиданиям, уверенно протянула ей свою руку.
- Карси, не верь ей! – крикнула Мартина, не понимая, что нашло на старшую сестру.
Но Карсилина не стала одёргивать руку, и рукопожатие состоялось.
- Не бойся, Сулитерия, я верю тебе, – сказала она с улыбкой.
Всё-таки, Карси наивная. Кто бы знал, что это рукопожатие послужит началом всех неприятностей, более масштабных, чем были ранее. И Сулитерия сыграет в этом далеко не последнюю роль. И дело даже не в том, что Карси искала в людях хорошее. А в том, какое количество света может быть в душе.
Сулитерия подмигнула Карсилине, а затем, выпрямившись, изрекла: «Ладно, мне идти надо». И пошла, собирать обломки табуретки, разбросанные под окнами.
- Кстати, в ноябре, тринадцатого, состоится матч по картфолу. Приходите за меня болеть!
С этими словами, собрав всё, она обернулась вокруг своей оси и исчезла.