Страница 53 из 55
Карсилина остановилась посреди комнаты и с сочувствием на него посмотрела. Она молчала, не зная, что сказать.
- А потом возникла некоторая загвоздка, связанная с тобой, - он чуть не поперхнулся, пытаясь сказать это очень быстро. – Мне доложили, что колдуны «СиТм» начали на тебя своеобразную охоту, вот только никто не понимал, почему. Я боялся за сына. Думал, а вдруг они знают? Вдруг догадались? Хотел уже бросить все свои дела и отправиться в Зебровск...
- Затем выяснилось, что дело во мне, – фыркнула девушка.
- Да. Но после того, как Королевская Семья вернула тебя, я хотел забрать Саймона...
- И так долго собирались?
- Я... Тогда не мог.
Наступила пауза, во время которой Мартин Вейс допил остывающий чай.
- Знаете, принцесса я потерял свою жену, и с тех пор я отношусь к вам, детям королевской семьи, как к собственным. Я к вам очень привязан, но забыл уже давно, что такое счастье.
- Какой же Вы несчастный, Мартин Вейс... – С горечью заметила Карси, коснувшись ладонью его плеча.
- Сегодня я чувствую себя уже не так как вчера и все эти пустые годы! – воскликнул Мартин Вейс, да так громко, что Карси вздрогнула.
Похоже, за всё это долгое время он чуть тронулся умом. По крайней мере, Карсилина пришла к такому выводу.
- Мой сын здесь! – он поднялся, ударившись коленом о столик, подошел к фотографии, на которой держал своего годовалого ребёнка, и провел по ней указательным пальцем. – Только не хочет меня знать. В чем я ошибся?
- Нужно рассказать ему всё, - Карси была в этом более, чем уверена.
- Да... Конечно, – сказал он, сделав большую паузу между этими двумя словами, отворачиваясь от фотографий.
Он посмотрел на Карси таким пристальным взглядом, что та почувствовала себя неуютно. У неё сложилось ощущение, что его карие глаза видели её насквозь, угадывали всё, что она чувствует сейчас.
- Но больше всего я боюсь, - признавался он, медленно подходя к ней, - что с моим сыном случится то же самое, что и со мной. Я боюсь, что он потеряет...
И он остановился, не закончив фразу, снова закашлялся, а затем изрек, серьёзно глядя на Карси:
- Но я этого не допущу! Я не позволю ему стать таким жалким, как я! – и он засмеялся, но смех этот был не от счастья. – Не позволю чувствовать то, что я испытывал тогда!
Из глубины прихожей раздался слабый звук отпираемой двери и через минуту в комнату, не выпуская из рук авоськи, вошла Навира. Взгляд ее уперся в спину разволновавшегося хозяина.
- Господин, вам лучше прилечь, – посоветовала Навира.
Принцесса медленно и осторожно пошла к выходу, словно пыталась прокрасться возле дикого спящего тигра. И обогнула гувернантку, прошептав «Извините».
Мартин Вейс молча смотрел, как она покидает комнату, и вздрогнул, когда хлопнула входная дверь.
- Навира, где мои сигареты?
***
До дворца Саймон добирался пешком. Хотелось развеяться, и он был зол на весь мир, особенно на отца, который вдруг объявился из мёртвых. Так же он злился на Карси, за то, что та встала на сторону противника!
С досады Саймон пнул ногой фонарный столб, злости не уменьшилось, только нога заболела. Его раздражало, когда Карси проявляла к кому-нибудь свою жалость, особенно к тем, кто этого не заслуживал!
В лицо дул прохладный ветерок, и Саймон, забывшись, чуть не столкнулся с солидного вида мужчиной. Он когда-нибудь перестанет выпадать из реальности и врезаться в людей?
- Осторожно! – осадил мужчина, но тот даже не обернулся.
«Осторожно!» - передразнил Саймон его, когда мужчина скрылся за поворотом. «То же мне, какой правильный нашёлся!».
- А руки выставил, словно арбузы подмышками тащит! Качок показушный! Тьфу! – сплюнув, Саймон уже чувствовал, как гнев все больше овладевает им. Какая-то животная дикость, готовая всех вокруг сжечь или порвать на мелкие лоскуты. Это состояние пугало.
Юноша подошел к разноцветной витрине магазина сладостей и прикоснулся ладонью к стеклу, словно пытался этим самым охладить свой пыл. Конечно, это было еще той глупостью, и он отпечаток руки оставил - портящий картину некрасивый жирный развод.
Мимо, смеясь, пробежал школьник, наверное, третьеклассник. Саймон, обернувшись, крикнул, словно старый дед в очереди к терапевту: «Разбегался тут!». Мальчик остановился и испуганно глянул на него, казалось, он сейчас расплачется. Еще бы, какой-то сердитый парень неожиданно решил на тебя накричать!
Нужно срочно выпустить пар! Иначе мог повториться один из многочисленных случаев, когда Саймон случайно что-либо взрывал, поджигал, разбивал, когда был очень сердит. Он вспомнил, парочку не совсем красивых случаев, когда его магия выходила из-под контроля. Юноша должен был научиться контролировать это во время вспышек плохого настроения!
Саймон глянул на мальчика и почувствовал угрызения совести. Ведь мог случайно его покалечить. В голове тут же возник образ испуганной продавщицы, у которой дымились волосы, а целая полка за её спиной пострадала от огненного шара.
Юный чародей подошел к впавшему в ступор мальчику, тот глядел на парня, как кролик на кобру.
- Прости, – сказал Саймон, самым доброжелательным тоном, хоть внутри его всего и трясло, материализовал леденец на палочке и протянул ему.
Мальчик выхватил леденец и в панике убежал, ничего и не сказав.
- Ну и катись! – Недовольно пробурчал Саймон, сжав кулаки, злость накатила новой волной. В конце концов, тот мог бы и не выхватывать этот леденец так резко. У Саймона и так нервы на пределе!
Теперь он злился еще и на то, что его сейчас все бесит, даже дуновение ветра и глупые воркующие голуби, пролетающие на полетной технике люди вверху, и даже простые светофоры.
Юноша глубоко вздохнул три раза, говорят, это помогает, когда злишься. Затем достал из кармана плеер, настроил на радио «Колокольчик Плюс» и пошел дальше. И песня там снова играла под его настроение, называлась «Колдунья из села Белогоряченское». Её исполняла Листонская группа «Железный Персик». Песня, конечно, глупая, но музыка сойдёт. Бывают и такие исполнители, которые придумывают отличные мелодии, а вот тексты на эти композиции ложатся совершенно кривые.
Злоба постепенно спадала, главное только не думать о «ожившем» отце.
«... Ты меня околдовала,
Сердце подло украла,
На кусочки разбила!
Это величайшая подлость,
Из всех, что ты совершила!..»
Саймон тихо подпевал солисту «Железного Персика», отвлекаясь от мыслей о Карси, ведь если сейчас будет о ней думать, то потом вспомнит про отца, поймет, что из-за него он с ней чуть не поссорился. И снова разозлится на себя, на отца и на Карсилину, а потом и еще на кого-нибудь.
***
Проходя по насыщенно-зелёной лужайке возле дворца и более-менее нормализовав настроение, Саймон увидел Мартину, Альфреда и собаку Карсилины Ленди. Она весело носилась вокруг двойняшек, огибая стриженные зеленые кусты, высаженные вдоль брусчатки, ведущей от ворот до дворца. Альфред увлечённо кидал псине толстую палку, принесённую, из королевского парка.
Возле Мартины стоял красивый белый пегас с серой гривой, который не обращал на собаку никакого внимания, у него были огромные сизые крылья, и он терпеливо ждал, пока Мартина нахлобучит себе на голову шлем. «Рожок» - Догадался Саймон. Это был тот самый пегас, с которым сестра Карсилины участвовала в скачках.
- Саймон, а где Карси? – спросил Альфред, с вытянутой рукой ожидая, пока Ленди притащит ему палку.
- Скоро придёт, – ответил юноша, нахмурившись и отведя взгляд, не желая распространяться на эту тему.
- Выглядишь не очень довольным, – заметила Мартина, грациозно по-королевски взбираясь в седло. – Что стряслось?
На ней были чёрные ботинки со шнурками, кожаные штаны и серая блузка. Совершенно не тот образ, в котором Саймон увидел её первый раз.
- Да неважно, – отмахнулся он.
Ему не хотелось им рассказывать о том, что сегодня случилось, что он наткнулся на своего отца. Судя по тому, что Карси встала на сторону Мартина Вейса, семья Фротгерт его уважает.