Страница 81 из 118
- ... однако я привел в пример частный случай, так сказать, одну из первых негативных "ласточек" внедрения ИИ. А на повестке дня стоит вопрос о потере профессии и средств существования гораздо большей части людей, чем сейчас. Водители, учителя, врачи! Государственные служащие, наподобие налоговых инспекторов и судей! Да список бесконечен!
- Видимо, с повышением производительности труда и снижением издержек, этим людям будут платить зарплату не за работу, а просто за то, что они есть. - Брякнул я первое, что пришло на ум, исключительно занятый своими переживаниями. Я гадал, что Настя будет делать дальше. А она, поцеловав в щеку сначала Олега, потом Димитрия, мило улыбнулась лейтенанту и направилась к сцене.
- Зарплату? - язвительно передразнил меня помреж, - вы и в самом деле считаете, что это возможно? Ну, хорошо, будь, по-вашему! Допустим, ее не просто будут платить, а наступит самый настоящий коммунизм. Но тогда мы потеряем стимул получать знания! Мы целиком сосредоточимся на удовольствиях, и уже во втором поколении превратимся в самых настоящих идиотов! Не умеющих добывать пропитание, на нами же, уничтоженной планете!..
Настя зашла за небольшую ширмочку, и появилась уже в белом балетном трико. Рабочий отодвинул картонного "конферансье" в сторону, и поставил на сцену напольные часы. Не иначе, привезенные кем-то (как бы не Олегом) из Карпово. По стилю исполнения они были очень похожи на те, что я трогал сегодня в избе. Мне захотелось броситься на сцену и разбить их. Но я решил обождать и посмотреть, что будет дальше. Неужели в такой неподходящей обстановке, и при относительно большом количестве людей, можно открыть "портал"? Если так, это меняет все, человечество действительно стоит на пороге страшных событий!
ГЛАВА 110.
Настя глянула на автостоянку, где начали вспыхивать факелы, и, словно они явились для нее знаком, принялась танцевать вокруг часов "танец звездного неба". Потолочные прожектора сразу направились на балерину, а все имеющиеся камеры пришли в движение, улавливая объективами каждый ее жест. Редкая публика стала одобрительно похлопывать. Но помреж, к моему сожалению, вел себя так, будто в зале ничего не происходит. Он налил себе еще водки, и, не давая мне сосредоточиться на представлении, продолжил говорить:
- ... ИИ к тому времени будет управлять всей планетой. Большая часть из нас, не занятая его обслуживанием, да и вообще ничем, покажется ему лишней. Иждивенцами, которые оттягивают на себя материальные и энергетические ресурсы, ставя под угрозу бесконечное существование самого "совершенного" разума. Следовательно, рано или поздно он придет к решению "уменьшить поголовье" до приемлемого, по его оценке, размера. Устроит нам ядерную войну, всепланетный голод, эпидемию неизвестной болезни. Да все перечисленное, сразу! Короче, ИИ придумает, каким образом нас "проредить". Казало бы, нам надо отказаться от его создания, но маховик событий уже запущен. Все ведущие государства соревнуются между собой, как это было при освоении атомной энергии, или в ракетной гонке. Из назревающей ситуации, как мне представляется, у человечества все лишь три возможных выхода.
- Это, какие? - рассеяно спросил я, продолжая следить за Настей. Мои опасения о том, к чему может привести ее танец, пока не оправдывались. Она танцевала слабо, без настроения. Скорее отбывала повинность, чем давала настоящее представление. Вероятно, сказывалось не только ее внутреннее состояние, но и "просадка" поддержки зрителей. Народу в зале становилось все меньше. Люди, по непонятной мне причине, вставали из-за столов, и, оставляя еду и напитки нетронутыми, уходили.
- ... первый выход - это мы можем сами начать войну на истребление, предупреждая страшную неотвратимость надвигающихся событий, и тем самым "свернуть" на другую цивилизационную "дорогу". Второй - строить ИИ так, чтобы он не мог обходиться без наших мозгов. Пусть в наши головы будут вживлены электроды, позволяющие нам стать безусловной частью новой "экосистемы". Этакая, парадоксальная замена привычной для нас работы, по сути, на беспросветное круглосуточное рабство у нами же созданного хозяина. И, третий - опять же, лежит в области трансформации наших тел в нечто другое. В некое, обладающее таким же бессмертием, как ИИ, существо, имеющее возможность выжить в космосе. Тогда мы сможем быть на равных с ИИ, стать союзниками в покорении просторов вселенной. И вместе с ним, возможно, поймем, как существовать вечно при постоянно разрушающейся материи. А впрочем, все три варианта, сплошное паскудство. Чем принять любой из них, я лучше сдохну от пьянства!
Закончив говорить, Николай выпил рюмку, после чего уронил голову на руки и громко захрапел. В зале уже осталось нас трое: он, я, и Настя, с которой я по-прежнему не сводил глаз. Она, не закончив (к моему облегчению) свой "космический" этюд, вдруг спрыгнула со сцены. Подошла к пустому режиссёрскому пульту, и, поискав мышью на экране, сменила программу. Послышались звуки вальса. Свет прожекторов направился в центр залы, туда же переместились и камеры. Но оставшись без опытного управления, они смотрели в разные стороны.
Я понял, что наступила минута моего счастья, и пошел к Насте навстречу. Мы встретились на месте, обозначенным меловым кружочком. Она положила руку мне на плечо, я обнял ее за талию. Настя склонила голову, тем самым предлагая, чтобы я "повел". И мы закружились.
ГЛАВА 111.
Вальс, божественный вальс! Я всегда его танцевал хорошо, но теперь, чувствуя близость Насти, я не танцевал - летал, и заставлял ее летать со мной.
- Сегодня все происходит не так, как планировалось. "Бал немецких офицеров", где мы должны были находиться в центре внимания, предполагался до начала застолья. Мой сольный выход намечался в конце. Но я рада тому, что мы, несмотря ни на что, танцуем! - улыбаясь мне, сказала Настя.
Что означает, это ее - "не так, как планировалось?". Я задумался. Ведь с Настиных слов получалось, что заменой "балу офицеров" послужило ее "представление с часами". Но почему бал отменили, а ее выход, нет? И чем он должен был закончиться? Неужели я прав, коллективным "выходом к звездам"? Но это нонсенс, этого быть не может! И какую мне, во всем этом, отвели роль? "Магического" помощника Насти? Не для меня ли "грел" место на сцене картонный конферансье? И не потому я теперь мучаюсь, что так и не научился понимать, о чем Настя думает, и чего хочет? Она по-прежнему остается для меня женщиной-загадкой?
- А какую концепцию режиссер собиралась реализовать в бале офицеров? В чем его идея? - спросил я, надеясь разговорить Настю. И таким образом выяснить больше о том, что здесь должно было произойти.