Элементарно, Борис!

- Я тебе это припомню –  неожиданно мстительно заявил Михай и удалился.

Мари удивленно огляделась, пытаясь встретиться взглядом если не с Тошей то на худой конец хотя бы со мной. Она явно была обескуражена таким поведением начальника. Как в её возрасте можно быть такой наивной? Глядя на новенькую – сразу ясно – темы для обсуждения будут. Но меня это не волнует вообще.

Не успел я вечером переступить порог моей временной обители, как услышал голос Алекса:

- Мы уходим.

Он появился у двери, на ходу застегивая куртку. Уходим, так уходим.

- Куда путь держим? – деланно-безразлично поинтересовался я.

-  В больницу. Тамиле стало лучше, и я хочу с ней пообщаться.

- А что с ней было не так?

- Пока не знаю, но твое состояние после визита к ней навевает определенные мысли.

Если бы у меня был выбор – этому походу я предпочел бы общение с Лорой. Почему брат назвал её Флоранс? И какая-нибудь кафешка гораздо приятней больницы. Хотя все относительно.

По сравнению с моргом и больница не самое плохое место. Когда достало всё вокруг можно записаться на прием к своему терапевту. Если долго и нудно жаловаться на постоянную головную боль могут и  больничный лист дать.

Ибо голова, что она? Она предмет темный и малопонятный. И так подозреваю, что по части болей в этом органе есть нюансы.

Вопреки живущему во мне стереотипу - в клинике у входа не было дежурной с урной бахил, по коридору не сновали в туалет и обратно озабоченные проблемами пищеварения бабули, и даже ни одной сексуальной сестрички в коротеньком халатике я не увидел.

Алекс оставил меня в коридоре. Вот зачем было тащить с собой? Неужели я не мог бы подождать его дома? Стоит только слегка изобразить покладистость – как люди сразу начинают наглеть.

Делать нечего. Я устроился в кресле между громадными фикусами достал телефон и открыл ВК.

От просмотра ленты меня отвлек разговор. Я осторожненько выглянул из-за цветка и  увидел эскулапа в беленьком колпачке, разговаривающего с как будто знакомой мне спиной. Не Геша ли?  Не успел я понять,  о чем шла речь, как из палаты вышел Алекс. Собеседник доктора юркнул за поворот, а эскулап устремился к нам. Вот и белый халат на нем, и колпак, и бэджик – а похож не на доктора, а на мясника с рынка. Нет в нем ни аристократичности, ни интеллигентности свойственной медикам.

- Что вы здесь делаете?

- Мы посетители – в голосе Алекса зазвучали занудно-истеричные нотки – ищем неврологию. Вчера госпитализировали мою тётю. Возраст, понимаете ли, масса проблем. Масса! Да еще характер! Тетя, достойный во всех отношениях человек. Но возраст и болезни – никому не идут на пользу. Вчера у неё был нервный приступ. Доктор рекомендовала не сопровождать её, а прийти сегодня. Мы никак не найдем её. И знаете, она заслуживает всего самого лучшего. Я должен убедиться, что у неё все самое лучшее.

- У нас в клинике вообще все самое лучшее. Корпус неврологии рядом с главным входом. А сюда посетителям вход воспрещен. Должна соблюдаться стерильность – пожалуйста, покиньте помещение.

Мы не стали спорить и направились к выходу. За нами не просто закрыли дверь. Я ясно услышал щелчок замка.

- Подумаешь, такие строгости? – не удержался я.

- Это инфекционное отделение, скажи спасибо, что не оставили в карантине на двадцать один день.

- Как там наша бедняжечка?

- Еще очень слаба. Почему ты мне не сказал про кофе?

- Разве это важно?

- Важно! Кто готовил напиток?

- Вдова.

- Ты видел, как она это делала?

- Ой, делов-то, кнопочку в кофемашине нажала и все.

- А как заливала воду, заправляла кофе – видел? Может она еще что-то добавляла в кофе?

- Она нет.

- А кто? – в голосе Алекса появились нотки раздражения.

- Ну стояла у неё бутылочка коньяка – я плеснул и ей  и себе «Delon Х.О».

- А почему не сказал?

- Кому? Ей? Она же сказала, что не пьет. Я думал – не заметит. Сплошной геморрой объясняться с трезвенницами.

- Мне надо было сказать. Мне! Я спрашивал.

- Ну ладно. Виноват. Исправлюсь.

Вот чего мне не хотелось – так это выслушивать занудные нотации. Решив, что план поисков на сегодня выполнен на все сто - я банально слинял.

Хотелось встретиться с Лорой. Её неуловимость будоражила и подогревала интерес. Танюха в подобной ситуации уже провела бы «разведку боем». С вероятностью близкой к ста процентам мы бы встретились, или хотя бы поговорили по телефону. А может Лорхен в принципе не интересуется мужчинами? Глупости! Этого просто не может быть.

Если бы в этом розовом домике обитали какие-нибудь шпионы – меня, наверное, уже попытались бы завербовать. Мусорные контейнеры чистят реже, чем я тут околачиваюсь.

Как обычно – дверь заперта. На звонок никто не отозвался.