Страница 23 из 73
- Ваша мать знала об этом?
- Я не ребенок, лейтенант, который бежит к матери, разбив коленку!
- Вы с Рэнделлом Слейдом играли вместе?
- Раньше да. Но моя сестра не одобряет этого пристрастия, и Рэнделл играть бросил.
- Предварительно наделав долгов?
Дэвид бросил на нее холодный взгляд.
- Мне об этом ничего не известно, и дела Рэнделла я с вами обсуждать не собираюсь.
"Все тебе известно", - подумала Ева, но решила пока что оставить эту тему.
- А скандал в Лас-Вегасе несколько лет назад? Вы были там?
- В Лас-Вегасе? - Дэвид взглянул на нее непонимающе.
- Что-то связанное с рулеткой.
- Я бываю в Лас-Вегасе, но ни о каком скандале мне ничего не известно.
- А вообще вы играете в рулетку?
- Нет, это дурацкая игра. Хотя Рэнди нравится. Я лично предпочитаю блэк-джек.
Рэнделл Слейд не производил впечатления дурака. Он показался Еве одним из тех, кто сметет на своем пути все, что может ему помешать. И художников-модельеров она представляла себе совсем не такими. Одет он был просто - в черный костюм без всяких новомодных тесемок и заклепок. Руки у него были большие и сильные - руки скорее рабочего, нежели художника.
- Надеюсь, вы не задержите меня надолго, - сказал он тоном человека, привыкшего распоряжаться. - Мирина плохо себя чувствует, она лежит наверху, и мне не хотелось бы оставлять ее одну.
- Да, я вас не задержу.
Ева не стала возражать, когда Рэнделл достал портсигар с десятью тонкими черными сигаретами. Она только отметила про себя, что он закурил, не спросив ее разрешения.
- Какие у вас были отношения с прокурором Тауэрс?
- Дружеские. Она должна была в скором времени стать моей тещей. Мы оба очень любили Мирину.
- Вы ей нравились?
- У меня нет причин считать иначе.
- Ваше профессиональное положение укрепилось после того, как вы стали работать с "Анжелини экспортс"?
- Пожалуй, да. - Он выпустил тонкую струйку дыма. - Но мне хочется думать, что Анжелини выиграл от нашего сотрудничества не меньше моего. Рэнделл бросил взгляд на Евин серый костюм. - Ни цвет, ни покрой вам не идут. Я бы посоветовал вам взглянуть на мою коллекцию прет-а-порте здесь, в Нью-Йорке.
- Благодарю вас, я это учту.
- Ненавижу, когда хорошенькая женщина плохо одета. - Рэнделл улыбнулся, и Ева вдруг увидела, каким он может быть обаятельным. - Вам пойдет нечто яркое и струящееся. У вас такая фигура, что вы можете это себе позволить.
- Да, мне это уже говорили, - буркнула она, вспомнив о Рорке. - Вы, кажется, собираетесь взять в жены очень богатую женщину?
- Я собираюсь взять в жены женщину, которую люблю.
- Как удачно, что она к тому же богата!
- Вы правы.
- А деньги, насколько я знаю, вам нужны...
- Скажите, кому они не нужны! - он говорил совершенно спокойно, без тени раздражения.
- У вас долги, мистер Слейд. Долги крупные, если не сказать огромные, и выплатить их будет нелегко.
- Совершенно точно. - Он снова выпустил дым. - Я ведь азартный игрок, лейтенант, можно сказать - запойный. Но вставший на путь исправления! Я прошел курс психотерапии - спасибо Мирине. И не играл уже два месяца и пять дней.
- Вы играли в рулетку?
- Увы. В том числе - и в рулетку.
- Какую приблизительно сумму вы должны?
- Около пятисот тысяч.
- А сколько унаследует ваша невеста?
- Вероятно, раза в три больше. К этому надо добавить акции и паи, которые никто не станет превращать в наличность. Так что убийство матери моей невесты вполне помогло бы мне выпутаться из финансовых трудностей. Он с задумчивым видом затушил сигарету. - Впрочем, контракт на выпуск моей новой серии одежды тоже помог бы. Деньги не так много для меня значат, чтобы из-за них убивать.
- А игра для вас много значила?
- Игра - она как красивая женщина. Волнующая, желанная, капризная. Но у меня был выбор: игра или Мирина. А ради Мирины я готов на все.
- На все?
Он посмотрел на нее понимающе и кивнул.
- На все.
- Она знает о скандале в Лас-Вегасе?
Рэнделл внезапно побледнел.
- Это было почти десять лет назад. И никакого отношения к Мирине не имело. Вообще ни к чему отношения не имело!
- Значит, вы ей ничего не рассказывали?
- Я тогда ее не знал. Я был молод и глуп и заплатил за свою ошибку сполна.
- Может быть, вы объясните мне, мистер Слейд, что это была за ошибка?
- Это не имеет никакого отношения к данному делу.
- И все-таки вы меня весьма обяжете.
- Черт подери, одна-единственная ночь! Всего одна ночь! Я выпил тогда слишком много, да еще имел глупость мешать алкоголь с наркотиками... Короче говоря, одна женщина покончила с собой. Было доказано, что она сама ввела себе слишком большую дозу.
"Очень интересно", - подумала Ева.
- Но вы были там?
- Да. Я познакомился с ней в казино. В тот вечер я проигрался в пух, и мы поругались. Я же говорю, что был тогда слишком молод! Обвинял ее в своих неудачах, кажется, даже угрожал ей. Мы ругались на людях, потом она ударила меня, а я - ее. Гордиться здесь действительно нечем. Больше я ничего не помню.
- Не помните, мистер Слейд?
- Я помню только, что проснулся в какой-то вонючей комнатушке. Мы лежали голые в постели. И она была мертва... Когда вошли охранники, я все еще находился под дозой. Наверное, я их сам и вызвал. Они все сфотографировали. Потом мне сказали, что, когда дело было закрыто и с меня сняли обвинения, снимки уничтожили. Я почти не знал эту женщину, - добавил он. - Просто подцепил ее в баре. Мой адвокат выяснил, что она была профессиональной проституткой, но без лицензии, и промышляла исключительно в казино.
Рэнделл прикрыл глаза.
- Неужели вы думаете, мне хочется, чтобы Мирина узнала, что меня, хоть и безосновательно, но обвиняли в убийстве шлюхи?
- Нет, - тихо сказала Ева. - Не думаю...
* * *
Когда Ева вышла из кабинета Уитни, у двери ее поджидал Хэммет. Казалось, что щеки его ввалились еще больше, и цвет лица был землистый.
- Не уделите ли мне минутку, лейтенант?
Она жестом пригласила его войти и закрыла дверь.
- У вас был трудный день, Джордж...
- Да, ужасный! Я хотел спросить, мне просто необходимо знать... Вы нашли что-нибудь?
- Расследование продолжается. Но мне нечего вам сообщить, кроме того, о чем вы узнаете из средств массовой информации. Поверьте, мы делаем все, что в наших силах.