Страница 4 из 13
Макс приехал в супермаркет, который вполне можно было именовать семейным. Именно здесь они с Юлей, как семья закупались как необходимыми продуктами, так и не очень. Уже было не так важно, какие там цены и какова палитра выбора, относительно других. Привычка убеждала не задавать себе скучных бытовых вопросов, а просто зайти в знакомое здание, отработанным движением взять корзинку и углубится в пространство между стеллажами. Людей было немного. Старушка крутила в руке кочан капусты. Мужик с прилизанными волосами, в модной кожаной куртке и перстнем на пальце, делал заказ в отделе готовых салатов. В корзине у него уже позвякивало стекло.
Макс побродил немного, закинул к себе упаковку с пивными банками, несколько пакетов чипсов, сухарей и прочей снеди к пиву. Он сам не знал, чего ему хочется и решил взять универсальный набор. Так, а если захочется реально пожрать, не просто посолить во рту перед пивными волнами? Что дома в холодильнике?
Не смог вспомнить.
Он решил прогуляться и в другие отделы. Проходя мимо молочных полок, Макс вдруг резко остановился. Его корзинку зацепили бежавшие сзади двое детей, которые, не обратив на это внимание понеслись дальше по залу.
Максим вспомнил, как они с Юлей обязательно сюда подходили. Она очень любила йогурт, питьевой. Вишня, малина, черника. Макс подошел к полке, где все также лежали пакеты с красными и синими, под цвет ягод, надписями. Взял один в руку. Нахлынули воспоминания. Рот самопроизвольно хотел открыться и спросить стоящую рядом Юлю – тебе такой как обычно? Нет, подумал Макс, нельзя сейчас позволить себе такие мысли. Вспомнится Юля в других ситуациях. Как спорили при выборе сыра или по–детски радовались, купив килограммовый пакет мороженого. Все эти картинки из прошлого были с острыми краями, больно раня сердце.
Макс вздохнул и, уже кладя йогурт обратно, повернул голову.
Рядом стояла Юля.
Он окаменел. Первым чувством был парализующий страх. Макс постарался сбросить оцепенение и хотя бы продолжить дышать. Он положил йогурт мимо полки. Юля мило улыбалась, смотря на Макса, и он увидел то, что вновь его обездвижило. За Юлей он видел витрину. Он видел её сквозь плечо Юли. За ногами виднелась плитка пола. Его жена просвечивалась. Голограмма, как бы подумал технарь Макс, не будь он так шокирован. Большинство людей скорее бы сказало призрак.
Всё, на что хватило сил у Максима – это протянуть к ней руку. У Юли на лице задвигались губы, но никаких звуков рот не издавал. Внезапно жена Макса пропала. Он резко огляделся, не понимая еще, что происходит. Видел ли кто-то его, стоящего столбом?
Супермаркет был пуст. Исчез и привычный людской гул, разговоры, пикающий звук кассы, шуршание пакетов. Макс осторожно прошёл дальше по главному проходу. Никого. Лишь рыбы вальяжно плавали в огромном аквариуме. Он подошел поближе к двери ведущей в подсобные помещения. Тоже тишина. Беспомощно заозирался и снова увидел Юлю. Теперь она была в противоположном конце магазина.
В нескольких метрах от неё возвышался огромный, на две головы выше Макса, картонный клоун, призывавший купить веселье для всей семьи. Даже издалека Максим видел, как его жена пытается что-то сказать. Подлый доктор, наверное, подмешал какое лекарство. Но он ничего не пил. Тогда, скорее всего, гипноз. Решил проверить так проверить. Сам сейчас ещё может где-то рядом, наблюдает.
Понемногу наращивая скорость, он двинулся к супруге, но не пройдя и половину пути почувствовал сильный удар в спину. Макс вскрикнул от боли и неожиданности, не выпустив при этом свою корзинку из рук. Он с удивлением обернулся в сторону появления атаки. Никого, лишь стеллаж с консервами. В одном ряду, словно выбитого зуба, не доставало банки. Макс уже хотел было обойти полки вокруг, но вдруг отметил странное движение среди шеренг паштетов и зеленого горошка.
Одна из банок задрожала, будто пытаясь выбраться из тесного ряда. Чуть выше также завибрировала её одна – с кукурузой. Макс начал соображать: ещё секунда–другая и эти снаряды полетят в него. Обернулся к Юле. Она всё так же была в дальнем конце зала и махала рукой, призывая к себе. Макс послушался и рванул вперед. В то же самое мгновение со свистом полетели жестяные банки. Он слышал, как одна ударила в стекло витрины. Юля была все ближе, но тут ожил картонный клоун. Он заерзал на месте, будто бы освобождаясь. Макс инстинктивно замедлился и теперь шел вперёд, наблюдая за картонной фигурой.
Клоун, шелестя, задвигал ногами, которые являлись цельным куском и не давали ему идти. Он, согнув себя в районе шеи, наклонил голову, словно задумавшись. Это длилось недолго и резким движением клоун разделил свои ноги. Осторожно сделал несколько шагов. «Поднял взгляд», разогнув картон обратно и это заставило Макса остановиться. Нарисованное лицо клоуна улыбалось, но сейчас добрая ухмылка казалась плотоядной. Он смотрел именно на Макса. Увидел свою цель.
Монстр медленно согнул руки, выставив их вперед, и пошел в сторону Макса. Наперерез его пути к Юле.
Зрелище движущейся фигуры было зловещим. Макс был ошарашен и растерян. Вот только появилась Юля, а за ней вот это, шаркающее по полу… существо. Вряд ли оно предложит Максу купить красных воздушных шариков. Почему возникла Юля ещё хоть можно было объяснить. Памятное место, чувства нахлынули. Но зачем оживлять что-то – нет, кого-то – ещё? Как может навредить мягкий картон? Вроде бы никак, но раз этот рисунок ожил, то какие еще силы или возможности он мог обрести? Вот клоун всё ближе и ближе. Руки тянутся к жертве. Как Макс ни старался себя успокоить, но происходящее внушало опасность.
Он попятился назад, видя, как Юля все также призывала его к себе, улыбалась, но не двигалась с места. Словно не видела происходящего. Этого ожившего безумия, частью которого являлась и сама. Тут он вспомнил, что всё также сжимает ручку корзины. Взвесил в руке банку пива и метнул в клоуна. Картон прогнулся, но легко отразил атаку.
Макс сам до конца не понимал, чего хочет достичь своими действиями. Броситься на чудовище и порвать его на кусочки? Нет, не сможет. Внутренний голос заверил, что не выйдет. Быстренько набросал Максу картину, как плотный картон обхватит его и начнёт въедаться кожу, поглощая в себя человека. Или парализует, завернёт внутрь себя, и жертва мучительно умрёт от удушья. Испуганно отходя, Макс выстроил в голове какой–никакой план: не связываться с этим монстром, не стараться уничтожить, а попытаться его заблокировать и после этого пробраться к жене. О выходе из магазина он тогда не думал.
Попробовал опрокинуть стеллаж. Увы, монтировали оборудование качественно, и он оказался накрепко привинчен к полу. Макс отбежал еще назад и снова попал под баночный обстрел. Макушку обожгло резкой болью. Клоун медленно, но уверенно шагал за ним. Максим, согнувшись и прикрыв голову добежал до края зала, уйдя из опасной зоны. Он выждал немного, чтобы картонное чудище подошло ближе к нему, а точнее – дальше от Юли. «Пора» – сказал себе Макс и дёрнулся бежать в обход клоуна. Обернулся посмотреть, как срабатывает план и это спасло его от упавшей сверху лампы освещения. Со страшным лязгом и звоном разбившегося стекла, она приземлилась в метре перед Максом. Следом раздался громкий, протяжный скрежет и мужчина увидел, как стеллажи, медленно натужно разворачиваются. Хлопки вырванных из пола или лопнувших крепежных болтов, грохот падающих товаров. Словно неповоротливые роботы, полки собирались в единую цепь. Макс оторопело посмотрел назад, где клоун уже почти дошаркал до конца зала. Туда откуда только что удрал он сам. Свободный проход виделся лишь один и Максим чертыхнулся. Как сразу об этом не догадался. Он мог бы пробежать к Юле позади витрин с мясом, колбасой и сырами. И была бы какая–никакая защита от клоуна. Мозг лихорадочно соображал и вдруг взгляд выхватил красно пятно – висевший на стене пожарный шкаф.