Страница 73 из 77
Он взял в руки трубку телефона, по привычке разматывая длинный провод и набрал номер, по которому так давно не звонил.
— Алло!
— Здравствуй дочь.
— Пап, у тебя что-то срочное?
— Нет. Просто хотел услышать твой голос. Ты давно не звонила. Наверно уже забыла своего старика.
— Опять ты за свое! Ну сколько можно?
— Вера…
— Всё, пока. Я перезвоню тебе через пару дней.
В трубке послышались гудки. Он вздохнул, вернул телефон на место и снова посмотрел в окно. Последний солнечный лучик проскользнул в комнату и пробежал вверх по книжным полкам, уходящим под самый потолок. Он наблюдал движение зайчика, вспоминая как читал эти самые книжки на ночь дочке. Лучик остановился на переплёте с надписью: «Чёрная курица». Надо же, её любимая история. Он закрыл глаза и выдохнул последний раз.
Берестов моментально обернулся, но всё же недостаточно быстро, потому как лишь увидел, как за Дорнаксом захлопывается дверь. Материться при сыне он уже не стал, потому как это было бесполезно и как-то непедагогично. Размышляя с минуту, он вдруг обернулся и понял, что коридор из которого пришёл Егор был совсем не коридором, а просторным холлом.
— Ты вскрыл её, — потрясённо проговорил он.
— Что вскрыл? — недоумённо переспросил мальчик.
— Как ты нашёл эту дверь? — Берестов схватил сына за плечи.
— Создал, — испуганно ответил Егор.
Ловчий обнял сына, отстранился и начал его инструктировать.
Она сидела возле бассейна, медленно потягивая бокал вина, когда от бывшего и когда-то очень любимого мужа пришла смс. Долго смотря на высветившийся конвертик и не решаясь открыть сообщение, она допила напиток. Стукнула пальцем по клавише.
«Здравствуйте, это медсестра госпиталя № 3. К сожалению, мы не смогли до вас дозвониться. С прискорбием сообщаем, что вчера в 21:00 мистер Питер Дорнакс скончался в результате обширного кровоизлияния в мозг. Так как ближайших родственников у него не оказалось, просим вас прибыть в госпитальный морг для оформления соответствующей документации»
Она смотрела на экран сотового телефона, отказываясь принять написанное как реальность. Питер…. Питер! Её Питер!
Пошатываясь, она встала. Голова кружилась не сколько вследствие принятого алкоголя, а по причине понимания того, что теперь ей жить незачем. И если предыдущие годы она верила, ждала, действительно надеялась, что он одумается и вернётся, то сейчас поняла, что этого не произойдёт никогда. Этиловый спирт делал свою работу, меняя цепочки причинно-следственных связей и жизненных ценностей, и погружал мозг в яму неразрешимых проблем. Ей хотелось кричать, плакать и кидать что-то одновременно, но вестибулярный аппарат был плохим помощником и когда она замахнулась бокалом, собираясь отправить его в ближайшее дерево, то поскользнулась и упала прямо в бассейн. Вода оглушила и лишила сил, а когда отчаявшийся организм уступил, ласково приняла в свои объятия.
Когда три двери наконец-то засверкали перед ними, удерживаемые в этой физической реальности лишь мысленными усилиями маленького конструктора, ловчий как никогда радовался немыслимой безответственности жены, решившей взять сына с собой. Зацелует и отправит в бессрочный отпуск, когда вытащит её из этого дерьма. Лучше в декретный.
— На счёт три открываем. Раз. Два. Три!
Все трое стояли сразу за входом и зачарованно смотрели на что-то происходящее впереди. Фигуры теряли чёткость, расплываясь в пространстве и постепенно утрачивая яркость.
Выругавшись себе под нос, ловчий хватал одного за другим и просто вытряхивал обратно, прилагая кучу как физических, так и моральных сил. Заставить человека сделать что-то чего ему не хочется возможно, но очень сложно. Любая психика будет сопротивляться до последнего, даже если здравый смысл будет твердить об обратном. Да что там здравый смысл? Само его существование ставится под большой вопрос, если грамотно зацепить сознание. Для каждого свой крючок, психиатры годами работают с пациентами, ища его. Но что значат научные изыскания, основанные на простых наблюдениях и регистрации реакций в сравнении с древним знанием, подаренным творцом ещё в те времена, когда он надеялся на благой исход своего проекта. Люди, как слепые котята, набивают шишки на свои многострадальные головы в поисках чего-то сакрального, тайного, того, что возвысит их над собственным биологическим видом. Но стоит задеть струны внутреннего мира, как многие теории, гипотезы теряют свою привлекательность, ибо не могут быть универсальными и не властны над глубинными эмоциями. Их наличие определяет нас как существ разумных, но и является прекрасным оружием. Против нас самих же. Тело может выдержать много, это показывают как элементарные тренировки до изнеможения в спортзале, так и способность выжить в любых условиях. Но забери у человека привязанность, более того убей его носителя, или покажи его истинную суть, и всё, имеем сломанную куклу. Был человек и нет человека.
Берестов прижимал к себе жену, не зная, как помочь. После того, как он с большим трудом вытащил её из смоделированной кем-то реальности, в той в которой её никогда не было и именно по этой причине она винила себя в смерти отца. В каком-то отчаянном состоянии, она свернулась калачиком прямо на полу и плакала, не останавливаясь и не реагируя на слова. Вывернуть человека наизнанку, кинуть в него то, что способно вымотать психологически и оставить наедине с собственным чувством вины — виртуозно. Не все выдерживают подобное испытание, и даже инстинкт самосохранения остаётся на задворках сознания. Ловчий содрогнулся, прекрасно понимая, что было бы, не успей он вовремя вытащить любимую из водоворота признания собственной вины. Он сгрёб жену в охапку и крепко прижал к себе, надеясь, что та справится.
Он оглянулся, мониторя состояние остальных жертв проделок неведомого разума. Лика просто лежала на полу и невидящим взором смотрела в потолок, не реагируя на сидящего рядом Егора. Мальчик тормошил сестру, что-то ей говорил, но девушка, не мигая, словно так и не вышла из этой злополучной комнаты, продолжала неподвижно лежать.
Наиболее вменяемым персонажем путешествий в забытое прошлое оказался Алекс. Демон молча обошёл залу по периметру, проверил её на наличие ловушек и стал сканировать пространство. Им нужно чуть ниже, на пару пролётов. Он подумает над тем, что видел потом, не сейчас. Открыв глаза, подошёл к Лике, опустился на колени и потянулся было к вискам, но остановился, когда девушка повернула голову и посмотрела ему в глаза и спросила:
— Почему они?
— Кто? — не сразу понял Алекс.
— Я видела своих родителей, — без тени эмоций произнесла Лика. — Надо же, теперь я знаю, как они хотя бы выглядели. Я похожа на отца.
Она снова уставилась в потолок, помолчала немного и добавила:
— Он сына хотел, представляешь? — она как-то неестественно засмеялась. — Сына! А тут дочь родилась. Какая незадача! Как в магазине — возврат товара, который не подошёл. Ублюдки.
Она резко встала. Алекс, до этого момента молчавший, попытался обнять её, но Лика рвано дёрнулась в сторону, не позволяя притронуться к себе.
— Как она могла? — голос девушки был полон разочарования, сквозь которое проскакивала злость. — Как?!
Она схватила не вовремя подвернувшийся под руку горшок с цинией и размахнувшись, швырнула его в сторону двери, из которой её вытащили. Двери, естественно, уже не было, поэтому горшок успешно пролетел дальше и жалобно всхлипнув, встретился со стеной. Раздался звук разбившейся посуды и чего-то осыпающегося. Вера вздрогнула и казалось, вернулась в этот мир, замерев. Лика же в отчаянье зарычала, не в силах справиться с собой. Всю жизнь она считала, что её родители погибли. Что так получилось, так сложилось. Оказалось, что ей было просто удобно так думать, наделив биологических родителей венцом мучеников, безвременно почивших и оставивших драгоценную и горячо любимую дочь. Но нет, её просто выкинули за ненадобностью. Словно зверюшку какую-то.