Страница 71 из 77
— Когда кажется, креститься надо.
— Уже.
— Что уже?
— Крещённый.
— Ну значит вопрос снят, — ухмыльнулась Лика, схватив его подбородок и дёрнув его вверх, насильно отрывая его взгляд от Булгакова. Или не от него? Мужчина перехватил её руки за запястья и после некоторого замешательства — ведь вроде злиться надо да отчитывать, а хочется прижать к себе и больше не отпускать, — осторожно прикоснулся губами к ней в лёгком, вопросительном поцелуе, словно боясь, будто не до конца прощён. Но ему ответили, и ещё как ответили, но рядом тактично закашляли. Алекс недовольно, но скорее для проформы, зарычал, неохотно отпуская нежные губы и прижав к себе девушку, зарылся носом в тёплые, мягкие и воздушные, словно паутинки, волосы.
— Я против, — не дожидаясь комментариев, произнёс он.
Лика дёрнулась в попытке немного отстраниться и вставить своё мнение по этому поводу, но её лишь сильнее прижали, да так, что ей оставалось лишь вдыхать запах мужского тела. Её нос как раз утыкался в область двух расстёгнутых верхних пуговиц рубашки. Почему-то появилось желание попробовать кожу на вкус и Лика даже приоткрыла рот, но вовремя остановилась, осознавая, как это будет выглядеть со стороны.
— Алекс, не глупи, — раздался голос Берестова. — Две твоих попытки получить искомый результат успехом не увенчались.
Все слышали и понимали, что ловчий старательно избегает прямых слов, выражаясь завуалированно, но никто его в этом не упрекал.
— Поэтому мы тебя подстрахуем если что, ну вдруг у тебя рука дрогнет или ещё что-нибудь, — голос Веры иногда опускался до издевательских ноток, но в целом изрекал здравые суждения, пусть и в такой форме.
Не отпуская Лику, мужчина оглянулся. Рядом с Дмитрием и Верой, переминаясь с ноги на ногу, видимо от холода и нетерпения, стоял позёвывающий Егор.
— А его зачем?
— Оставить не с кем, — невозмутимо ответила Вера, смешно выгнув брови.
— Как ты это терпишь? — вопрос был адресовал отцу семейства.
Берестов лишь развёл руки и поцеловал жену в макушку.
— От меня ни на шаг, понятно? — Алекс повернулся к Лике, но та лишь улыбнулась, оставив его утвердительный вопрос без ответа.
— Раскрывай карты, несостоявшийся волк-одиночка, — сказала Вера, потянувшись к Егору и натягивая ему капюшон на голову, который был моментально снят снова, как только мама отвернулась.
— А ты не всё рассказала? — Алекс прищурил глаз и слегка наклонил голову, глядя на Лику.
Та покачала головой. Он чуть наклонился к Лике:
— Оказывается, на тебя можно положиться, — прошептал он ей на ухо.
Секунда размышлений, глаза девушки чуть расширились, потом сузились, обозначив галочку между бровями и Алекс получил весьма ощутимый тычок в рёбра.
— Осознал и раскаялся, шутки в сторону — он поднял обе ладони в примирительном жесте. — Но всё равно, мне приятно.
— У Марка была девушка, с которой они познакомились в университете, — сказал он, повернувшись к остальным.
— Лейла? — вопрос Берестова выдавал его некоторую осведомлённость.
— Да. Я не знаю всех тонкостей их отношений, в эту часть жизни он не пустил никого, даже нас.
— Смотрите, какой благородный… — томно произнесла Вера. — Что ещё он прекрасного совершил в этой жизни?
— Украл.
— В каком смысле?
— В прямом. Девушка была из восточной семьи. Отец не хотел отдавать её замуж за Марка, так как жених Лейле был «завещан» ещё с детства, ждали лишь окончания учёбы.
— И он в лучших традициях кавказской пленницы решил её похитить?
— Она любила его и решила, что отец одумается, даст согласие на брак.
— Одумался?
— Спустил с лестницы, когда через три дня она вернулась домой.
Вера прижала ладонь к губам.
— Черепно-мозговая травма, сломанный позвоночник, кома. Врачи были уверены в том, что пациентка не жилец, и собирались отключить от аппарата искусственного дыхания. В тот день, когда это должны были сделать, Лейла пропала.
— Подожди, — вклинился Берестов. — Её же похоронили, я был на погребении.
— Отец Лейлы не мог допустить слухов о том, что дочь была обесчещена и официально она попала в автокатастрофу, обгорев до неузнаваемости.
— Вот почему гроб был закрыт, — задумчиво произнёс ловчий. — А ты откуда знаешь подробности?
— Птичка на хвосте принесла, — Алекс многозначительно посмотрел на друга, а Лика отметила про себя, что устроит допрос с пристрастием чуть позже.
— То есть, ты хочешь сказать, что Лейла здесь? — ловчий с сомнением посмотрел на старое, требующее ремонта, здание.
— Да.
— Птичка на хвосте принесла? — поинтересовалась Вера. — Да вы, мистер орнитолог, любите пернатых. И насколько часто?
— Мам…
— Нет, Лик, — она отмахнулась от дочери, — владелец курятника нам ни к чему.
— Мааам…
— И много этих птичек?
— Маааам!
— Если ты, петух британский, хоть одним движением посмеешь причинить ей боль, я тебя на перья пущу и подушки из них сделаю!
— Мааам!!!
— Молчи дочь, я ещё не всё сказала…
— Мам, да у него до позавчерашнего дня, тринадцать лет никого не было!
Установилась неловкая тишина, длившаяся некоторое время, после чего раздался оглушительный хохот ловчего. Вера стояла, открыв рот от удивления, а Егор покраснел, понимая, что оказался невольным слушателем слишком личного.
— Ммм… Что ты там про Лейлу говорил?
— Птичка поведала, — медленно, по слогам, произнёс Алекс, — что Марк пытается найти способ вылечить её, а пока рабочий вариант не обнаружен держит её в специальной капсуле, похожей на ту, в которой пробыл сам. Как показали предшествующие события, дурака он не валял, а весьма продуктивно использовал дарованное ему время на изучение вопроса. И судя по тому, что я чувствую, одной медициной здесь не обойдётся.
— Дим? — Вера повернулась к мужу и увидела, что тот стоит с закрытыми глазами, сканируя пространство.
— Вижу, — произнёс он.
— Что там?
— Читай, — он протянул руку Вере.
Она неуверенно коснулась и тут же узрела университет таким, каким его видел ловчий. Здание полыхало бордово-чёрным огнём, но пламя было не физическое. Каждый кирпичик строения вибрировал и содрогался от потоков незнакомой ей энергии, обволакивающей колонны и устремлявшейся далеко за пределы корпуса.
— Что это?
— Энергия смерти.
Бесшумными тенями, укрытые пологами невидимости, они проскользнули внутрь здания. Пришлось немного поработать с замками, отчего Алекс удостоился вопросительного взгляда Веры.
— Профессия обязывает, — с неохотой прокомментировал он, вскрывая очередной замок с легкостью профессионального взломщика.
— Интересненько… — воодушевилась Вера. — Я никогда не интересовалась, а что у тебя в трудовой книжке написано?
— В Великобритании нет подобных документов, — ответил Алекс.
— Хоккей, ну а кем ты работаешь? — не унималась она.
— А я не работаю, — парировал демон.
— Лика, нам тунеядец нужен? — Вера обернулась к дочери и хитро подмигнула ей.
Лика хихикнула в кулачок.
— У меня замок и племенное хозяйство, приносящее около полутора миллионов фунтов в год тебя. Вас это устроит, дорогая тёща? — Алекс заметно терял терпение.
— Никогда не любила это слово, — фыркнула Вера. — Землевладелец, значит.
— Потомственный, — добавил Алекс, ведущий всех по только одному ему пути.
— Ладно, сойдет, — картинно вздохнула Вера. — Только никак не могу понять, как сочетается потомственное дворянство…
— Виконтство, — поправил Алекс.
— Потомственное виконтство со вскрытием замков, — припечатала Вера.
— Никак.
— Эээ… — Вера вопросительно уставилась на мужа, но тот молча шёл рядом и никак не реагировал за диалог. — Ладно, позже выясним. Слушайте, — она обратилась уже ко всем. — Вам не кажется, что мы уже были в этом коридоре?
— Действительно, — произнесла Лика, оглядывая пространство.
Те же белые стены, двери им в цвет, ряды портретов известных медиков во главе с Павловым. Даже фонари, светящие в окна, стояли ровно на таком же расстоянии.