Страница 45 из 77
Солнце ласкало кожу, ветер мягко овевал разгорячённое после активных дискуссий на практическом занятии лицо, а Женька что-то трындел о новых знакомых девчонках с соседнего факультета. Она спустились по лестнице и немного прошли по асфальту по дороге.
— Лик, ну ты же понимаешь, что результативное общение с противоположным полом чрезвычайно важно для половозрелого самца, — вещал Женька, оправдывая своё отсутствие на лекции. — Вот встречу свою единственную, а ничего не умею. И как я её буду завоёвывать? Конспектами по истории становления лечебного дела в дореволюционной России?
— Евгений, ты ужасен в свой безответственности к родительским деньгам, — вздыхала улыбающаяся Лика, зная, что конечно даст лекции этому обаятельному бездельнику.
Девушка периодически оглядывалась по сторонам, ожидая троллейбус и провожала взглядом все движущиеся предметы.
— Анжелика, ваша добродетель не знает границ, и я верю в ваше милосердие, — с интонацией парировал Женька, ухмыляясь и наклоняясь к уху девушки. — Кстати, Анька таки согласилась пойти со мной на свидание, поэтому обязательно жду от тебе информации о её любимых цветах и всё такое. И её мыло, мыло пожалуйста!
Мужское дыхание, пусть и не специально, но опалило шею, отчего Лика инстинктивно вжала голову в плечи. И вдруг появилось какое-то странное ощущение, словно прикосновение, но она была уверена, что Женька руки не распускал. Он, при всем своём показушном донжуанстве, уже полгода страдал по её подруге и никак не мог найти к ней подход. Поэтому Евгений исключается. Но прикосновение, немного холодное и как будто тёмное, оно было, оно точно было.
— Подожди, — сказала она Женьке и полезла в сумку.
Вытащив очки, она водрузила их на нос и повторно огляделась, видя мир уже со всей чёткостью. Ехали машины, шли люди, всё как всегда. Она вытащила маленький блокнотик, черканула Женьке электронный адрес Аньки и отдала его довольному парнишке. Женька поблагодарил и радостно помчался в общагу, а она, машинально вытащив из запаха блузки небольшой серебряный крестик, прижала его к губам. К остановке подъехал троллейбус и она шагнула внутрь.
— Внимание студенты! Я прошу внимания! Хорьков, вон из анатомички! Будешь доедать свои пирожки в коридоре. А теперь все оставшиеся сморят на стол и молчат.
Преподаватель подошёл к уже вскрытому и препарированному телу пожилой женщины, жизнь которую явно не щадила и опустив в брюшную полость руку в перчатке, выудил оттуда печень, похожую на кусок пережаренного мяса. Раздалось дружное «буэээ» и преподаватель довольно усмехнулся.
— Да-да, господа-студенты, именно так будет выглядеть ваша печенка после регулярного общения с этиловым спиртом. Красота, правда? А главное, как аппетитно!
Кто-то из будущих докторов не выдержал и прижимая ладонь ко рту, покинул помещение. Остальные молча уставились на следующий орган, заботливо извлечённый из брюшной полости старушки.
— А это почечки нашей бабушки, посмотрите сколько на них милых пупырышек и уплотнений. Согласитесь, какой прекрасный экземпляр для демонстрации последствий употребления хмельных напитков! Какие краски, какая экспрессия!
Закончив с трупом умершей от алкоголизма женщины, преподаватель заказал ещё одно тело, которое довольно быстро выловили из формалинового бассейна и предоставили студентам для изучения. Труп был свежим, хотя формалин любой труп «освежает», но этот красивый молодой человек, судя по документам, умер всего пару дней назад. Что примечательно, он не был бомжом или неопознанным мертвецом, он просто завещал своё тело институту в случае своей смерти.
Девушки первыми подошли к столу. Кто с брезгливостью, кто с жалостью, но все с интересом. Лика не была исключением. Всё дело было в теле, мускулистом и поджаром. Несмотря на синеву, был виден загар, полученный явно на берегу моря, а не в солярии. Стрижка, ровно подстриженные ногти на руках и ногах свидетельствовали о том, что владелец заботился о себе. Не сговариваясь, девочки аккуратно направили взгляды в сторону мужских бёдер и тихо, но дружно простонали. Мужчина явно пользовался популярностью у противоположного пола.
— Итак, все налюбовались? Не стесняйтесь, я понимаю, учёба занимает тааак много вашего времени, что его практически не остаётся на изучение живых объектов.
Парни заржали, девочки гневно зыркнули на них и наконец установилась тишина.
— Возраст 26 лет, пол мужской, фенотип европейский, гетеросексуал.
— А откуда вы знаете? — не удержалась одна из девушек и тут же стеснённо спряталась за конспектом.
— Спросил, — ответил невозмутимый преподаватель.
— Как?! — та же студентка.
— Этот человек закончил данный университет с красным дипломом, который писал у меня.
И всё это было сказано таким убийственно спокойным тоном, что все в недоумении уставились на преподавателя.
— Вся его студенческая жизнь прошла у меня на глазах. Девочки, девочки, девочки, исключительно девочки. Смотреть на меня как на дьявола во плоти не надо. Хороший врач должен прежде всего рассматривать пациента как мясо, быть хладнокровным и уверенным в своих решениях, а уже потом страдать человечностью. Вы думаете, почему врачи никогда не делают операции своим родным и близким? Вероятность ошибки сильно повышается, ибо в таком случае появляется неуверенность «а всё ли я делаю правильно?». Понятно?
Студенты быстро закивали, видимо боясь предстать перед преподавателем куском мяса.
— Для информации: осмотр анального отверстия как правило даёт исчерпывающую информацию по этому вопросу, — не спеша добавил учитель.
— А какова причина смерти? — вопрос из зала.
— Кровоизлияние в мозг вследствие чрезмерной физической нагрузки.
— Штангу перетягал? — поинтересовался один из парней.
— Об этом история умалчивает. Собственно, здесь нам интересно сердце этого молодого человека, сильное здоровое сердце, которое могло ещё биться и биться…
Лика осторожно подошла в голове молодого человека и убедившись, что все остальные заняты изучением сердечной мышцы, положила большие пальцы на закрытые глаза мертвеца. Обучение в конторе предполагало подобные контакты ещё в детстве и Лика навострилась считывать последние воспоминания быстро и почти незаметно для окружающих. И даже без последствий в виде покидающего желудок завтрака или обеда.
Секунда и она устремилась в чужое сознание, точнее того, что от него осталось в виде нескольких остаточных электросигналов. А спустя половину минуты, отвалившись от тела — это была энергоёмная процедура — негромко, но чётко произнесла:
— Мальчик всё-таки был.
Преподаватель обернулся, прищурился.
— Белова! Опять вы со своими экстрасенсорными способностями. Я много раз вам говорил, что не верю во всю эту чушь.
— Игорь Иванович, а биохимию крови делали?
— Что-то наверняка делали. Можешь что-то посоветовать? — уже заинтересовано смотрел на неё преподаватель.
— Афродизиаки, я не знаю какие, но много, очень много. А потом многочасовой доминирующий половой контакт с мужчиной и смерть, как вы верно и сказали, от кровоизлияния в мозг.
— Белова, вы опасная женщина, — ехидно проговорил преподаватель, отдавая приказ лаборантам провести соответствующие исследования. — Что ещё можете сказать по данному вопросу?
— Его заставили, — девушка нежно провела руками по волосам когда-то красивого мужчины. — И вы знаете этого человека. Он любит одевать красные носки.
Все студенты моментально перевели взгляд на преподавателя, а тот сначала побледнел, потом сжал в гневе кулаки и сказал:
— Занятие окончено, все могут быть свободны. Белова останьтесь.
Когда группа покинула анатомичку, преподаватель тяжело сел на стул и на его лице проступила скорбь, которую он так тщательно скрывал от окружающих.
— Он был мне как сын, — тихо сказал он. — Его отец погиб в боевых действиях, а меня просил присмотреть за семьёй, если его не станет. У меня детей своих нет, бог не дал. А тут Валька… Умный был, одарённый, везде успевал, и по бабам, и по учёбе. И диплом красный заслуженно получил. Работать устроился в частную клинику. Но в последнее время всё мрачный ходил. Я спрашивал, что да как, а он отмалчивался. Я не лез, мало ли, он мужик, должен свои проблемы сам решать. Не уберег.