Страница 4 из 16
Англичанин мстительно улыбнулся, представляя себе, что чувствует сейчас Магистр. Помнится, он всегда ругался, что в портах и кабаках многих стран слышалась русская речь вместо его любимой английской - вот пусть теперь порадуется. Здесь по-русски не говорят.
Начальник порта принял улыбку на свой счет, осклабился в ответ и повторил:
- Ты напрасно ходишь по улицам города с вооруженным рабом, торговец. Великая Оттоманская Империя - это не дикая разнузданная Европа. Здесь нет разбойников и грабителей, здесь никто не затевает на улицах пьяных драк и не попрошайничает. Твой охранник, скорее, привлечет внимание караульных янычар, и вы оба окажетесь в зиндане до прояснения ваших личностей и намерений.
- Я знаю об этом, уважаемый паша, - кивнул англичанин, - и горд тем, что мне посчастливилось ступить на земли великого султана Сулеймана Великолепного, да продлит Господь годы его правления на много-много лет.
- И да будет милостив к нему Аллах, - подхватил слова гостя араб, - да пребудет он в сиянии своей мудрости и непобедимости...
Вильсон со своей стороны поддакнул, хорошо зная, что с чиновниками пресыщенного богатством и силой Востока нельзя спешить с деловыми вопросами, а сперва следует просто поиграть словами, выражая свое восхищение и уважение как своему собеседнику, так и его стране. После долгого и обстоятельного восхваления султана купец вернулся к прерванному разговору и кивнул на русского:
- Разумеется, достопочтенный паша, я не стал бы ходить по земле величайшей и могущественнейшей из империй с оружием, но воин сей не является моим рабом. Он всего лишь плыл вместе со мной в Чембало, чтобы поступить на службу к великому султану, желая сражаться на границах империи с его врагами.
- Вот как? - несколько удивился араб, опять переводя взгляд на русского. - Что же, наш великий, мудрый и могучий правитель всегда с радостью встречает иноземцев, желающих честно служить блистательной Порте. Вот только янычары могут этого не знать, и вы все равно окажетесь в зиндане... Хотя я, мой уважаемый друг, постараюсь замолвить за вас в этом случае несколько слов.
Купец, услышав, что он стал "уважаемым другом", приободрился и понял, что пора переходить к вопросу о стоянке. А что касается русского...
- Я же говорил, о мудрый паша, - улыбнулся Вильсон, - он мне не раб, и я не могу запретить ему носить меч. Если это смогут сделать ваши янычары...
Араб кинул на русского оценивающий взгляд в третий раз, опять взялся за мундштук кальяна, глубоко затянулся и наконец покачал головой, признавая поражение:
- Да, мой друг, не все наши желания увенчиваются успехом. Однако вам следует поскорее сходить к султанскому наместнику Балаклавы Кароки-мурзе и высказать желание вступить на службу. Так будет спокойнее всем.
- Разумеется, - с готовностью кивнул англичанин. - У меня даже имеется к нему рекомендательное письмо.
- Откуда? - развел руками начальник порта. - У вас есть друзья при дворе султана?
- Мне настоятельно советовал посетить Крым мой друг Францеско Кроче, продавший мне свой неф. Он говорил, что здешние беи с охотой покупают бархат и габардин, мягкое сукно, а отсюда можно вывести сильных рабов или умелых русских мастеровых.
- Да, это так, - согласился араб.
- Не согласится ли в таком случае уважаемый паша дать моему кораблю разрешение на стоянку и разгрузку привезенного товара?
- Буду только рад, если такой чудесный гость задержится в нашем городе! - искренне обрадовался араб. - За швартовку судна вам надлежит уплатить в султанскую казну восемь алтун, два алтуна в казну хана Гирея и один на нужды города, еще один на нужды порта, и далее по три алтуна за каждый день стоянки.
- Восемь, два, один, один...
- Вам никак не управиться с делами менее, чем за три дня, мой драгоценный друг. Итого, взнос за швартовку составит двадцать один алтун или тридцать дукатов.
- А если в испанских дублонах?
- Двадцать семь дублонов, - с готовностью перевел араб. - И вы можете подходить ко второму причалу. Пошлину на товар я определю после разгрузки трюмов.
- Ко второму? - Англичанин хотел было подняться, но вовремя вспомнил, что ближние к мазанке причалы - довольно низкие, рассчитанные на небольшие галеры или рыбацкие лодки. Нефу для нормальной разгрузки необходим высокий причал, на который из ведущего в межпалубное пространство люка в борту можно напрямую выкатывать бочки и выносить тюки. - А нельзя ли мне встать к одному из дальних причалов? Из тех, что перед самыми верфями?
- Они очень стары, - с приторным прискорбием покачал головой араб и снова взялся за кальян. - Очень стары. Я не могу допустить, чтобы товар такого уважаемого человека упал в воду из-за ветхости причала...
- А если я готов рискнуть?
- Великий султан возложил ответственность за порядок в порту Балаклавы на меня, да проведет он свои годы в счастье и радости. И груз ответственности за любую беду в любом случае ляжет только на меня...
Вильсон вздохнул, хорошо понимая, каким образом можно облегчить тяжкий груз ответственности начальника порта:
- А если я добавлю золотой испанский дублон... - Тут англичанин вспомнил про тридцать тысяч посаженных на колья взяточников и осекся. Араб выжидательно приподнял подбородок. - А если я внесу лишний дублон на ремонт этого причала, - нашел способ выкрутиться купец, - быть может, тогда мне будет позволено встать именно к нему.
- Ремонт причалов султанского порта - это очень важное дело, задумчиво кивнул начальник порта. - Пожалуй, ради этого важного дела я приму на себя вину, и да будет великий султан, благословенный Аллахом, всесильным и всемогущим, милостив ко мне, и да пребудет с нами его мудрость.
С облегчением поднявшись, Вильсон отсчитал золотые монеты, вышел на залитую солнцем улицу, прошелся до самых дальних, высоких причалов и, выбрав самый добротный, замахал С него руками на судно, указывая место для стоянки. На бушприте один за другим поднялись два косых паруса, выгнулись вперед, и купец сладко повел плечами:
- Теперь нужно сходить к городскому мурзе, передать ему письмо от Франческо. Попросить от наместника рекомендации к местным купцам. Когда есть весомая рекомендация, дела идут куда веселее. Заодно узнаем, как найти столь дорогого твоему сердцу Девлет-Гирея.