Страница 86 из 122
- Приветствую тебя, владыка, - сказала она. - И вас, владычица, тоже приветствую. Поздравляю тебя, Сергей.
- С чем? - спросил я, хотя и так уже все понял.
- Как с чем? С просветлением, с чем же еще. А вы, владычица, не знаю вашего имени...
- Лена. Просто Лена, и никакая не владычица.
- Вы что, вместе просветлились? Ни фига... простите, владычица.
- Хватит просить прощения, - заявила Лена и резко встала с кровати, не обращая никакого внимания на собственную наготу. - Тебе не за что извиняться, думаешь, я никогда не слышала бранных слов? И вообще, какая я тебе владычица?
Зина смиренно наклонила голову.
- Благодарю вас, влад... гм... благодарю вас, Лена, за оказанную честь.
- Обращайся ко мне на ты, - перебила ее Лена, - и нечего говорить о чести. В ненужных формальностях нет чести.
Зина снова склонила голову.
- Ну что ты все время подобострастничаешь? - высказалась Лена. - Неужели боишься меня? Точно, боишься. Почему? А, поняла... хочешь?
Как ни странно, Зина поняла невысказанную мысль. Она растерянно кивнула, а на лице у нее появилось обалдевшее выражение.
- Разве... - прошептала она.
- Разве, - согласилась Лена, - очень даже разве. Зря ты не дождалась.
- Я же не знала.
- Знаю, что не знала. Сходи, умойся, и больше не греши.
Зина выпорхнула из комнаты странной походкой, чудом разминувшись с дверным косяком. Я посмотрел на Лену и понял, что не знаю, что сказать.
- Ничего не говори, - сказала Лена. - Это она тебя инициировала?
- Она.
- Она очень хорошая женщина, это видно с первого взгляда. Если уметь правильно смотреть. Почему она стала вампиром?
- Научный эксперимент.
- Да ну? И какие же дебилы его проводят?
- Служба защиты веры или что-то в этом роде, уже и не помню. Это в другом мире.
- В другом мире? Подожди-ка, лучше напрямую... ну ничего себе! Оказывается, параллельные миры и вправду существуют, а я думала, что это все бредни бесовского ящика. И газет бесовских. В них иногда такое пишут, типа, что вампиры супермаркет ограбили... стоп... это был ты!
- Мы с Зиной.
- Вы идиоты! Неужели по-другому нельзя было денег заработать? И зачем было устраивать представление в торговом зале? А, понимаю... упоение от новых возможностей, желание сделать все побыстрее, ощущение неуязвимости...
- Ты так легко роешься в моей памяти?
- Ну да, в этом нет ничего сложного. Ты тоже можешь.
- Я... я стесняюсь.
Лена звонко расхохоталась.
- Нашел чего стесняться! Когда людей кусал, небось, не стеснялся. Нет, нет, я не в упрек! Было и прошло, кто старое помянет, тому глаз вон. Хочешь исповедаться?
- Да иди ты! Знаешь, ты так изменилась, даже не верится, что это ты. Я теперь даже боюсь в тебя заглядывать.
- В тихом омуте черти водятся. Знаешь теорию насчет Аполлона и Диониса?
- Нет.
- Когда испытываешь сильные эмоции, необязательно их выражать. Экстаз может быть внешним и внутренним...
- Знаю. Я любил прислушиваться к твоим чувствам, когда ты молилась. У тебя так мощно крышу сносило...
- Тогда чему ты удивляешься? Я поняла нелепость ограничителей поведения и перестала стесняться. Знаешь, как меня достало быть серой мышкой! Все смотрят, как на идиотку, смеются почти что в лицо, богохульные анекдоты рассказывают... Но я на них не обижаюсь, мне открылось, что я и сама была хороша, потому что показное смирение суть лицемерие и фарисейство, надлежит не скрывать чувства, а... наверное, в глубине души я всегда хотела стать свободной. Короче, внутри я та же самая, загляни сам и убедись.
- Это-то и пугает.
- Нашел чего бояться!
- Ты так спокойно обо всем этом говоришь! Ты такая светлая, что светлее не бывает, и ты говоришь, что я антихрист, и одновременно по-дружески болтаешь со мной, мы занимаемся сексом...
- Зло побеждается не злом, но отсутствием зла. А ближнего надо возлюбить. Давай еще?
- Я не супермен.
- Это можно исправить.
- Нет уж!
- Почему? Разве мужчины не всегда этого хотят?
- Не в таких количествах. Завтра у меня и так задница будет болеть.
- Почему задница?
- Потому что там мышцы. Между прочим, ягодичная мышца - самая сильная в человеческом теле.
- Да ну?
- Честное слово, я в какой-то книжке читал.
- Ты еще и книжки читал?
- Не издевайся! Не такой уж я и темный, каким кажусь.
- Знаю. Не обижайся, я просто шучу. Это нервное.
- Ты замечательно держишься.
- Спасибо. А куда Зина ушла?
- Не знаю. Пойду, посмотрю.
Я пошел посмотреть и обнаружил, что Зина вообще ушла из квартиры.
- Жалко, - прокомментировала это Лена, - можно было бы...
- Нет уж! По крайней мере, не сегодня. К таким вещам надо постепенно привыкать... и вообще, ты меня пугаешь. Кто из нас посланец зла?
- Тьма - не зло. А любовь - тем более не зло.
- Даже групповуха?
Лена расхохоталась.
- Причем здесь групповуха? Я об этом даже не думала, честное слово! Ну, в самом деле, кто из нас развратник? И вообще, чем тебе групповуха не нравится? Какая, вообще, разница, сколько людей любят друг друга?
- И это говорит девушка, лишившаяся невинности пару часов назад!
- Не пару часов, а почти четыре. А невинность - это ерунда. Мне открылось, что невинность не в этом самом, а в душе, а душевную невинность я не потеряла.
- Догадался Штирлиц...
- Да ну тебя! Тебе легко прикалываться, а я сейчас вспоминаю, что было раньше и ужасаюсь, какая дура была. Это кошмар! Я ведь на самом деле думала, что все делаю правильно!
- Ничего страшного, такие чувства у всех возникают время от времени.
- У меня никогда раньше такого не было.
- Ты бы еще побольше молилась.
- Между прочим, если бы я не молилась, ты бы меня не просветлил, и моя сила не отразилась бы на тебя, и ходил бы ты сейчас злой и растерянный. Так что лучше не наезжай!
- Ты молодец, - сказал я, становясь перед ней на колени, но не для того, чтобы в чем-то покаяться, а просто чтобы обнять ее бедра. - Ты великолепно молилась. Я благодарю тебя всем сердцем. Спасибо тебе, что помогла мне и отдельное спасибо тебе, что ты такая... как бы это сказать...
- Да скажи уж, - улыбнулась Леночка, - не стесняйся.
И действительно, чего стесняться, если она и так все понимает?
- Я люблю тебя, - сказал я.