Страница 40 из 106
— Вот же! Боги! Он что, в самом деле призывает Дориэма? - прошептала я, осторожно приближаясь.
В памяти всплыла история, которую мне с чьих-то слов пересказала Салли. Что, дескать, кто-то увидел, как Толль призывает Дориэма, и, разозлившись, ненормальный стихийник обрушил на него свой гнев... В каком именно виде - история умалчивает, но, говорят, жертва долго ещё лежала в больничке при академии, и работать пришлось с чем-то скорее магическим, чем физическим.
До этого момента я была уверена: слух - полная глупость, рационализация страха перед бесконтрольной агрессией Толля. Однако... Дориэм махал крыльями и двигал головой на длиннющей шее вверх-вниз, словно разминая её после долгого сна.
А ведь озеро в крайней степени глубокое, вдруг?
Послышался говор моего товарища по наказанию, но слов разобрать было невозможно. Они разносились над озером, эхом возвращаясь, и смешиваясь в кашу. И каково было моё удивление, когда дориэм приблизился к Сириусу, сел на воду у самого края и стал отвечать! Негромким шелестящим голосом. Я не понимала ничего, но то определённо звучала человеческая речь!
Желая узнать, о чём Толль шепчется с легендарным - и, как многие думают, мифическим, - животным, я попыталась подкрасться поближе, но... не заметила, что под ногами припорошенный снегом лёд, поскользнулась и больно упала прямо на мягкое место.
Дориэм встрепенулся, повернувшись в мою сторону, и тут же начал превращаться в голубоватый вихрь. Я встала на корточки и, зачарованно глядя на превращение животного, судорожно соображала, что теперь: бежать или...
А какое у меня, собственно, или?!
Вскочив на ноги, я бросилась прочь, то и дело скользя на обледенелой тропинке.
— Стой, рыжая! - проорал за моей спиной Толль.
Делая вид, что не слышу, я бежала без оглядки. Если насчёт дориэма слухи не врали, то может и насчёт жестокой кары - тоже?
Вдруг мои ноги оторвались от земли. То есть, оторвались они вполне предсказуемо - я почти летела, со всех ног удирая подальше от озера. А вот обратно на землю они уже не опустились. Глупо, как в мультиках, ещё несколько мгновений перебирала ногами в воздухе, явно поднимаясь всё выше над поверхностью. Наконец, конечности остановились и бессильно повисли, а из груди вырвался стон отчаяния.
Ну, всё. Мне конец. Единственное, что я могу сделать с этим магом чёртовым - это стукнуть его со спины и надеяться, что он тут же потеряет сознание. Но такого опыта у меня не было, и как надо стукнуть, чтобы человек отключился, я совершенно не представляла.
Может, швырнуть в него сумкой? Он отвлечётся, уронит меня - и в это время снова попробовать удрать?
Оглянулась: Толль был уже слишком близко. Перехватит.
Убегать зигзагом через кусты?
— Да угомонись ты уже, рыжая. Я же вижу, что о побеге помышляешь. Ничего я тебе не сделаю.
Я попыталась развернуться к нему всем телом, но, оказывается, если на за что зацепиться, в воздухе это сделать почти невозможно. Поэтому повернула только голову.
— И как же ты это видишь? - максимально саркастичным тоном спросила я.
— По тому, как сила в тебе плещется.
— А зачем ты вообще смотришь на мою силу?!
Он плавно опустил меня на землю, но, не ожидая нагрузки, колени всё равно подкосились, чуть не уронив драгоценную тушку прямо в снег.
— Ну, извините! Не могу не видеть - бракованный я!
Не может не видеть? Да что он за зверь такой?
— Проехали, - буркнула я, поправляя съехавший на бок шарф, и мысленно отметила, каким долгим и странным взглядом Толль смерил вещь, ещё сегодня бывшую его собственностью. - Чего тебе от меня надо?
Он резко вдохнул и, нахмурившись, кивнул в сторону озера.
— Не говори никому.
Я вскинула бровь.
— Не пойму, это вежливая просьба или угроза?
— Если никому не скажешь, то вежливая просьба. Проболтаешься - станет угрозой.
Телохранителя нанять, что ли. Да, в столичной академии таких проблем не возникло бы. Вот ведь дыра!
— Что ж, ответное условие. Если хочешь, чтобы я никому ничего не говорила, объясни, что это всё значит.
Толль крепко сжал кулаки, и на лбу проступили особенно крупные вены. Воздух вокруг нас пришёл в движение.
— Возьми себя в руки, - процедила я, лихорадочно вспоминая какое-нибудь подходящее заклинание. Кто вообще составлял школьную программу?! В ней ничего толкового нет! - Третий раз за два дня. Не перебор ли?
Кажется, в этот момент раздался скрип зубов. Сириус отвернулся, сел прямо на снег, скрестил ноги и ссутулился. Ветер постепенно стих, оставив после себя только рябь на воде. Я хотела было сесть рядом, но, оглядевшись, не обнаружила ничего подходящего на роль сиденья, и осталась стоять рядом.
— Ну, и? - спросила его, нарушив воцарившуюся тишину. - Объяснишь?
— Это мой учитель, - буркнул Толль, швыряя в воду снежок.
— Твой учитель - дориэм?
— Дура!
— Не хами!
Толль со свистом втянул воздух и кинул в озеро ещё один снежок. Тот плюхнулся, поднимая брызги, и быстро пошёл ко дну.
— Нет, конечно. Дориэм - это так, вместилище... для духа.
— Не поняла, - я мотнула головой и убрала за ухо растрепавшиеся волосы. - Он у тебя заточён в дориэме?
— Да ну дура же! - он всплеснул руками.
— Сейчас врежу! - пригрозила я, вдруг почувствовав, что перехватываю инициативу.
Он издал странный звук, похожий на сдавленное кряканье, помолчал пару секунд и пояснил:
— Дориэма я создаю из частиц воды этого пруда. В него, как в обычное вместилище, призываю дух учителя.
— То есть, его нет в живых?
— Само собой, нет! Как бы я мог призвать дух живого человека?!
Я неопределённо повела плечом: мало ли. Но Толль не смотрел на меня.
— Это примерно как призрак, - пояснил он. - Только призраки - это духи, крепко привязанные к земле и неспособные от неё оторваться. А я не привязываю - просто приглашаю в гости, когда... Ну, когда мне это нужно.