Страница 102 из 106
Я потупила взгляд:
— Нет, знала, конечно. Просто... забыла, - и, не прощаясь, побежала к выходу в надежде, что моё смущение было не совсем очевидно профессору.
Руса не видела уже двое суток. На следующий день после разговора со старшим Толлем в палату меня не пустили, сказали: «Пациент хочет побыть один», - ему нужен покой и силы на восстановление. Подозрение, что это было делом рук отца, не давало покоя. Неужели он настолько серьёзно настроен против меня, что подговорил сотрудников клиники не пускать меня к сыну? Однако, и сам Сириус не отвечал ни на звонки, ни на сообщения. Оставалось только ждать.
Ждать - и надеяться, что он всё-таки согласится поговорить.
Вдруг моё внимание привлекло мельтешение за окном: на берегу озера возникали хаотичные вспышки огня, которые тут же затухали, сменяясь так же неожиданно возникающими глыбами льда. Они проваливались под воду, ломая тонкую корку на поверхности, и поднимали высокие волны.
Чтобы заметить Сириуса, пришлось приглядеться. Он стоял под самым деревом, скрестив руки, и даже не шевелился, даже не пытался управлять потоками. Дыхание перехватило от нахлынувшего волнения.
«Сейчас - или никогда!» - твёрдо решила я и бросилась к выходу из академии.
Вокруг никого не было. С тех пор, как Толль стал показываться у озера, все обходили его стороной. На всякий случай. И только последнее время изредка подсматривали за ним любопытные девчонки, да и те всё ещё побаивались подходить близко.
Я застыла в отдалении. Картина предстала и в самом деле красивая: над озером бушевали стихии, напоминая то салют, то магический поединок, озеро шло волнами, то и дело бросаясь на берег, а вокруг, покуда хватало глаз, сиял под ярким солнцем чистый снег. Полный покой академии в учебный день - и безумие посреди раскинувшихся холмов рядом.
Толль так и стоял спиной к дереву, не шевелясь. Чёрное длинное пальто, скрещённые на груди руки, и одной ногой упирается в ствол. Глубоко посаженные глаза, казалось, метают молнии. Не заметить моего появления он не мог, но не пошевелил ни единым мускулом, словно я стала для него пустым местом.
— Рада, что тебе стало лучше.
Молчание в ответ. Большой огненный шар разорвался над озером, пустив во все стороны крупную рябь. Я вздрогнула, но постаралась не показать своего отчаяния.
— Я тут разговаривала с доктором Ноксом и, знаешь, что он сказал?
— Не знаю и знать не хочу, - Толль отпрянул от дерева и мы, наконец встретились взглядами. Но радости мне это не прибавило. Уже знакомый, холодный и злой взгляд исподлобья. - Уходи.
— Я... всего лишь хотела узнать, как у тебя дела...
— Как дела?! - заорал Сириус, и меня обдало жаром. Даже снег под ногами подтаял и пошёл крупными каплями. - Как дела, говоришь?! Отлично! Прекрасно! Меня отстранили от учёбы! Выселили из общаги! Засунули в полностью огнеупорный отдельный дом, и постоянно присылают ко мне «специалистов»!
Последнее слово он выделил с особым презрением. В последний момент отвернувшись, заорал:
— Уйди! - и над озером вспыхнуло уже несколько огненных шаров, которые тут же рассыпались тысячами искр.
Я попятилась. Даже в самые худшие времена он никогда не выглядел настолько разъярённым.
— Вон отсюда!
Слёзы подкатили к горлу. Вконец растерявшись, я бросилась по тропе прочь.
— Нэт! - кто-то резко дёрнул меня за руку.
— О боги, Ной! - я схватилась за сердце, словно не позволяя ему выскочить из груди. - Ты меня так напугал!
— Прости, не хотел, - улыбнулся он, обнимая за плечи. Хотелось отстраниться. Что-то чувствовалось противоестественное в физическом контакте с любым представителем мужского пола. Но тут среди проходящих мимо студентов показался один из друзей Ноя, и ладонь сама собой поднялась в приветственном жесте. - Рассказывай, что так сильно занимает твои мысли? Не замечаешь никого вокруг! Только не говори, что тот косяк сам в тебя врезался.
Я коснулась свежего ушиба на лбу и помотала головой:
— Так, ерунда. Только что спецкурс был по техномагии, загрузилась немного.
— Говорил же, странно идти зоологу на техномагию. Помнишь, что у нас сегодня финал?
Застонав, я покосилась на одногруппника:
— Серьёзно планируешь выиграть этот приз?
— Ну а что, - он пожал плечами. - Чем чёрт не шутит! В конце концов, зря мы так старались, что ли? Я, в общем, потому и пришёл: хочу обсудить один момент до того, как мы взяли первое место. Пойдём-ка чайку выпьем, пока пара не началась.
И, взяв меня за руку на этот раз куда нежнее, он заговорщицки подмигнул.
— Ной, - я осторожно освободила ладонь и сунула её в карман куртки. - Сейчас не подходящий момент для разговоров. Может, завтра? И финал этот ещё...
Он сунул ладони в карманы своих шароваров, вторя моим движениям и, чуть склонившись, заглянул в глаза:
— А мне вот почему-то кажется, что сейчас самый подходящий момент для разговора. Расскажешь заодно, что тебя мучит.
Я вздохнула и позволила Ною увести меня в ближайший кафетерий, который располагался на первом этаже главного корпуса академии. Спорить не было сил: ни физически, ни морально. Вообще, если честно, мысли упорно не собирались в кучку, они, словно акварели, расплывались на поверхности воды.
— Желаешь начать? - спросил он, ставя передо мной небольшую фарфоровую чашку, до краёв наполненную чёрным чаем.
Вместо ответа, я отрицательно мотнула головой.
— Тогда слово за мной, - улыбнулся он, заправил прядку волос за ухо и дурашливо отхлебнул из своей чашки. - Во-первых, я хотел сказать, что мы здорово провели время. Две недели конкурса были самыми весёлыми за весь учебный год. Конечно, больше всего меня радует то, что всё кончилось хорошо, и ты теперь... и твоя проблема успешно решилась. Но, в общем, помнишь, в катакомбах я говорил, что никогда и никого не любил сильнее, чем тебя? Это действительно было правдой, и раз уж разговор зашёл, я хотел бы довести его до конца. Лисанэтта, - Ной взял меня за руку, - не хочешь ли ты ответить на мои чувства?