Страница 100 из 106
— Активность мозга сильно увеличилась за прошедшие сутки, - говорил врач доктору Ноксу, стоя у двери больничной палаты. - Честно, впервые вижу настолько глубокую магическую кому. И тем больше удивляет скорость его восстановления.
— А как сила? Она восстановится? - взволнованно уточнил профессор.
— Этого я вам сказать не могу. Придётся поискать другого врача, который бы сталкивался с такими случаями. Но, скажу честно, я не слышал о подобном никогда.
— Как же его организм? Он же засчёт чего-то работает?
— Какие-то крохи силы в нём ещё остались, - кивнул доктор. - Возможно даже, что после курса реабилитации он сможет творить какие-нибудь мелочи вроде поджигания свечи. Его резервуар словно лопнул, понимаете? Всё, что в нём есть, - это постоянно циркулирующая природная сила, но скопить её просто-напросто не в чем. Пройдёмте со мной...
Мужчины вышли, оставив меня в палате одну. Сириус лежал всё с тем же умиротворённым выражением лица, которое я видела в портале. Рядом размеренно пищал аппарат, контролирующий пульс. Потеря магии во время нахождения между мирами была настолько велика, что оборотню оказалось нечем подпитываться, и, как результат, Толль тоже оказался излечен.
Но полностью лишён магических сил.
Прибывшая в академию спецслужба взяла мою кровь и подтвердила ложный вызов, за что Кит выписали крупный штраф. Отец её взбесился и забрал дочку из ВУЗа, решив сослать в далёкую деревню к прабабушке на перевоспитание.
Сириус застонал и поморщился. Я тут же придвинула к нему стул и, наклонившись к своему спасителю, взяла его за руку.
Если бы он только знал, через что мне пришлось пройти. Он умер на моих руках трижды - за сутки.
— Рус, - прошептала я. - Русь...
— Что, - слабо улыбнулся он, не открывая глаз, - надеялась, что избавилась от меня? Как бы не так, мне ещё три года учиться, придётся терпеть.
— Дурак. Дурак. Дурак. Надо было нам вместе уйти просто в другой мир - и всё. И забыть обо всём.
Он приподнял веки, и в глазах его горел огонь. Тот самый, новый и весёлый.
— Нет, жизнь без магии... Разве ж это жизнь! Разве это жизнь, если не можешь бороздить морей и находить новые миры... Чушь это, а не жизнь.
— Дурак...
Он поднял руку и смахнул слезу с моей щеки.
— И пусть дурак. Зато ты здесь.
В дверь вошёл незнакомый мне плотный мужчина средних лет с очень светлыми волосами. Он был одет в строгий костюм-тройку, а в руках держал изящную трость.
— Ну что, - в его голосе слышался напор и особенная сила. Мужчина остановился посреди палаты и, поставив трость перед собой, опёрся на неё обеими руками. - Доигрался?
— Нет, пап, пока не доигрался, - улыбнулся Рус. - Пока ещё пляшем.
Мужчина окинул меня строгим цепким взглядом, точно таким же Сириус осматривал меня в день нашей первой встречи, и точно так же у меня сейчас по спине пробежали мурашки. Казалось, эти двое знают всему свою цену, и за меня дадут не больше, чем вон за ту прикроватную тумбочку.
— Рад твоему оптимизму, - ответил Толль-старший, прошагал к сыну, больше не уделяя мне ни грамма внимания, и, склонившись, тихо произнёс: - Не знаю, что именно ты вытворил, но врачам о твоём недуге ничего не известно. Резервуар твой лопнул, так что...
Он усмехнулся, многозначительно замолчав. Лицо Сириуса стало серьёзным и непроницаемым, словно не в его глазах только что блестели озорные огоньки. Они говорили друг с другом без слов, боролись, отстаивая каждый своё мнение - одними взглядами. Пока, наконец, мужчина не покачал головой:
— Ты больше не маг, Сириус. Возвращайся домой.
Тот на мгновение опустил взгляд, чтобы с новой силой вонзиться им в отца:
— Зачем ты пришёл? - на мгновение мне показалось даже, что изо рта у него вышел пар - до того холодными оказались слова.
А в следующий момент догадалась: это стихия. В совершенно новом, непривычном проявлении. Зябко поёжившись, я потёрла плечо, и только сейчас увидела, как морозный узор медленно пополз по окну, возле которого лежал Сириус.
— Не мог же я бросить тебя одного в такой час, - ответил отец. Сын хохотнул и с широкой улыбкой закинул голову назад. Потом широко поднял брови и удивлённо покачал головой:
— А раньше, значит, мог? Это сейчас я, по-твоему, один? А тогда мне не нужна была ни помощь, ни поддержка? Спасибо, пап, но ты опоздал со своей заботой.
Мужчина выпрямился, поджал губы.
— Здесь всё оплачено из моего кармана. И лучшие специалисты. И программа реабилитации.
— Это зря, - хмыкнул Сириус. - Если магия вернётся ко мне, я точно не стану заниматься твоим делом.
— Придурок! - поднял голос отец. - Если магия вернётся к тебе, будет шанс прожить ещё хотя бы лет двадцать! На тех соплях, что сейчас тянут твоё существование, далеко не уйдёшь! Со мной ты хоть человеком станешь! Из академии тебя всё равно попрут, пойдёшь на улицы мести тротуары и убирать за бомжами!
После короткой тирады Толль-старший развернулся на пятках и, чеканя шаг, вышел из палаты.
Я чуть не задохнулась от возмущения. Повинуясь внезапному порыву, выбежала за ним следом.
— Как вы можете так говорить с собственным сыном?! - крикнула ему в спину. Тот развернулся и, поставив трость перед собой, опёрся о неё обеими руками. - Кто, как не родной отец, должен верить в него?! Вы хоть понимаете, какой он гений?!
— А вы считаете правильным кричать посреди больницы, Лисанэтта? - совершенно спокойным голосом ответил он и тростью указал мне на дверь, за которой скрывался длинный балкон. - Пройдёмте.
Сжав зубы, я хмуро поплелась следом за высокомерным блондином. Кулаки сжимались сами по себе, и стоило мне чуть ослабить контроль - полетели бы ему прямо в нос. Но сам Толль-старший вёл себя удивительно спокойно.
— Откуда вы знаете моё имя? - спросила я, когда дверь балкона закрылась за нашими спинами. - Не припомню, чтобы нас представили.