Страница 28 из 56
Я прислонилась к изголовью кровати и смотрела на Джея, сидящего на краю кровати и глядящего на меня.
— Всего много, — сказал он, я посмотрела на него пустым взглядом, пытаясь понять, как сюда попала. Он продолжил. — Я тебя перенес. На это ушло много сил. Обычно я предпочитаю идти, ехать или бежать в Вуали, но мы спешили.
Он выглядел утомленно. Темные круги пролегли под глазами, но это не уменьшало его красоту. Это дополняло его, он выглядел еще мужественнее. Опытнее. Он испытал больше, чем должен был. Так он был больше похож на человека.
Я кашлянула.
— Не хочу звучать неблагодарно, но в следующий раз, если нападут демон или двое, появись раньше.
Он нахмурился почти с болью.
— Я бы пришел. Я не мог… Ада, ты все время ставишь стены. Уверен, ты не намеренно. Но они там, и тебя почти невозможно выследить. Они падают, только когда ты очень напугана. Мне повезло, что я не опоздала.
— Повезло, — повторила я. Преуменьшение. Еще миг, и я была бы мертва, и я вряд ли ожила бы. Меня утащило бы на дно. — Кем был тот демон? — спросила я, словно у него было имя. Я помнила его взгляд на Джея в бою, словно он был Цезарем, и Брут ударил его в спину. — И кем была монашка?
— Это был один демон. Он может захватывать много сосудов, выглядеть по — разному. Но в реальности он только один. Мы зовем таких Расщепителями. Я не знал имя этого. Но это был не Легион.
— Легион?
Он кивнул и посмотрел на свои руки.
— Легион печально известен. Он был с начала времени. Помнишь Библию? — я посмотрела на него с вопросом «ты шутишь?». Он проигнорировал это. — Иисус столкнулся с одержимым, собирался изгнать демона. Он мог сделать это, только узнав имя демона — сила в именах. И демон сказал: «Имя мне — легион, и нас много».
Я невольно поежилась.
— И он изгнал его? Прости, я мало знаю Библию, там многое нужно запоминать, — папа закричал бы, услышав меня сейчас.
— Он прогнал демонов в свиней, что убежали в озеро и утонули. Но это не покончило с Легионом. Демоны вернулись. Они всегда приходят. Порой через века. Но приходят. И Легион собран из их армии, это хуже всего.
Я с тревогой сглотнула.
— Как может быть еще хуже, чем сегодня?
Он кисло улыбнулся.
— Всегда может стать хуже. Сегодня я сделал, что мог. Но с Легионом так просто не было бы. Армия множества злых куда сильнее меня.
— Позволь прояснить, — сказала я. — Ты сказал, что мне придется биться с этими демонами. Биться как ты? Прости, но я не буду биться руками с ними. Я даже ударить кулаком не смогу, не навредив себе, и я не люблю ломать ногти.
— С ними можно биться по — разному, — сказал он. — Можно заморозить их, изгнать. Никто не ждет от тебя рукопашного боя. Хоть я не могу обещать, что ты не сломаешь ногти, принцесса.
Его губы дрогнули с тенью улыбки. Боже, он смеялся надо мной?
Я хмуро посмотрела на него.
— Прости, если я не смеюсь. Я чуть не умерла… — я замолчала, паника сдавила горло. Я вдохнула, чтобы воздух попал в легкие. Комната кружилась.
Джей вдруг оказался рядом со мной на кровати, устроился на краю и сжал мои руки.
— Ада. Ада. Дыши глубоко, — его голос успокаивал, приказывал. Мне пришлось послушаться. Мое тело словно хотело ответить ему без моего разрешения.
Мы сидели плечом к плечу, и его тепло окутывало меня. Это должно быть неловко, ведь я была так близко к нему, но было не так. Хоть он просто держал меня за руку, казалось, так и должно быть. Будто это правильно.
Я старалась не двигать головой, переживая из — за того, как близко его лицо было к моему. Он точно разглядывал меня, пытаясь понять. Он был моим Якобом, но все равно пугал, и он не знал меня, хоть и давно наблюдал. Казалось, я была головоломкой, которую он хотел решить, но при этом обучить меня и защитить.
Я хотела, чтобы он разгадал меня. Объяснил, кто я и почему такая. Чтобы объяснил хоть что — то.
— Лучше? — прошептал он, сжимая мою руку.
Так и было. Я уже дышала нормально. Комната уже не кружилась. Но это не убрало страх и боль. Я не знала, как нужно убрать это, чтобы я не ощущала.
Он отпустил мою руку, и без него стало холодно.
— Все будет хорошо, — сказал он, голос был тихим и грубым.
— Как? — выдавила я. — После всего — как? — я сглотнула, облизнула губы и смогла повернуть голову к нему.
Он смотрел мне в глаза, его полные губы были ужасно близко. Он не отодвинулся, и я была уверена, что он не переживал из — за этого.
— Ты рассказала подруге, да? — тихо спросил он.
Я посмотрела на его губы. Я быстро подняла взгляд.
— Эми?
Он ждал, чтобы я продолжила.
Я прикусила губу и отвела взгляд, боль была слишком свежей.
— Да. Как ты понял?
— Ты не просто напугана. Ты опечалена.
Он коснулся пальцами моей щеки, чуть надавил. Я застыла и подавила дрожь.
— Я это чувствую, — сказал он. — Твои эмоции.
Отлично. Он еще и эмпат.
— Ты знаешь, что означают чувства? — едко спросила я у него.
Он не дрогнул, но ответил не сразу.
— Да. Я знаю, что это больно. Может, не так сильно это ощущаю, но это было оскорблением, и я это понимаю.
Я посмотрела в его глаза. Он не выглядел оскорбленно. Его лицо не изменилось.
— Прости, — буркнула я.
— Не надо, — сказал он. — Уверен, это из — за того, что я бессмертен, ты думаешь, что я — не человек. Но есть тайна, Ада, — он склонился, его губы были у моего уха, — чем дольше я рядом с тобой, тем больше я ощущаю, — он замер, дыхание щекотало мои ухи. Я закрыла глаза, тепло спускалось к шее. — Джейкоб не рассказывал мне о таком. Вряд ли так должно быть. Но, чем дольше я нахожусь с тобой… тем больше становлюсь похожим на тебя.
Он отпрянул, и я осталась с этим тяжелым, но приятным признанием. Я не знала, что сказать.
И я неловко пролепетала:
— Тогда готовься к тому, что станешь крутым.
Он слабо улыбнулся.
— Так с Эми все прошло плохо.
Я покачала головой, сердце печально билось.
— Точно. Прошло так, как я и думала.
— Но ты все равно надеялась. Иначе так больно не было бы.
Я вздохнула и посмотрела на одеяло.
— Да. Я надеялась. Надеялась, что она будет другом. Что хоть попробует поверить мне. Я не думала, что она подумает, что я вру. Что потом она решит, что я чокнутая. Будь другой способ…
— Она — не ты, Ада. Она другая. Может, ты ее не знала. Она не могла столько знать о тебе, ведь ты закрывалась.
Я пожала плечами, хоть думала так раньше.
— Она знала, что со мной весело, и что у меня успешный модный блог, и что я хотела быть дизайнером, и что мне нравились высокие парни с бородками…
Он почесал щетину на челюсти.
— Бородками? Может, мне стоит побрить эту бороденку.
Я поразилась тому, что он флиртовал со мной. А потом я поняла, что его акцент вдруг прозвучал как ирландский.
Я чуть не рассмеялась.
— Что ты сказал?
Он растерянно посмотрел на меня, нахмурившись слегка.
— Когда?
— Только что. Звучал как ирландец.
Он поджал губы и пожал плечами.
— Не знаю, что сказать. Но слушай. Поверь, лучше было рассказать Эми сейчас. Позже были бы проблемы. Для вас обеих.
Я громко выдохнула носом и посмотрела на потолок. Там еще были зеленые звездочки с моего детства. Я тогда еще не знала, какой станет моя жизнь.
Или знала? Я помнила, как Перри справлялась с тем, что видела. Я не считала ее безумной. Я не думала, что она врет. Я завидовала. Она была частью мира, которой я не была. У меня были чувства на глубине, что я буду как она. Что я пойду по ее стопам. Может, потому я так бунтовала против нее. Я хотела быть как она, и это меня пугало.
— Думаю, — сказала я, — я рада, что она не была со мной, когда та монашка напала. Она бы их увидела?
Он кивнул.
— Чем ближе демон, тем выше шансы, что такие, как Эми, их увидят. И ты реагировала бы. Твоя реакция оживила бы их. Демонам все равно, видит она их или нет, но они все равно избавились бы от нее, покончив с тобой.