Страница 104 из 116
В своей полевой ставке в Саарбрюккене Гитлер ежедневно оценивал текущие результаты кампании и темп продвижения войск. И новости не радовали 'вождя нации'. Сильный отпор на Севере Западного фронта, и в Арденнах, заставили заново планировать все операции. Причем фюрер начал лично отдавать приказы, по сути, вмешиваясь в прерогативу Генерального штаба сухопутных войск. График наступления менялся ежедневно, а потери уже многократно превысили все предвоенные расчеты. В ставке царили истерические настроения. Гальдер, Йодль и Браухич, постоянно спорили о направлениях отправки подкреплений, а между средним и нижним звеном пошли нехорошие разговоры, что 'гений фюрера' всего лишь блажь и некомпетентность в военных вопросах. Наступление в сторону Соммы только что сорвалось, а сильная группировка противника, нанесла несколько контрударов в Бельгии. Линия Мажино все еще не была прорвана на всю глубину, хотя вклинения имелись. Отдельные укрепления переходили из рук в руки по многу раз. Война шла все ожесточенней. Если в прежних директивах фюрер настаивал на незамедлительном введении гражданского управления оккупированных территорий, то с середины июня об этом уже не было и речи. О 'рыцарстве' и прочих нежностях никто даже не помышлял, ни немцы, ни союзники. По светлому времени, на поле боя никакого перемирия для оказания первой медпомощи практически не случалось. Для эвакуации еще живых с поля боя, противники ждали ночи. Зачастую раненых не успевали передать медикам, многие гибли на пути к сортировочным медицинским пунктам. Даже ночью по стонущим и кричащим на своем языке подранкам, и даже по выносящим их санитарам, визави могли отработать минометами и трассирующими пулями. А разъяренные же гибелью своих камрадов солдаты, потом в пылу боя, расстреливали и добивали штыками даже сдающихся врагов. Ожесточение на отдельных участках все сильней напоминало трагические времена Вердена.
Бои на уничтожение шли и в небе. По парашютам еще не стреляли, но практически в каждом бою потери несли обе стороны. Авиатехника еще имелась в резерве, а, вот, с опытными летными кадрами у Люфтваффе наметился дефицит. RLM уже призвало из учебных частей всех, кого только могло. Даже туземные летные части при Абвере, были направлены на пополнение летных частей второй линии, прикрывавших границу с Советской Россией. Италия не могла дать своему союзнику по Оси почти ничего. Максимум на что можно было рассчитывать это на отправку пары-тройки дивизий для усиления ударов по южному флангу 'Мажино', да и то, не раньше середины июля. Все силы 'макаронников' сейчас тратились на сдерживание югославско-греческого наступления в Албании. Ее союзница Болгария уже потеряла пятую часть своей территории, и дальше все шло к поражению. Ждать помощи от Токио, Берлину также не стоило. Поэтому на Западе 'германский меч' сражался в гордом одиночестве. Во Франции были замечены истеричные попытки выступлений местных фашистов, которые жестоко подавлялись армией и жандармерией. С этого момента, всех посмевших высунуться с фашистскими лозунгами, фактически ждал 'Суд Линча'. Толпа уже затоптала не одного националистического активиста, а полиция смотрела на такой самосуд сквозь пальцы. Стратегические цели по разрезанию сил союзников надвое, также не были достигнуты. ОКХ и ОКВ срочно перерабатывали планы операций, но 'поезд уже ушел'. Блицкрига не было. Всем командующим группами армий срочно требовались резервы. Яростно отчитывая в ставке фон Бока и фон Рундштедта, фюрер, достигал обратного эффекта. Инициатива на местах лишь сильнее замирала, в ожидании частых и нелогичных изменений директив. Отправляя все новые подкрепления, Гитлер понимал, что решающего преимущества перед войсками союзников у Вермахта уже нет. Что в настоящий момент устойчивость фронта практически висела на волоске. Притом, что время работало на французов и британцев. Прибывающие к союзникам подкрепления, состоящие из индийских, австралийских, южноафриканских и канадских дивизий, а также частей добровольцев, все более уменьшают шансы на завершение войны до холодов. Нужно было на что-то решаться. На тотальную мобилизацию фюрер пока не был готов, выжимая все, что можно из запасных частей и заводов. Для возмещения потерь, эшелоны с новой боевой техникой, спешно гнали к границе. Но сама техника - еще не войска. Без экипажей, расчетов, пехотного прикрытия, штабов и ремслужб, и времени на сколачивание боевых подразделений, слаженных частей и соединений не будет. А переброшенные с места на место 'затычки' много не навоюют. Да и большая часть резервов в группах армий оказалась уже израсходованной. Снять войска с восточных и южных рубежей рейха, и усилить ими группы армий на Западе было можно, но рискованно. Как поведет себя Сталин в этой ситуации, предсказать было сложно. Внешне Советская Россия показывала Германии свою лояльность, и пунктуально соблюдала все соглашения по поставкам. А вот за кадром... Абвер докладывал, что количество русской военной техники и вооружений, имеющихся, у французов чрезмерно велико. В основном это были 5см минометы, которых у французов было более двадцати тысяч (сколько из них русских, а сколько производства Брандта понять было сложно, оценочно, около половины). В меньшей степени встречались 3,7см зенитки и старые пушки: 7,6см полевые орудия, а также 15,2см гаубицы. Объяснить это изобилие накоплениями времен Гражданской Войны в Испании никак не получалось. С добровольцами и инструкторами все было понятно, но сравнительно новые русские 2см авиапушки Шпитально-Владимирова и мобилизационные боевые самолеты, конструкции которых явно несли в себе 'русские мотивы'. Все это говорило о том, что даже если прямых поставок и нет, то торговля оружием с врагами Германии может вестись СССР через нейтральные страны. Вполне вероятно, что какие-то объемы были поставлены через Грецию, Югославию и страны Латинской Америки. Второй настораживающий момент относился к численности и оснащенности соединений Войска Польского, которые, внезапно выросли в разы. К тому же, при помощи британского и французского флотов из Адена и Джибути на побережье Итальянских колоний высадились пять полностью вооруженных и оснащенных дивизий абиссинских войск. Из них две дивизии, усиленные полутора сотнями легких танков, нагло высадились в Масауа с грузовых и пассажирских судов под нейтральными флагами, и захватили Эритрею. Гарнизон итальянской ВМБ сражался в течение пяти часов, а потом капитулировал. В отчетах едва сумевших унести оттуда ноги агентов Абвера, фигурировало наличие британских танков "Виккерс МК-Е" (за которые принимались доработанные для абиссинцев Т-26). Как потом выяснилось, два корабля с танками, по документам шедшими в порты Барисан и Праджоад голландской Ост-Индии, 'неожиданно' столкнулись на рейде Эритреи. Итальянские портовые власти наблюдали, как суда борются с затоплениями, и не препятствовали устранению повреждений на рейде, тем более что разгрузка в данном пункте не планировалась. Командование ВМБ куда больше занимал сигнал 'SOS' от крейсерской подводной лодки 'Галилео Галилей', патрулировавшей подходы к британскому Адену, и судя по всему атакованной и погибшей. Чтобы разобраться с этой проблемой, из Масауа в сторону Адена по тревоге вышли еще две подводные лодки 'Реджиа Марины'. Пароходы простояли в порту два дня, командование местных сил 'Реджиа Марины' лишь выдвинуло к ним поближе эсминец типа 'Орионе', дабы с 'подранков' не выгружали контрабанду. Кроме эсминца и наблюдающих с берега в бинокль итальянских пограничников, 'гостей' никто не охранял. И напрасно, поскольку столкновение на рейде оказалось коварной уловкой. На закате со стороны йеменского порта Ходейда пришел конвой из одиннадцати кораблей под нейтральными флагами. Днем позже выяснилось, что на кораблях прибыли две абиссинских пехотных дивизии. А ночью их догнала небольшая британская эскадра в составе крейсеров типа 'Ахиллес', трех эсминцев, двух тральщиков и двух подводных лодок. Первыми по итальянской базе отработали бомбардировщики из Джибути. Вышедшие на бой легкие силы итальянцев взяли на себя британские эсминцы и тральщики. Затем, морские шестидюймовки 'Виккерса' своими 130-фунтовыми полубронебойными снарядами 'коммон' и несколько более мощными фугасными, за пару часов раскатали корабли в порту, и несерьезную береговую оборону римлян, обеспечив высадку десанта. Авиационное прикрытие осуществляли два бомбардировочных полка, один на 'Леопардах-I' (Р-6БМ), и второй на 'Леопардах-II' (СБ-2), а также истребительная авиагруппа на 'Барсах' (И-152М 'Дрозд'), под командованием капитана Дэвиса (за эту операцию он получил чин майора ВВС королевства). Откуда все эти войска там взялись, можно было, только догадываться. Германские агенты в районе Персидского Залива докладывали, что к переброске сухопутных войск короля Хайле Селассие через воды залива, вероятно, причастны американцы и латиноамериканцы, чьи торговые суда участвовали в высадке. А, вот, участие в этом русских было под сомнением, хотя вооружение черных дивизий старым австрийским стрелковым оружием и японской артиллерией, вполне могло быть связано с Кремлем.