Страница 15 из 22
- Однако именно пауки правят этим миром!
- Правильно. А ты помнишь, как они добились власти? Они растили в своих семьях украденных детей, воспитывая преданность себе и презрение к людям, а потом подсылали в деревни и города. Прижившись и хорошо разобравшись в обстановке, лазутчики выбирали удобный момент и запускали смертоносцев в селение. Если захват не удавался, смертоносцы начинали все сначала. Ведь терпение пауков бесконечно. Они способны ждать своего часа годми и десятилетиями. Сражений не было ни одного - лишь длинная череда предательств. Про неудачи тебе не рассказывали, только про победы. Пауки не желают, чтобы кто-то усомнился в их могуществе. Именно поэтому, добившись власти, они вычеркнули из памяти все поражения, именно поэтому они организовывают показательные казни, именно поэтому убивают сто человек за каждого погибшего паука к устраивают грандиозные облавы на виновных, именно поэтому убивают каждого, кто способен хоть шелохнуться под напором их воли. Их главное оружие - страх. Страх, который они сумели донести даже до глубин пустыни, до джунглей Дельты. Каждый человек, увидевший паука, немедленно замирает, боясь сделать малейшее движение. Ведь любое движение - смертный приговор. Попытка сразиться с пауком неизменно вызывает нашествие многотысячной армии смертоносцев.
Найлу вспомнился рассказ деда о том, как однажды в песках был случайно убит смертоносец и уже через неделю пустыню наводнили тысячи и тысячи пауков, род деда был разгромлен, а мужчины публично подвергнуты долгой мучительной казни.
- Кстати, Найл, - опять к месту поинтересовался Стииг, - как по-твоему, если пауки столь могучи и сильны, то почему они отправляют тысячные армии туда, где хватило бы десятка воинов? Молчишь? Тогда смотри!
Внезапно из-за далекого горизонта накатила гигантская волна, накрыла правителя с головой и столь же стремительно схлынула, оставив за собой широкую полосу мокрого пляжного песка. Найл запоздало вскрикнул от ужаса, и тут до него дошло, что он видит всего лишь голограмму, а к голограммам ему давно пора привыкнуть. Крупных волн больше не было только ленивый прибой теплого южного моря. Среди пенистых барашков появился темный округлый предмет, приблизился, и на берег неуклюже выбралась крупная морская черепаха. Она остановилась, поводила головой из стороны в сторону, получила крепкий пинок от очередной волны и, тяжело загребая лапами, поползла вперед.
- Тебе знакомо это животное, Найл? - с улыбкой спросил старец.
- При чем тут черепаха?
- Дорогой Найл, ты видишь единственного представителя животного мира, который при весе, примерно равном весу паука, имеет достаточно прочный наружный скелет. Но по прыти ему до пауков очень и очень далеко. Так вот. Когда-то, очень давно, столетия назад, люди тоже носили доспехи. Они надевали стальные панцири во много раз более прочные, чем черепашьи, и казались совершенно неуязвимыми. Именно тогда было изобретено такое оружие, как чекан.
Рядом с черепахой свалился на песок предмет, напоминающий половину кирки. Черепаха немедленно втянула голову и лапы, почему-то оставив снаружи хвост.
- Принцип действия сего инструмента заключается в том, что сила удара концентрируется на очень маленьком участке поверхности. Меньше миллиметра. Приложив усилие всего в тридцать килограммов, можно получить давление в точке удара до трех тонн! Кстати, именно поэтому чеканы никогда не точили. Все равно подобной нагрузки не выдержит ни одно острие. И ни одна броня тоже.
- Стииг, ты рассказываешь мне сказки из истории, а между тем всем людям города грозит опасность новой войны с пауками!
- До тебя очень долго доходят совершенно элементарные истины, Найл! сурово парировал старец. - Оружие незнакомца, которое ты мне принес, больше всего напоминает складной чекан. Рыцарские доспехи им, конечно, не пробить, но мягкий хитиновый покров смертоносца он продырявит, как кленовый листок.
- Вот это да... - невольно выдохнул правитель, беря в руки металлический стержень. - Не может быть.
- Может, может. Вот только непонятно, почему моя аппаратура уже десятилетия не может уловить мозговых импульсов этих изобретателей, несмотря на все старания.
- Постой, Стииг, - вскинулся правитель. - Ты хочешь сказать, что подозревал о существовании этого человека?
- Если быть более точным, то о существовании живых организмов подобной пищевой ориентации.
- Но откуда ты мог знать?
- Всесторонний анализ, обобщение, логические выводы.
- Нельзя ли попонятнее?
- Можно, - согласился старец и уселся в невесть откуда появившееся кресло-качалку. - Вспомни, где хоронили людей до заключения Договора?
- Нигде. Их пауки пожирали. Каждого достигшего сорока лет отправляли, как они говорили, в "Счастливые Края".
- Прекрасно. А где хоронят пауков?
- Их помещают в подземные хранилища, где пользуются памятью мертвых для восстановления событий прошлого.
- Ай-яй-яй, Найл. Какая невнимательность! Сохраняются тела лишь нескольких десятков правителей и их советников. А где остальные? Каждая самка приносит в год почти сотню паучат. Почти половина погибает еще в детском возрасте - при таком количестве детей всех не убережешь. Часть подросших паучат отправляется в экспедиции на воздушных шарах или пешком, но почти четверть выводка остается в городе! Это примерно десять детенышей на каждого взрослого в год! А численность смертоносцев в городе практически не меняется. Паучата растут, взрослеют. И чем они старше, тем меньше их остается... Раз в двадцать-тридцать лет кто-то из великих смертоносцев отправляется на вечный покой в подземные комнаты. Но куда исчезают остальные?
- Не может быть! Если бы пауки исчезали, это было бы замечено!
- Насколько мне известно, смертоносцы отрицают всякую науку и не ведут учета даже собственных слуг. А считать самих себя не станут тем более.
- Ты намекаешь, что этот человек...
- Я не намекаю, я делаю выводы.Всегда различали два типа реакции на опасность: или пассивный - затаиться и ждать, или агрессивный броситься в ответную атаку. Людей с первым типом реакции пауки культивировали, а со вторым - всячески истребляли. Но если с покорными человечками проблем не возникало, то любое нападение на человека агрессивного для паука чревато гибелью. Ведь паук наносит удар в первую очередь волей, стремясь вызвать страх. И вдруг - оп-па! Чем сильнее страх, тем злобнее ответная реакция. Смертоносцы, того не желая, отобрали сильнейших и опаснейших врагов в отдельную, вольную группу. И к тому дню, когда пауки построили государство, вольные люди тоже нашли в нем свою нишу.