Страница 45 из 48
– Габи, о чём задумалась? – поинтересовался Шолто.
– О доме, – частично призналась я, снимая плащ.
– Да, представляю, как тебе сейчас непросто, – понимающе улыбнулся мне Унрек. – Ничего, обживёшься потихоньку. Мы с Шолто тебя в обиду не дадим.
– Не дадим! – подтвердил младший принц, роясь в вываленной на кровати одежде. – Этот плащ, что на тебе, для прохладной погоды, а когда совсем холодно – то вот этот, с меховой подстёжкой. А вот этот – для дождя, он непромокаемый.
– С бельём сама потом разберёшься, – Унрек отложил пару мешков в сторонку не распакованными. – А вот в форму тебе надо бы прямо сейчас переодеться. Конечно, вне занятий можно носить что хочешь, но твоя одежда слишком… иномирная. Лучше пусть о тебе постепенно узнают, чем все будут пялиться.
– Согласна, – понимая, что он прав, закивала я.
– Тогда наденешь вот этот мундир и брюки, и пойдём в столовую. Только сначала я тебе здесь всё покажу. – И Унрек начал с антресоли, просто открывая дверцы, стоя на полу, мне для этого пришлось бы на стул встать. – Вот подушка, – и обозначенная постельная принадлежность полетела на кровать, – вот тёплое одеяло, это пока не нужно, пусть лежит. Это… хм…
– Подстилка для фамильяра, – подсказал Шолто. – Но тебе это не нужно, просто у всех ведьм фамильяры есть или появятся, вот им сразу комнату всем необходимым и оборудуют.
– Теперь понятно, зачем здесь ещё и миски, – хмыкнул Унрек. – Ладно, нужна будет эта полка – просто переложишь всё под кровать.
Я окинула скептическим взглядом шкаф, занимавший едва ли не половину стены, потом свои вещи, распакованные и нет, лежащие на кровати, и поняла, что мне не то что полка эта не понадобится, а ещё три четверти шкафа пустыми останутся.
Впрочем, как оказалось, совсем пустым шкаф не был. Кроме подушки и одеяла, на полках пониже обнаружилось несколько комплектов белого постельного белья, а так же занавески – тонкие, полупрозрачные, и тяжёлые, непроницаемые для солнца, которые Шолто тут же отправился вешать.
К моему счастью, они были не красные, а бледно-сиреневого и фиолетового цвета, а то я уж боялась, что главный цвет общежития был здесь во всём. Впрочем, учитывая светло-бежевые стены и серый ковёр – никто не собирался в оформлении интерьера ударяться в крайности. А красный цвет покрывала и одеяла – просто совпадение.
Унрек показал мне стопку полотенец, пузырьки с местным аналогом шампуня и жидкого мыла. Была там и зубная щётка, а вот вместо пасты – порошок, я слышала, что у нас тоже когда-то только им и пользовались, но сама это время не застала. Чуть смущаясь, Унрек ткнул пальцем в неприметную коробочку в углу полки и сообщил, что это «для женских дней». Даже расчёски – щётка и обычная, – тоже там были. Шолто сказал, что если что-то закончилось – идти к госпоже Деспине, она выдаёт всё, что нужно, без вопросов и в любом количестве. Студентов и правда обеспечивали всем необходимым для жизни.
В том мешке, что несла я, оказалась плотная матерчатая сумка – конечно же, тоже синяя, – с несколькими отделениями и ремнём, чтобы носить на плече. В ней лежали тетради разной толщины, пара альбомов, ручки, похожие на ту, которой я расписывалась у мастера Стэки, карандаши, линейка, что-то ещё, я не стала разглядывать, знала, что парни меня ждут, да и самой уже есть хотелось. Я просто оставила всё на столе, решив позже всё рассмотреть и убрать в ящики стола.
И напоследок Унрек показал мне, как пользоваться освещением и чайничком, точнее, нагревательным амулетом под ним. И амулет, и свет включались и выключались прикосновением пальца к нужному месту, обозначенному овальчиком – не перепутаешь, для верхнего света, который представлял собой светящиеся пластины по периметру потолка, в выключенном состоянии они были практически незаметны, этот овальчик находился возле косяка входной двери. Всё логично и несложно, беда была в том, что парням-то было достаточно прикосновения пальца, а вот мне пришлось бы использовать перстень. А такими темпами он слишком быстро вообще без заряда останется, и топать мне по лестницам пешком.
Тяжело существу без магии обитать не просто в магическом мире, где вроде бы магия была лишь у части населения, а в магической академии, где студентов без магии не было в принципе, и на этом был построен весь их быт. Ладно, прорвёмся, парни пообещали подзаряжать мой перстень, как только будет нужно.
И уже взявшись за ручку двери, Унрек притормозил и хлопнул себя по лбу:
– Самое главное не показал! – и, подойдя снова к шкафу, открыл дверку небольшого отделения. В отличие от остальных дверец и полок, это отделение было совсем низеньким, высотой дюймов десять, не больше, внутри было пусто. – Просто запомни этот ящик и ничего в него не клади. Позже я всё тебе объясню, сейчас получится слишком долго и не наглядно. Просто запомни и ничем не занимай. А пока переодевайся, мы подождём снаружи.
Дождалась, пока дверь закроется – тянуло её запереть, но не хотелось обижать парней недоверием, да и не от них я хотела запереться, а просто… чужое место, чужие люди, а я раздеваться буду. Не по себе как-то. Но напомнив себе, что сниму я только часть одежды, быстро разулась, скинула безрукавку и джинсы и взяла брюки. Пожалуй, я могла бы отрезать от них штанину, прорезать в ней дырки для рук и носить как платье. Но я всё же влезла в этот… даже не знаю, как и назвать, не балахоном же. Видимо, за основу брались не просто орки, а очень жирные орки, это я исключительно по пропорциям прикинула.
Итак, я влезла в брюки, застегнула крючки и пуговицу – ни о какой молнии здесь слыхом не слыхивали, – и… они сели точно по моей фигуре. Талия, бёдра, длина – всё идеально, словно по мне шито. И хотя я уже видела, что случилось с плащом, радовалась чуду как ребёнок.
Мундир натягивала уже смелее, застегнула – и вот я гусар! Почти. У тех ментик до талии был, а ниже – обтягивающие лосины, что на мужчинах смотрелось… экстравагантно. А мой мундир прикрывал меня где-то до середины попы, скрадывая и талию и, частично, грудь. Просто покрой такой был, прямой, а ткань довольно плотная. Да и брюки были вполне приличного кроя, точно не гусарские.