Страница 177 из 185
— Кого это нелёгкая сюда принесла? — в своей обычной манере проговорила старушка-гуль, отпустила руку родственника и шагнула ближе. — О, — она прищурилась, разглядывая Джоанну, — так это же та намаханая из Убежища, что жила с ро…
— …спасла нашего сына! — поспешил перебить её Миллер-старший, за что тут же получил удар по бедру от клюки старухи. Ничуть не поморщившись, мужчина проговорил: — Что привело вас к нашему порогу, Джоанна, Ник?
Выжившая взглянула на него и с удивлением отметила, как же много седины закралось в его волосах и бороде за всё то время, что они не виделись. А каков будет эффект от одной-единственной новости, которую она вместе с бедой принесла сюда сегодня?
— У нас появились кое-какие зацепки в давнем расследовании, — начал детектив.
— Это касается… касается миссис Миллер, — заключила за него Джоанна. — Мы бы хотели… вернее, не хотите пройти дальше…
— Конечно-конечно, — встрепенулся Мартин. — Простите нам нашу невежливость — кто же будет держать своих гостей на пороге. Следуйте за мной.
Пытаясь отвлечься, Джоанна мимоходом успела подумать, как же отвыкла от высокопарной манеры общения обитателей этого дома. Поверить только — а когда-то она говорила почти так же, как и они.
Все Миллеры собрались в просторной гостиной и усадили путников на софе, а сами же сели напротив. Со второго этажа прибыли близнецы, и, задорно улыбаясь, поздоровались с гостями, а затем встали позади всего семейства.
— Так что же вы хотели сообщить? — начал Миллер-старший.
— Недавно мы посещали Квинси… точнее, присутствовали и принимали участие при его штурме, — сложив кончики пальцев вместе, произнёс Валентайн. — И обнаружили кое-что…
Он обернулся к миссис Джексон, и та потянулась к своей поклаже, а затем извлекла из неё дорожную сумку Долорес Миллер. Протягивая её Ричарду, она избегала смотреть ему в глаза.
— Это… — проговорил отец семейства и запнулся. — Это принадлежало ей.
— Да.
— Может ли это означать… — Ричард перевёл на них взгляд, полный надежды, и Джоанна почувствовала, как что-то кольнуло внутри.
— Мы нашли это возле кострища с костями, — тоже избегая его взгляда, ответил сыщик. — Примите мои соболезнования.
Скарлетт сдавленно охнула и прикрыла рот ладонью, Мартин тут же нахмурился, близнецы переглянулись, словно всё ещё не веря в то, что услышали. На Миллера-старшего же было невозможно смотреть: за этот миг он, кажется, постарел лет на десять, от чего на его лицо упала тень и проступили морщины. Джоанна отвернулась от этой картины — ей было неловко так становиться свидетельницей чужого горя. А ещё она чувствовала на себя пронзительный взгляд Матушки Гусыни.
На её локоть неожиданно мягко легла чужая рука.
— Пойдём, — тихо проговорил Ник, и Выжившая встала вслед за ним.
Вместе они покинули особняк и скрылись в его тени. Джоанна принялась копаться в своей сумке, чувствуя, как дрожит неметаллическая конечность, её спутник же достал трубку и начал набивать.
— Это всегда так тяжело? — спросила наконец Выжившая после того, как выудила бутылку с очищенной водой и всё ещё подрагивающими пальцами открутила крышечку и осушила половину залпом. — Сообщать всем им?
— Каждый чёртов раз.
Детектив пыхнул трубкой, на миг окутывая их облачком дыма. За этим они не успели заметить приближение Матушки Гусыни, которая довольно резво, как на свой почётный возраст, шагала к ним, опираясь на свою клюку.
— Не стоило вам этого делать, — без каких-либо предисловий начала она. — Вы же видели, что с ними случилось.
— Вы полагаете, что было бы лучше, если бы все Миллеры остались в неведении? — спросил Ник, пока Выжившая переводила взгляд с одного на другого.
— Конечно же да! Так бы они всё ещё предавались надежде несколько лет. И даже когда бы её запасы иссякли — это было бы не таким горьким, как осознание того, что Долорес больше не вернётся.
— Но… — начала миссис Джексон и запнулась. Невольно она сравнила эту ситуацию со своей. Хотела бы она, например, знать, почему Институт выпустил её из ледяного заточения или же предпочла неведение мрачной правде? Женщина мотнула головой. Определённо нет.
— Я считаю, что уж лучше так, нежели каждый день маяться в поисках ответов на вопросы, которые всё никак не отыскать, — механический детектив, похоже, тоже разделял её позицию.
— Значит, вы оба глупцы, — проговорила Матушка Гусыня, отвернувшись от них. — Больше не появляйтесь здесь. Не думаю, что они захотят видеть вас.
Выжившая вздохнула и опустила взгляд. Оставлять позади это семейство было сложно, но старуха была права — гораздо сложнее ей будет вновь встречаться с Миллерами и неловко избегать взглядов при общении, зная, что когда-то она стала вестником смерти для них и принесла на своих крыльях такую ужасающую новость.
— Хорошо, — ответила за них обоих миссис Джексон. — Мы не задержимся тут надолго. Скоро будем уходить.
— Воля ваша, — махнула рукой самая древняя представительница семейства и так же резво удалилась, как и пришла.
Путники провожали её взглядами. Затем же Ник обернулся к ней и спросил:
— Домой?
— Нет, — мотнула головой Джоанна. — Мы с тобой сейчас идём к Беннетам.
— Исключено, — враз посуровел детектив.
— Мне плевать на все твои убеждения и какие-либо обещания или что ты там ещё себе понапридумывал… — начал женщина, сложив руки на груди. — Но за время, что мы шли сюда, ты отключался четыре раза — и это только те, что я успела отметить. Если так пойдёт и дальше, тебя попросту не станет. И чёрта с два я позволю этому так просто случится.
— Вас уже так начала заботить моя судьба, а, миссис Джексон? — проговорил он, вытряхивая трубку.
Она не ответила, воззрившись вместо этого на носки своих ботинок.
***
Уже на подходе к дому Беннетов Джоанна поняла, что что-то не так. Турели на высоком ограждении не издавали мерный гул, пост дозорного пустовал, а само здание казалось брошенным и нелюдимым. Женщина перевела взгляд на своего спутника, и тот кивнул, показывая, что тоже это заметил. Неосознанно они ускорили шаг.
Внутри их никто не поджидал. Сквозняк гулял по всему дому, поднимая рваные занавески и мусор, оставленный на полу. Вещи из шкафов были как попало разбросаны по всем комнатам, словно кто-то собирался впопыхах и вовсе не заботился о том, какой беспорядок по себе оставляет. Из дома словно вынули его душу и оставили лишь пустую оболочку.
Джоанну пробрало чувство узнавания. Совсем схожую картину она уже видела. В особняке леди Ребиндер.
Они оглядели все комнаты, но никого не нашли, лишь свидетельства запустенья, паутину по углам и скопившийся слой пыли на мебели. Оставалось лишь одно место, куда могли бы перебраться братья-учёные.
Однако мастерская была закрыта на замок, с которым Джоанне пришлось повозиться, прежде чем путники смогли зайти в тёмное затхлое помещение. Валентайн потянулся к переключателю на стене. Генератор сдавленно загудел, но всё же засветил единственную лампочку под потолком. Она светила тускло, но этого было достаточно, чтобы понять — никого здесь нет. Только, в отличие от дома, тут царил порядок: инструменты были любовно разложены вдоль стола, чертежи прятались в тубусах, гайки и болты переместились к ящичкам и коробочкам, а незавершённые проекты накрыты сверху тканями.
Джоанна оглянулась по сторонам и неосознанно схватила своего спутника за руку, стоило ей только перевести взгляд на самый дальний угол мастерской, окутанный тенями.
— Не может быть… — пробормотал Валентайн, когда тоже поглядел туда, а затем двинулся Выжившей вслед.
Она на ходу достала и зажгла свет своего фонаря. Его отблески упали на неестественно застывшие детские лица, и Джоанна вздрогнула. Мизери и Мелани были тут, отключённые и уже покрытые пологом пыли, укрывшим их, словно снег землю. Веки обоих робо-девочек были смежены, и казалось, что они всего лишь спали.
— Их отключили вручную, — заключил Ник, осматривая тело Мелани и открытую панель у неё на шее. — И обезопасили, чтобы больше никто не смог включить заново.