Страница 22 из 28
Да и ни к чему, в общем-то, роскошь и помпезность. Ладушке сейчас вообще ни до чего. Ей очень и очень плохо. Пневмония оказалась достаточно запущенной и дала ряд осложнений на ослабленный организм. Бедняжку положили в палату интенсивной терапии, поставили капельницу. Но дело не столько в состоянии её здоровья, сколько в том, что творилось внутри этого хрупкого, истощённого тела. А там прочно воцарились кромешный мрак и леденящая, вымораживающая всё сущее пустота. Влад ощущал это омерзительное состояние как никто другой. Он знал это по себе.
Он должен помочь Ладушке, да и самому себе справиться с этим. Сделать всё возможное и невозможное, чтобы они вместе смогли преодолеть эту боль. Да, теперь они делят её на двоих.
А значит, к чёрту всё лишнее. Да, лепка из полимерной глины важна. Ладушка в своё время сумела оживить его сердце именно благодаря незамысловатому, но бесконечно дорогому Владу сувенирному домику-шкатулке, вылепленному из полимерной глины. Ладушка вложила в это изделие всю свою огромную светлую душу. Влад просто обязан сделать нечто такое, что стало бы для этой девушки по-настоящему значимым и сокровенным.
Но пока что полимерная глина подождёт. «Ласточка, парящая в небесах», непроста в исполнении. На это изделие потребуются долгие недели и месяцы. А Ладе нужно тепло Влада сейчас, в эти самые пропитанные нескончаемой болью и горечью мгновения. Поэтому, как это ни тяжело для самого Влада, он должен на время оставить работу над небесной ласточкой. Он ещё к ней вернётся. Непременно вернётся! И когда наконец закончит свою грандиозную работу над этим изделием, разрешит себе сокровенную мысль о том, чтобы осмелиться просить руки Ладушки.
Пока же ей нужно совсем другое. Человеческое тепло, участие, понимание. Ей нужна опора – человек, который будет рядом с ней, что бы ни случилось. А значит, он станет этой опорой и этим человеком. И к чёрту полимерную глину – по крайней мере, на время. Ладушкины имбирные пряники были такими нежными, мягкими и вкусными! Но Влад тогда съел напополам со своей матерью всё, что было аккуратно упаковано и проложено несколькими слоями кальки в Ладушкином контейнере. А Владу вдруг так захотелось, чтобы Ладушка попробовала это сладкое, практически воздушное чудо!
И он решил, что вполне способен сам выпечь такие пряники и украсить глазурью и росписью. Если это у него получится, он сможет отдать их Ладушке, а через свои труды передать ей всё тепло и заботу, в которых эта милая девушка нуждается на данный момент больше всего на свете.
Владу было не под силу прочесть рецепт приготовления имбирных пряников. И он придумал одну маленькую хитрость, которая позволила ему упростить эту задачу. Влад напряг всё своё зрение, чтобы вбить в поисковую строку подаренного Ладиными родителями на его день рождения нетбука простую фразу: «Имбирные пряники. Рецепт приготовления», открыл одну из выпавших вкладок, скопировал содержимое страницы и перевёл в программу распознавания и озвучивания текста. Затем проделал всё то же самое по запросу «Роспись имбирных пряников».
После того как необходимые материалы были переведены в нужный формат и с помощью коммуникационного кабеля переброшены с нетбука на персональный планшетный компьютер, Влад смог вволю прослушивать тайны приготовления и росписи имбирных пряников. К тому же много полезного можно было почерпнуть, просто зайдя в раздел «Видео» по тем же поисковым запросам. Да, Владу было трудно смотреть видеоуроки. Но он мог прекрасно слушать, анализировать и сопоставлять.
Влад продиктовал матери список продуктов и кулинарных инструментов, с помощью которых готовились и расписывались восхитительные сладкие изделия. В доме Лады и её родителей, где Влад жил со своими матерью и отцом по Ладиному приглашению ещё с тех пор, как Влада выписали из больницы, уже многое имелось. Но Влад хотел, чтобы у него был свой собственный набор формочек и каттеров для вырезания пряников из готового теста, пищевых маркеров и красителей для росписи, а также – специальных кулинарных насадок, с помощью которых на готовые пряники наносятся глазурь и айсинг. Приобрести одноразовые стеки для росписи оказалось делом нехитрым. Таким образом, единственным инструментом, который Влад всё-таки позаимствовал для своих кулинарных трудов на кухне Лады и её родителей, стал компактный, но достаточно удобный в работе миксер.
Когда всё необходимое было благополучно закуплено, Влад просмотрел на планшетном компьютере несколько мастер-классов по приготовлению и росписи имбирных пряников и принялся за работу. Он не стремился поразить Ладу чем-то экстраординарным, тем более что ей, да и ему самому, сейчас было не до того. Но хотел по возможности всё сделать сам, прибегая к материнской помощи только в случае крайней необходимости. Собственно, Марина Сергеевна лишь сделала надлежащие покупки по озвученному сыном списку, а также помогла разжечь духовку и поставить запекаться приготовленное и аккуратно вырезанное с помощью каттеров и формочек имбирное тесто.
Марина Сергеевна вынула противень из духовки, проверила степень готовности выпечки с помощью одноразовой деревянной зубочистки, которая вошла в запечённое тесто, как нож в масло, и не удержалась от восклицания:
– Боже, какие же они мягкие! Словно пушинки, сотканные из невидимых воздушных нитей!
Влад по-мальчишески скромно улыбнулся:
– Так и должно быть. В инструкции об этом говорилось. Остынут – чуть затвердеют. Тогда можно будет покрывать глазурью и расписывать.
Он встретился взглядом с матерью, увидел в её глазах одобрение и негромко добавил:
– Главное, чтобы Ладушке пришлись по вкусу. А больше ничего и не требуется.
Глава 11
Влад с детства обожал небо и самолёты. Он, как и Стас, буквально бредил ими. Всю свою жизнь. С того благословенного летнего денёчка, когда, гуляя с матерью по берегу их любимого озера, братья впервые увидели в безмятежном лазурном небе, озарённом ласковым солнышком, едва различимую движущуюся точку, позади которой прочерчивалась тонкая белая полоса.
Полоса постепенно ширилась, образуя дорожку, убегавшую прямо в лазурную даль небес, словно бы приглашавшую усталых путников пройтись по ней и достигнуть обетованного рая.
– Мамка, смотри, что это?! – выкрикнул Стас, вскинув голову к небу и заворожённо вглядываясь в открывшееся его взору маленькое чудо.
– Это самолёт летит, сынок, – пояснила мать.
– Самолёт? – живо переспросил Стас. – А что, он сам вот так прям и летит? И как, интересно, это у него получается?
– Не сам, – Марина Сергеевна оторвала заворожённый взгляд от отдаляющейся с каждым мгновением светящейся точки и серьёзно посмотрела на старшего сына, – им управляет человек, который сидит внутри, в самолёте.
– А что это за человек? – допытывался любознательный Стас.
– Лётчик.
– Я хочу стать лётчиком! – убеждённо заявил Стас.
– И я! – неожиданно в разговор прорвался задумчивый голосок Влада. Высоко задрав голову, он с нескрываемым восхищением следил за непостижимым небесным таинством. Совершенно новым для него. Манящим. Можно сказать – сакральным. – Я тозе хотю стать лёт-ти-ком!
Потом были бесконечные игры братьев в пилотов с поочерёдным запуском бумажных самолётиков, сооружаемых Стасом, накрепко западавшие в открытые ко всему новому и необычному мальчишеские души рассказы родителей о жизни и суровых, но интересных и бесконечно заманчивых буднях лётчиков, о видах гражданских и военных самолётов и их назначении.
Параллельно с этим шло серьёзнейшее обучение обоих братьев графическому рисунку и черчению. Занятия проводила мать Лады и Лиды, которая была подругой Марины Сергеевны ещё с того знаменательного дня, когда одна из них благополучно разрешилась старшим сыном, другая произвела на свет очаровательных сестёр-близняшек, чья внешность различалась лишь местом расположения характерной родинки. У Лиды эта милая природная пикантность украшала левую щёку, у Лады – правую.