Страница 22 из 58
Ой-ой.
— Итак, Картер, тебе нравиться играть с мячами? — спросила мама. Меня не
беспокоил сам вопрос, потому что Картер и вправду играл с мячами, меня беспокоило то, как
мама его задала: недосказанность в голосе и брови, прыгающие вверх-вниз.
Папа ахнул.
— Элейн.
— Господи, боже мой. Прибейте меня на месте, пожалуйста, — умоляла я.
Картер просто отшутился:
— Вообще-то да. Пока что это у меня хорошо получается.
— Могу сказать то же самое, — сказал папа с широченной, наполненной гордостью, улыбкой.
Я сделала глоток своего напитка, чтобы не рассмеяться, несмотря на смущение. Тем не
менее, по тому, как Картер говорил с мамой о футболе с довольной улыбкой на лице, можно
было сделать вывод, что он совсем был не против такого разговора.
Я почувствовала облегчение, приняв своих родителей такими, какие они есть. Ну, действительно, кто я такая, чтобы просить их вести себя иначе и не быть собой для кого-то, кого я едва знала? Я не должна была, и я рада, что и они не стали вести себя иначе… по
крайней мере, большую часть времени. Но если папа снова предложит воспользоваться
мной, я поставлю этому идиоту подножку.
Прозвенел таймер, мама подпрыгнула и пропела:
— Ужин готов.
Мы все переместились в столовую. Папа помог маме разложить еду по тарелкам и
подать ее к столу. В начале, Картер предложил помощь, но папа усадил его на стул и велел
отдохнуть. Мои глаза расширились, прежде чем я села на стул напротив Картера, когда
увидела, как папа склонился над ним, как будто собирался понюхать его или поцеловать в
макушку.
— Папа! — взревела я. Он подскочил. — Эм, маме нужна помощь.
— Верно, — сказал он и быстро ушел.
Картер улыбнулся мне.
— Поскольку я пришел на ужин к твоим родителям, думаю, тебе придется прийти к
моим. Если моя мама узнает, что именно я был первым, она надерет мне задницу.
Ужин.
В доме его родителей.
Друзья ведь делают это… верно?
Ну, он же был здесь, сидел за столом моих родителей.
Так что, думаю, я смогу сделать это.
Я сглотнула.
— Ух, конечно?
Его ухмылка выросла в полноценную улыбку.
— Здорово.
— Что здорово? — спросила мама, когда вошла.
Картер помог ей с блюдом, наполненным овощами. Она подарила ему теплую улыбку.
После того, как Каттер сел обратно, и папа разместил на столе блюдо с мясом, он
ответил на мамин вопрос:
— Я говорил Риган, что было бы здорово, если бы она как-нибудь пришла на ужин к
моей семье.
Они оба переводили свой взгляд с меня на него. Я была уверена, что видела, как
папины глаза прослезились.
Мама прочистила горло.
— Итак, эм, вы двое просто друзья, правильно?
— Да, — быстро ответила я. Потом нервно засмеялась. — Друзья. На самом деле, мы с
Картером вместе учились в старшей школе. Не то, чтобы мы знали друг друга тогда, но мы
знакомы сейчас, и это хорошо, иметь друзей-мужчин. Они… полезны. — Полезны? Полезны
для чего? — Для, эм, ну, знаете, починить что-то и, эм, все такое.
— И для защиты, — добавил Картер. Взгляд моих родителей переметнулся на него.
Легкий румянец покрыл его щеки. — Потому что женщине не помешают лишние знакомые, которые могут защитить ее от, ну, вы знаете, мужчин и подобного.
— Верно, — подтвердил папа, затем шмыгнул носом. — Друзья. Это хорошо. —
Кивнул он.
— Ты гей? — выпалила мама.
Картер как раз перед этим вопросом сделал глоток пива, поэтому прямо сейчас он
выплюнул его на стол перед собой.
— Мам, нельзя спрашивать о таком, — отругала ее я.
— Элейн, он не гей, — прорычал папа.
Картер прочистил свое горло.
— Нет, миссис Уайлд…
— Элейн.
Картер кивнул.
— Элейн, я не гей.
— Тогда ладно. — Улыбнулась она, а потом посмотрела на меня и подмигнула. Я
закрыла свое лицо рукой и простонала. Смогу ли я вообще пережить этот вечер? Я не была в
этом так уверена.
Родители Риган были чертовски забавными. Как и у дочери, у Элейн совсем не было
фильтра. По-видимому, мне не придется слишком сильно напрягаться, чтобы расположить
их к себе. На самом деле, я был уверен, что уже был любимчиком Херба. С кончика моего
языка почти сорвалось согласие, на все его предложения, касательно того, чтобы заполучить
его дочь, но я воздержался.
Я должен был заставить Риган влюбиться в меня так же сильно, как и ее родителей. На
самом деле даже больше.
На протяжении всего ужина, Риган, казалось, немного расслабилась. Она была
шокирована, смущена и возмущена поведением родителей, и беспокоилась о том, как я на
них отреагирую, но это был лучший вечер за чертовски длинный период времени.
Это было именно то, чего я так хотел.
Особенный человек, который, находясь рядом со мной в кругу своей семьей, просто
наслаждался бы обществом друг друга. Кто-то, с кем можно было делиться разными вещами.
Кто-то, кто так много значил бы для меня, что я захотел бы провести с ней остаток жизни.
И я уже представлял кого-то вроде Риган.
Мне было чертовски страшно, потому что все развивалось слишком быстро, но в этом я
винил свою одержимость жизнью на полную катушку, которая появилась еще со времен
старшей школы.
В Риган было все, о чем только можно было мечтать. Она была забавная, милая, застенчивая, неуклюжая, горячая, и чертовски потрясающая. Как я мог отрицать то, что уже
чувствовал, когда эти чувства были такими сильными? Несмотря на то, что я был мужчиной, я был на связи со своими чувствами, и все они были нацелены на Риган.
Черт, это звучало убого.
Волновало ли меня это? Вовсе нет.
— … а потом мне пришлось отправиться в бар, чтобы забрать пьяного Тома и папу, после того, как их выгнали и забанили, за то, что они устроили сцену, — закончила Риган, и
мне пришлось засмеяться. Дело было не в самой истории, хотя она была забавной, или в том, как Херб ругал ее за то, что она ее рассказала. Это было из-за ее хихиканья. То, как ее голос
звенел, словно маленький колокольчик, то, как сияли ее глаза от радости. Ее смех был
заразительным. Я хотел смеяться вместе с ней, потому что она заставляла людей
наслаждаться этой историей.
— Хмм, — внезапно произнесла Элейн. Я повернулся и увидел, что вместо того, чтобы
наблюдать за дочерью и мужем, она смотрела на меня.
Дерьмо. Могла ли она догадаться, что я хочу ее дочь?
— Расскажи мне что-нибудь, Картер, — сказала она. Внимание Риган и Херба
переключилось на нас.
— Д-да? — я вдруг почувствовал, что воротник на моей футболке слишком тугой.
Видела ли она, как я смотрю на Риган обожающими глазами щенка? У меня закрутило в
животе, я беспокоился, что мои чувства успели выйти на поверхность, прежде чем я
поделился ими с Риган.
Нужно ли мне что-то предпринять?
Должен ли я заявить Риган прямо в эту же минуту, что хочу встречаться с ней, прежде
чем ее мама скажет что-нибудь еще?
Она усмехнулась, и эта улыбка ничуть меня не успокоила.
— У тебя есть жилье в городе? Слышала, у тебя все еще есть дом во владении, в
нескольких часах езды. Как ты справляешься? Ты, должно быть, устал от долгих переездов?
Или ты остаешься где-то в городе, пока вы играете? Станешь ли ты искать здесь работу, раз
уж упомянул о том, что хочешь стать тренером, как только твоя футбольная карьера
подойдет к концу?
Это что, игра в двадцать вопросов?
По крайней мере, ни один из них не касался моего увлечения ее дочерью.