Страница 9 из 13
– Выходит, что наш папа и тот мордоворот в плену у изгов? – сделал вывод Артем.
– Выходит так, – ответила Настя.
– Если они союзники, то может тогда смогут договориться, чтобы изги вернули пленников? Сможешь сказать жрецу?
– Не знаю, Артем. Я хоть и понимаю, что он говорит, но слов мне не хватает, чтобы сказать самой. Но попробую.
Настя вновь обратилась к жрецу, который с интересом наблюдал за диалогом детей:
– Папа у изгов. Нам нужно его взять. Вы можете это сделать?
Жрец внимательно выслушал Настю и призадумался.
– Ты хочешь, чтобы мы забрали вашего отца у изгов? – спросил Рудбай.
Настя кивнула.
– Мы с ними не можем воевать. Они наши союзники. Их добыча – это их добыча.
– Что нам делать? – спросила Настя.
Жрец развел руками.
– Вы можете погостить в нашей деревне. Я разрешаю. Опасности вы нам не представляете. Но отбирать вашего отца у изгов мы не будем. Ни к чему это нам.
У Насти увлажнились глаза. Она перевела слова жреца Артему. Брат призадумался.
– Все верно, – ответил он. – Они не будут портить отношения с соседями из-за незнакомцев.
– И что тогда нам делать?
– Будем сами придумывать, как нам выручать папу.
Дети вновь повернулись к жрецу.
– Спасибо, – произнесла Настя на родном языке.
На старческом лице губы слегка растянулись в улыбке. Глаза блеснули. Казалось, жрец понял это слово.
– Так что скажешь, Рудбай? – обратился к жрецу молчавший все это время Махмур.
– Пусть дети погостят у тебя. Это же твоя дочь привела их. Значит, тебе принимать гостей. Если захотят остаться у нас, то жить будут у тебя. Если захотят уйти, удерживать не нужно. А я с удовольствием поговорил бы с ними еще, мне интересно узнать побольше об их племени. Но в другой раз. Сейчас я устал.
С этими словами жрец повернулся к очагу. Его глаза уставились на догорающие угли, и он, казалось, уже не замечал тех, кто находился рядом.
Махмур подтолкнул детей к выходу.
Глава 7
На улице их ожидала Лика.
– Ну как? – спросила она.
– Артем и Настя могут погостить у нас, – ответил Махмур. – Рудбай дал согласие.
Ее лицо просияло.
– Тогда можно, я позову их с собой, покажу наших лошадей?
Махмур вопросительно глянул на Куропаткиных.
– Артем, она предлагает нам к лошадям сходить, – уже по привычке перевела Настя.
– А я понял, – ответил Артем. – Скажи, что мы согласны.
Выслушав ответ Насти, Махмур ответил:
– Хорошо. Долго не гуляйте. К ужину жду вас дома.
Он зашагал по улице в сторону своей избы, а Лика повела Артема и Настю на край деревни к лошадиному загону. Артем шел молча, размышляя над услышанным в хижине жреца.
– Артем, – произнесла Настя. – Что нам теперь делать?
– Не знаю пока, – ответил он. – Мне надо подумать.
Лика скосилась в их сторону. Она не понимала чужого языка, но Артем не стал переводить. Да и Настя лишь глянула на Лику, ничего не объясняя.
Вскоре они дошли до загона. Изгородь высотою по грудь из длинных необтесанных жердей опоясывала обширный луг, тянущийся вдоль деревни. Внутри паслось не менее сотни лошадей. В основном все гнедые, но мелькали среди них кони и других мастей. Также Артем заметил в табуне с десяток тонконогих жеребят.
– Вы умеете на лошадях ездить? – спросила Лика.
Артем отрицательно мотнул головой.
– Хотите, научу?
Артем и без Настиного перевода понял ее слова. От радости даже дыхание перехватило. Он ни разу не ездил на лошадях, но всегда мечтал оказаться верхом.
– Главное, чтобы взрослые не увидели, – строго произнесла Лика.
– Почему? – спросила Настя.
– Вы – из другого племени. А наши запрещают чужакам приближаться к лошадям. Мы бережем их и никому чужому никогда не позволяем получить хотя бы одного. Наши мужчины лучше убьют лошадь, чем позволят попасть ей в чужие руки.
– Тогда почему твой отец разрешил нам пойти с тобой?
– Не знаю. Наверное, он считает, что вы не будете охотиться за лошадьми.
Лика подозвала невысокого жеребца с черным окрасом и белой полоской на морде. Жеребец послушно подбежал и закивал перед ней, смешно шевеля ушами.
– Это – Черныш, молодой еще. Но он самый покладистый и любит детей.
Лика потрепала жеребца по холке. Черныш вытянул морду и обнюхал ее лицо.
– Ну, кто первый?
– Артем, давай ты, – сказала Настя. – Я что-то побаиваюсь.
Он с радостью встал рядом с конем. Лика ладонью подала Чернышу знак, и тот опустился на траву.
– Садись, – сказала она Артему.
Он взобрался на теплую шерстистую спину. Черныш тут же поднялся. Артема качнуло в сторону, он чуть не потерял равновесие. Ухватился пальцами за гриву, выровнялся.
– Не бойся, – сказала Лика. – Он тебя не уронит. Черныш чувствует детей и не дает им свалиться.
– А где уздечка и повод? – спросил Артем, вспомнив, что у лошадей должно это быть, он много раз видел в кино и на картинках.
– Что это? – не поняла Лика.
– Ну, приспособления такие, чтобы управлять конем.
– Да ты просто обними его за шею и руками слегка направляй в ту сторону, куда нужно повернуть. Хочешь, чтобы бежал быстрее, ударь пятками по бокам. Чтобы затормозил, потяни шею на себя.
Артем слегка стукнул подошвами кроссовок бока жеребца. Тот сразу зашагал вперед. Артем прижался к мохнатой шее, обнял ее. Мягкие длинные шерстинки гривы защекотали лицо. Но Артему было хорошо от этого. Теплая мускулистая шея ощущалась всей грудью. Черныш шел не спеша, осторожно переступая, словно неся на себе драгоценную ношу.
Приближался край загона. Артем потянул шею коня влево, уцепившись за складки кожи. Жеребец послушно начал заворачивать, делая широкую дугу. Артем выровнял коня. Снова ударил кроссовками по бокам. На этот раз чуть сильнее. Жеребец ускорил шаг. Спина скакуна под Артемом затряслась, он начал сползать на бок. Немного поерзав, вернул себе прежнее положение. Еще раз ударил по бокам. Конь перешел на рысь. Артем запрыгал у него на хребтине. Непроизвольно стукнул кроссовками еще. Конь поскакал галопом. Теперь спина его вздымалась и опускалась, словно палуба корабля. Встречный поток воздуха затрепал волосы Артема и гриву Черныша. У Артема захватывало дух. Он несся на коне первый раз в жизни, и это было здорово!
Впереди вырастала изгородь. Опьяненный скачкой, Артем забыл, что нужно повернуть коня. А Черныш за пару метров от изгороди оттолкнулся от земли и воспарил в прыжке, перемахивая через препятствие. Артема подбросило на хребте, пальцы скользнули по мохнатой шее, не успев ни за что уцепиться, и он кубарем полетел в высокую траву, сделав в воздухе красивое сальто.
Настя и Лика, увидев случившееся, со всех ног бросились к тому месту, куда упал Артем. Они перемахнули через изгородь, также легко, как это только что сделал Черныш. Высокая трава скрывала Артема, но девочки безошибочно определили, где он, по замятым стеблям. Они подбежали. Артем лежал на спине с закрытыми глазами и улыбался. Конь, описав круг по лугу, вернулся к неудачному наезднику. Нагнул шею, вытянул голову. Притронулся к лицу влажными губами. Глаза Черныша виновато смотрели на Артема.
– Артем! – надрывно вскрикнула Настя.
Брат открыл глаза. Они светились от счастья.
– Это было здорово!
– Дурак! – в сердцах выпалила сестра. – Я испугалась до смерти, а ты улыбаешься.
– Ты цел? – спросила Лика.
Артем приподнялся, приняв сидячее положение. Пошевелил плечами.
– Да вроде цел. Плечом только больно двигать, и бока болят.
Черныш вновь нагнул голову к нему, коснулся губами шеи и плеча. Из ноздрей обдало теплым дыханием. Артем глянул на скакуна, встретился с его виноватым взглядом.
– Что, брат, извиняешься? Это я виноват, сам тебя пришпорил. Но ты молодец.
Артем погладил ворсистую морду, подмигнул Чернышу.
Они загнали жеребца обратно, отправили пастись к остальным его сородичам. Настя отказалась экспериментировать с верховой ездой. Да и день уже клонился к вечеру, пора возвращаться к Махмуру. Лика повела гостей в сторону дома.