Страница 14 из 22
А что я хотела? Избалованные маги, не понимающие доброго к ним отношения.
Ну что же... ну и идите тогда... к трупам!
— Забавно, что простую вежливость вы приняли за попытку подружиться, — сказала холодно. — Видимо, адепт, вы совсем не знаете, что такое вежливость? — отвела глаза к окну: — Ах, конечно, вы же совсем одичалые с этими своими трупами и ночными прогулками...
Нельзя, нельзя мне быть преподавателем! Что я сейчас вообще делаю? Соревнуюсь со своими учениками, кто посильнее уколет? Молодец, Дора, иди ещё с ними магическим потенциалом померяйся! У кого больше!
Стало тихо, как в склепе, и мне оставалось только порадоваться, что эта аудитория точно не относилась к трупохранящим, я проверяла. Но вот холодок всё же пробежал — странный такой, замогильный.
И мне было даже стыдно за свои слова, но...
— Мы собирались знакомиться, — продолжила. — Кто староста? У вас есть списки? — посмотрела в аудиторию, ожидая ответ, но маги молчали. Ой боже, какие обиженные! Как самим оскорблять — это всегда пожалуйста, а как на место поставят — сразу глазами своими убийственными сверлят. Ну-ну, пугайте! Пуганная уже! — Ну хорошо, списки я уже подготовила. Начнём перекличку: Айрон Смит... Джей Адамс... — снова смотрю на адептов, но от них ноль реакции. Ла-адно...
Медленно положила список, упёрлась руками в стол и пристально посмотрела на будущее нашей империи.
— Напоминаю, что сегодня у нас с вами проходят три пары подряд: практика, после потоковая лекция и снова практика. Отсутсвие хотя бы на одном из этих трёх занятий без уважительной причины равняется отсутствию на всех моих сегодняшних занятиях. То есть три пропуска, — повторилась: — три.
Мы долго играли в гляделки, и я опять чувствовала себя виноватой. Не хотелось опускаться до банальных угроз. Я только убедила себя в том, что в наших отношениях «преподаватель-студент» возраст не имеет значения, как и то, что я указываю мужчинам, старше меня на два, а то и три года...
Так, гнать эти мысли. Они не узнают, что их преподаватель — одарённая малолетка, невнимательно читавшая условия обучения.
— Смит здесь, — разбила молчание обречённая фраза, и я с улыбкой глянула на тёмно-русого, коротко стриженного (настолько коротко, что я даже не уверена — цвет ли этого его волос или кожи) парня, сидящего в компании «любителей девочек» и опустившего понуро голову. Другие адепты глянули на него зло, и мне даже стало как-то жаль парня, но после его фразы остальные так же перестали сопротивляться, и я спокойно смогла отметить всех присутствующих.
В группе обучались действительно сливки общества. Я бы даже сказала не просто сливки: среди моих адептов была та самая, заветная, вишенка на торте. И звали его кронпринц Тайларион Мисерти, синеглазый и длинноволосый высокомерный засранец. А желтоглазый, тем временем, являлся его кузеном, Эрроном Маккини, сыном когда-то императорского, но отрёкшегося от престола и любых на него притязаний, рода.
Невероятное, просто одуряющее, везение…
Тогда Сэм, наверное, это Вильсэм Бисли, сын советника его величества? И, судя по букве «и» в окончаниях фамилий, к древнейшим родам среди моих студентов относится ещё и Тимерс Десли.
Казалось бы, что они делают в военной академии? Сидели бы в Императорской академии, сдували бы с них там пылинки, а не-эт...
Постаралась отвлечься от невесёлых мыслей и вернуться к делу: по списку было семнадцать студентов, на деле — пятнадцать.
— Где ещё двое?
— Отчислились, — ответил староста, тот самый парень на третий парте, чьё имя в моём списке было помечено звёздочкой. Кстати, это как раз и есть Тимерс Десли.
— С начала года и месяца не прошло, — удивлённо сказала, а в ответ услышала:
— Это вам не Институт Светлой Магии.
Резонно, конечно! Видимо, много он про целительский факультет знает. У нас отсев был — ой-ой-ой, только вот самостоятельно никто не успевал прекратить обучение: вылетали как пробки ещё до осознания всей тяжести ситуации.
— Я заметила, — тонко улыбнулась. — Итак, хочу сказать сразу — за год целителями вам не стать. Не только вам — никому не стать. И пройти трёхлетнюю программу практический нереально, — поймала несколько злых взглядов, — но нам это и не надо. Кто скажет, какова ваша цель на данный момент?
— Выучиться, — предположил Сэм.
— Похвально, что не «получить диплом», но, будет откровенны, ваша, да и моя, цель именно диплом, и желательно отличный. Не так ли? — осмотрела присутствующих. — Я ещё не пересеклась с преподавателем, который вёл у вас до меня, но, просмотрев ваш учебный план, поняла, что на целительство у вас действительно не будет оставаться ни сил, ни времени. А та программа, которую разработали другие преподаватели, основывается на пустом заучивании и вливании сил в заклинания. А теперь представьте, как вы будуте работать на практиках по некромантии, потратив на, казалось бы, никчёмный предмет все свои силы?
Парни призадумались, и первым заговорил наследник:
— Это бред, мы не настолько слабые, чтобы спускать всю энергию на целительские заклинания…
— Думаете? Видимо, вы не особо понимаете смысл самого целительства. И это нормально, ведь вам не объяснили основ, начав с практики, — на доске постепенно вырисовалось простейшее плетение заживления. — Видите схему? Целительские заклинания нельзя закрепить на внешний источник, только на свой собственный. Теперь представьте, сколько сил уйдёт на это плетение… И знаете, что это за заклинание? — парни помотали головой. — Это заживление сломанного ногтя.
Удивление было осязаемым — вот честно — и я очень порадовалась, что смогла заинтересовать адептов.
— В обучении на целителя очень много времени уходит именно на то, чтобы научиться контролировать себя и подачу магии, а также сплести заклинание так, чтобы этой самой магии понадобилось не столь много.
— А самоисцеление? — заинтересовался Джей.