Страница 8 из 62
— Приберитесь немного в Министерстве. Начните с отдела прогнозирования, — произнес отстраненный и равнодушный голос, а новоявленный министр снова опустился в кресло. — Объясните им доступно, что либо они попадают под сокращение кадров, либо под сокращение поголовья. С вещами всех на выход.
Боевые маги поставили дверь на место, а сами растворились выполнять приказ.
— Да как вы смеете! У меня тридцать лет стажа! — послышалось снизу и что-то неожиданно грюкнуло и, видимо, разбилось вдребезги. — Осторожней! Это — древний артефакт!
— Я буду жаловаться! — перебил писклявый голос, а потом послышался шорох крыльев птиц.
— Мои бумаги! Десять лет работы!
Что-то звякнуло об пол, послышался ор, а я подозрительно спокойно сидела на стульчике, сложив руки на коленях и скрестив ноги. Что — то мне подсказывало, что для начала не мешала бы жизнь, а смысл к ней уже приложится. Боевые маги орудовали в здании, слышались визг, возмущения, грохот дверей и шуршание бумаг. Огромные часы на стене мерно тикали, отдаваясь в абсолютной тишине кабинета. Разорванный алый плащ кровавым водопадом ниспадал на алый ковер, словно кровавый водопад в кровавую реку, голубые глаза сумрачно смотрели на стрелки, которые вот-вот сомкнуться.
— Все сделано, — отрапортовал боевой маг, войдя в кабинет, пока я решила прикинуться произведением искусства, намекая, что вовсе не подарок.
— Поздравляю, — чуть хрипловато произнес новоявленный министр, бросая холодный и уставший взгляд на вошедшего. — Всех?
— Да. Они стоят под министерством, — коротко кивнул в сторону окна, за которым слышались проклятия и возмущения, боевой маг. «По магическому кодексу законов о труде вы должны были предупредить нас за месяц до увольнения!», — ныл чей-то противный голос. «Произвол!!! Я кружку забыл!», — пытался переорать всех визгливый голос.
— Пусть стоят. Желательно в очереди, — спокойно произнес новоявленный министр, снова нахмурив брови. — И готовят резюме. Сейчас я им устрою биржу труда. Всем, кто хочет работать — стоять и ждать. Скажите, что у нас обеденный перерыв.
Я опасливо пыталась отъехать подальше вместе со стульчиком, шурша ковром. Оседлав стул, я деликатно устремлялась к двери, пользуясь тем, что обо мне все на радостях забыли.
— Ко-когда вас вешать? — спросил робким голосом «Торшер», а на него бросили молниеносный взгляд, от которого хотелось унести не только ноги, но и набор внутренних органов в целости и сохранности. — Просто я пытаюсь выяснить, когда вас за-заказывать… И хотелось бы уточнить с-с-сценарий ме-мероприятия… Нужно еще ре-решить вопрос по поводу та-таблички.
Голубые глаза смерили инициатора, к которому уже сзади пристраивалась инициатива с явными эротическими намерениями.
— На моей могиле напишите: «Умер от идиотских вопросов». Стой пока и не отсвечивай, — вздохнул новоявленный министр, а я уже преодолела вместе со стулом почти два метра. До двери оставалась пара шагов, и, если постараться, можно было бы дотянуться кончиками пальцев до роскошной вызолоченной ручки.
Но тут дверь открылась, а я едва успела отскочить вместе со стулом. В комнату вплывал дурманящий запах духов, а следом за ними в магическом облаке дорогого аромата уверенно вышагивала красавица, грациозно закинув голову и надменно глядя на меня.
— Здравствуйте, я… — с придыханием заметила красотка, отбросив огненный локон. — Я — ваша секретарша. Умею подавать отчеты задним числом.
— Я так посмотрел, что вы все делаете задним числом, — самопровозглашённой министр поднял бумагу и бросил ее обратно на стол. — Так что вы уволены задним числом!
— Я умею делать отличный магический кофе, — возразила красавица, явно обрадовавшись, что вместо старого сморчка на стуле восседает молодой узурпатор. — Задним числом.
— Остынет, — пожал плечами министр. — Уволена.
Секретарша рассерженно цокая каблуками направилась к двери, Торшер помчался за ней, а я понимала, что за дверную ручку придется побороться.
— Ты куда направилась? — послышался знакомый голос, а я отпустила ручку, страдальчески глядя на узурпатора. — Разве я разрешал? Нет, я не разрешал. Ты искала работу? Считай, что ты ее нашла.
— Пока что я нашла только неприятности, — пробухтела я, пытаясь ущипнуть себя, проснуться.
— Значит, плохо искала. Придется поискать, — абсолютно равнодушно заметил узурпатор. — Неси стул сюда. Садись. Давай, подкатывай сюда вместе со стулом…
Я послушно села в уголке стола, тяжело вздыхая и пряча руки в сведенных коленях.
— Итак, что мы имеем, лучшая студентка Академии, провалившая экзамен по боевой магии, за что была лишена диплома, — произнес голос, а я старалась не смотреть на черные перчатки, которые прикрывали его руки. — Позор. А еще говорили, что устойчива к психологическим заклинаниям. Слушай меня внимательно, разочарование мое. Я пришел в Академию, чтобы пополнить отряд. Мне не хватало человека. Добровольно к нам почему-то не хотят. Так что пришлось по-плохому.
Я смотрела на его руку, пытаясь отогнать странное наваждение. Как будто какие-то сумбурные воспоминания лезли в голову. Нет, тогда мне точно показалось. Просто перенервничала на экзамене. Переучилась. Не может же такого быть, чтобы от одного прикосновения..
— Я видел списки выпускников, — снова равнодушно заметил голос, а я не могла понять, красивый он или нет. Что-то было в нем отталкивающее, но в то же время притягивающее и завораживающее. — Мне нужен человек, который не имеет диплома. Академии не подчиняются министерству и подают отчет только один раз в год. Любой инцидент в Академии тщательно скрывается, и нас не допускают к расследованию. Находиться больше суток на территории любой из Академий может только человек, не имеющий диплома или работающий в Академии. Защитная магия. Так что обычно мы приходим с мелками шустро обвести труп и оповестить родных. У нас есть сутки, а за сутки с расследованием сильно не развернешься. Приходится довольствоваться очевидными фактами и показаниями свидетелей. На этом мы мало что можем построить, разве что иллюзию работы. И меня этот вопрос почему-то волнует. Когда я начинаю волноваться, сразу должен волноваться кто-то другой. Обычно так и бывает. Итак, сколько человек с твоего потока погибло в Академии? Сколько пропало без вести?
Я чувствовала, как пускаю корешки в стул, прирастая к нему намертво.
— Эм. На первом курсе у нас был несчастный случай, — вспоминала я парнишку, который с криком «Смотрите, как умею!», решил опробовать сразу несколько заклинаний одновременно. Видимо, на том свете, куда он намеревался отправиться, одному ему было бы скучно, поэтому юный гений решил отправиться туда вместе с теми, кто был в аудитории. — И на третьем у нас девочка пропала.
Перед глазами возникла вечно грустная, худющая и неразговорчивая студентка по кличке Мышь, которая страдала от неразделенной любви к преподавателю артефактам. Тоскливые глаза: «Если бы вы знали, как я люблю его!» и вечно опущенные до кончиков пальцев рукава свитера «Каждый вечер я режу заклинанием вены» вызывали если не жалость, то брезгливость. Ее комната была исписана стихами о любви. Я однажды заходила к ней в комнату, чтобы попросить тетрадку. «Видишь? Вот он волос с его головы…», — меланхолически выдавала Мышь, показывая свои трофеи всем желающим. — «А вот кусочек его одежды! Недавно я украла у него трусы.».
— Десяток трупов за год в каждой Академии, но мы не имеем доступа, чтобы выяснить обстоятельства каждого происшествия. Некоторые из них повторяются с завидной регулярностью. В уставе каждой Академии прописано: «Десять процентов на списание», и меня это расстраивает. Недавно квоту подняли до двадцати пяти, — равнодушно произнес новый министр, не сводя с меня глаз. — Поэтому я решил, что нам в отряде нужен человек, который может себя защитить, но не имеет диплома. Мы пытались внедриться в Академии под видом студентов. Меняли внешность, но, увы. Защитную магию не обманешь. Несколько лет подряд мы работали над этим вопросом, и нашли решение. Поздравляю, завтра ты отправляешься обратно. Доучиваться. Я пересмотрю дела, которые накопились за годы, и решу, куда тебя отправить в первую очередь.