Страница 10 из 62
— Я отказываюсь, — твердо и решительно заявила я, окончательно решив не отправляться в это гостеприимное местечко с кладбищенской оградкой. — А еще по закону я требую увольнения! Имею право!
— И лево ты тоже имеешь. С нашей работы уходят только вперед ногами. Запомни это, — равнодушно и прохладненько заметил новый министр, пока я разглядывала суровых преподавателей, пытаясь понять, они еще живые или уже живые. — Там принято носить черное кружево. Так что с бельем ты угадала. А вот с нарядной футболкой и нарядными дырками нет.
— Я имею право требовать испытательный срок по закону! — вспомнила я то, чему училась по магическому праву в родной Академии.
— Испытание моего терпения тоже считается испытательным сроком. Считай, что в этом случае минута идет за день, — терпеливо пояснили мне. Неприятности уже покрались и сидят в засаде. Они набросятся на меня, стоит мне только выйти за дверь.
Я схватила ручку и бумагу, наскоро написала заявление и протянула работодателю, оставив лихой росчерк пера вместо подписи.
— Мое заявление на увольнение! — официально сообщила я, а у меня из рук осторожно приняли бумагу. Заявление вспыхнуло, рассыпаясь пеплом.
— Простите, — тут же официально заметил министр, глядя на меня с тенью улыбки, пока пепел оседал на стол. — Я не помню, куда его положил. Только что было в руках, а потом исчезло. Но я поищу его, обязательно.
«Согласно магическому трибуналу…», — монотонно бубнил в голове голос, зачитывая приговор, пока я смотрела на профиль новоявленного министра, пытаясь не думать о том, что наше знакомство вполне окажется куда более долгим, чем кажется на первый взгляд. Один взгляд в сторону узурпатора моих нервов и времени стоил мне седых волос. Я мысленно примеряла на себя урну для праха. В урну целиком я помещалась только в виде пепла, а вот в каменный саркофаг — вполне.
— Сейчас подготовят твои вещи и временные документы. Тебя оформили переводом из Академии Целителей. Твоя задача: проверить все легенды, сказки, истории, слухи и так далее. Особенно артефакты, — сквозь вату слышался отчетливо знакомый голос, а у меня по коже пробежали мурашки. — Ты ведь умеешь работать с артефактами. Особенно с очень опасными.
Министр встал и вышел, оставив меня наедине с тикающими часиками, которые отмеряли остаток моей жизни. «Жалуйся министру!», — ехидно заметил внутренний голос. — «На министра! Там порядок подачи жалобы указан! И не забудь рассказать все! Особенно про второй курс! Начинай с простого. Я, Медея Самайн, на втором курсе, будучи студенткой, не имея злого умысла и корыстных мотивов, кроме пятерки на экзамене.».
Память пролистала обнятые колени, грустный взгляд в окно, раскрытые учебники и исписанные тетради на полу. Осенние листья осыпались с огромных вязов, чьи кроны доставали до третьего этажа студенческого корпуса; холодное, какое-то прозрачное небо, голубым куполом раскинулось над Академией; мягкий зеленый свитер с зацепками согревал озябшие руки натянутыми рукавами. На столе лежала огромная книга с желтыми и замятыми страницами «Древние артефакты. Восстановление свойств и ремонт», а поверх нее закладка- цепочка цепочка с синим камнем. «Это ваша экзаменационная работа!», — послышался знакомый голос нашей преподавательницы по артефактам Кассиопеи Мидас. На ней был перекрученный жгут цепочек, спадающих в декольте, на каждом пальце сверкало минимум три кольца. Браслеты на ее руках доходили до локтя и звенели при каждом ее движении. Ходили легенды, что однажды ее пытался унести наш академический дракон. Жаль зверюшку. Сдохла в процессе… Старенький был, надорвался.
Кассиопея сверкала золотой статуей, а драгоценные камни солнечными зайчиками скакали по стенам аудитории при каждом ее движении.
— А правда, что некоторые магические артефакты вызывают привыкание? — спрашивали любопытные студенты, наслушавшись историй про проклятые и зачарованные кольца, сережки и амулеты, которые якобы есть в каждой уважающей себя магической семье.
— Ерунда! — возмущалась Кассиопея, глядя на нас глазами обиженного ребенка и потирая отбитый в процессе похищения драконом копчик. — Ни в коем случае! Это все сказки! Все украшения, что сейчас на мне, служат для защиты мага при работе с артефактами, не более. Я в любой момент могу снять их и ничего не будет. Так что не верьте тем, кто вам все это рассказывает!
Она неловко взмахнула рукой, и с ее левой руки со звоном соскочило кольцо. «Ааааа!!! Моя радость!», — заорала Кассиопея, бросаясь за ним по полу, забывая про отбитый копчик и прочие травмы, оказавшиеся несовместимыми с жизнью дракона.
— Не дам. Никому не дам! — задыхалась преподаватель, целуя кольцо с розовым камушком. Мы привстали со своих мест, чтобы увидеть ее сидящей на полу и дрожащими руками надевающей колечко на место. — Моя радость, мое солнышко. Мама тебя пожалеет! Не походите ко мне! Вы пытаетесь его отобрать! Я вижу ваши алчные глазенки, маленькие твари!
Помню, как за ней гонялся по всей Академии профессорско-преподавательский состав, пытаясь убедить, что никто не отнимет ее кольцо. Вот так Кассиопея ушла на больничный, а перед нами появилась огромная старая коробка со сломанными артефактами.
— Если претендуете на тройку — распознайте артефакт и магию. Опишите, что он делал ранее и к какой магической эпохе относится. Если нужна четверка, верните ему часть изначальных свойств или хотя бы внешний вид, при этом опишите, к какой эпохе он относится, какой магией обладал, и перечислите все заклинания, которые были на него наложены. Если нужна пятерка — то восстановите его до изначального состояния! Если вам это удастся, то артефакт ваш, — прочитала я инструкцию, окуная руку в старую коробку и чувствуя легкое магическое покалывание в сплетении цепочек и всякой бижутерии.
— Ура! Ты глянь, какой красивый! — прыгали от радости девчонки, показывая друг другу свою ювелирную добычу. — Мне идет! Сегодня же надену этот перстень! Ура! Обожаю артефакты! Самый лучший предмет!
Из моей сжатой руки свисает изящная цепочка с хитрым плетением, а сквозь сомкнутые пальцы просвечивает что-то яркое, синее. На раскрытой ладони лежал синий камень с интересной огранкой, переливаясь и играя на солнце. В качестве оправы для камня был использована восьмиконечная звезда.
— Вау! — захныкал кто-то с завистью глядя на меня я пыталась вспомнить что-нибудь похожее. — Шикарный камень! Правда, трещина…
Я помню, как потекли мучительные дни. Стопки книг в комнате росли, как на дрожжах, но ни в одной из них не было ни одного упоминания о синих камнях, в обрамлении восьмиконечных звезд. Были артефакты эпохи первых драконов из обсидиана, были артефакты эпохи вторых драконов, кустарно выполненные из бронзы. Страницы шуршали, картинки пестрили, я а понимала, что мне не повезло. «Я нашел клеймо мастера! Представляете!», — хвастался староста потока на уроке по заклинаниям, демонстрируя всем желающим маленькую магическую печать мастера. — «Попробуйте заклинание проявления!»
— Проявись! — приказывала я камню и украшению, поднеся к нему руку. Но ничего не менялось. «Это первые драконы! По-любому, зачарование любви. Посмотри на огранку!»,
— авторитетно заявлял преподаватель по магическим ритуалам, вращая в руках мою безделушку. «Да что ты говоришь? Третьи драконы! Первые драконы — это бронзовый век артефактов! Защитное заклинание воина!», — спорила преподавательница по зельям, пропуская между пальцев золотую цепочку. На меня выразительно смотрели, а я уже чувствовала, как меня выпроваживают из учительской: «Иди, и не просто иди, деточка! Все что нужно мы уже подсказали!».
Помню, как ночью, перед экзаменом чертила восьмиконечную звезду в круге на полу, как наносила неведомые мне символы, найденные на страницах книги, написанной на древнем забытом языке чернокнижников. Единственная схема, найденная в анналах истории, чем — то напоминала мое украшение, и, в отчаянии, я решила произнести слова, сверяясь с обрывочной транскрипцией. Несколько раз я правила бумажку, черкая на ней карандашом, разминала речевой аппарат, тренировалась произнести заклинание, смысла которого не понимала вообще. «Если я этого не сделаю, то завтра не сдам экзамен!», — убеждала себя я, чувствуя, как начинают трястись от волнения руки. Я помню вспышку яркого света, секундную радость от того, что трещина на камне, которая до этого уродливым шрамом сводила на нет всю огранку, зарастает волшебными искрами. «Получилось!» — ликовало сердце, а я уже мысленно представляла пятерку на экзамене, как вдруг.