Она дракон!

Я по уши в… Грязи. И это снова ни черта не метафора. 

Чуть ли не впервые с того момента, как драконье проклятие мной овладело, я полностью потеряла контроль над человеческой сущностью, став на сто процентов ящером. Наверное, дело было в том, что рядом оказался противник – земляной дракон.

Времени поразмыслить о том, почему это всё вообще произошло, у меня было предостаточно. Дорога к дому в Семилье, а именно туда я держала свой путь, длилась в несколько километров. И это мне еще повезло стянуть какую-то тряпку со стога сена и закутаться в нее, а то порадовала бы местных крестьян прогулкой в неглиже.

Я отчаянно переводила свои мысли подальше от Симаргла, потому что любое воспоминание отдавалось то болью, то стыдом.

Теперь он знает.

И мне надо было бежать. Чем дальше, тем лучше. Вот только где я скроюсь от четырех практически всесильных магов, которых все считали едва ли не богами? Нервный смешок так и просился слететь с губ. Я уповала только на то, что счастливый случай (коих в моей жизни не случалось от слова «совсем»), вдруг решит постучаться в мою дверь.

Идя через поле, полное зреющих колосков пшеницы, я наконец-то вижу наш особняк. Он уже давно потерял былой лоск, но все равно один взгляд на него затопил нежностью все мое существо. События вчерашнего дня сразу кажутся какими-то нереальными. Здесь все по-прежнему. А вот моя тихенькая жизнь превратилась в какое-то адское месиво.

Почему я сюда вернулась?

Вряд ли Сим думал, что я на столько глупа, чтобы прийти в то место, где он будет искать меня в самую первую очередь.

А я… Ну, да, мне хотелось верить, что он более высокого мнения о моих умственных способностях.

Словом, я была крайне рада, что иду босиком, периодически бормоча проклятия, когда под ногу попадался особенно зловредный камень. Физическая боль притупляет душевную. А помимо собственной шкурки меня беспокоил еще и Антуан, который теперь оставался в замке фактически заложником. А я даже представить себе не могла, как помочь ему. Вариант – летать над Градштоком и поливать все огнем я оставила на самый крайний случай. Он, слава богу, пока еще не настал.

До дома я добираюсь в сумерках. Случайные прохожие шарахались от меня, видя что-то невнятное в рваном мешке, беспрестанно сквернословящее. Впрочем, это мне даже на руку, никто так и не подошел на столько близко, чтобы рассмотреть мое, хоть и чумазое, но вполне узнаваемое лицо.

Вид особняка как-то сразу вызывает во мне недобрые предчувствия. Я не понимаю, что не так, и только подойдя ближе, осознаю, что свет в доме не горит.

Странно… Рамиля ведь оставляла Тогоса, садовника, за главного… Ну как за главного… По сути, за единственного человека в доме. Скорее всего, этот малахольный погряз в непреодолимой тяге к тавернам.

Обреченно выдыхая, я понимаю, что горячей ванны мне ждать не стоит. Так-то я надеялась, что Тогос позовет кого-нибудь из своих подружек на временную роль горничной, но видимо, этой мысли не суждено сбыться.

Но есть что-то еще, что меня настораживает. От дома веет каким-то могильным холодом.

Я воровато толкаю дверь, распахивающуюся со скрипом, и прислушиваюсь к тишине. Может Сим все-таки решил устроить на меня облаву?

Но черт возьми, как же холодно! Несмотря на то, что на улице я не замерзла в одном мешке, зайдя в собственный дом, я будто бы оказалась в глубоком подвале!

Я делаю несколько шагов внутрь, идя по кромешной тьме и пытаюсь нащупать выключатель.

- Марика! – не могу сказать точно, кто из нас больше ошарашен, я или Валлис. – Что ты здесь делаешь?

- Могу задать тебе тот же вопрос, - хриплю я, стараясь унять испуг и хватаясь за сердце.

- Да, ты с ним поаккуратнее, - заботливо произносит вампир, указывая на мою грудь тонким пальцем, - я слышал, как оно трепыхается аж с третьего этажа. И вообще негоже так в вампирский дом вламываться. Отрадно, что я твой запах распознал, а то встреча могла бы по-другому пройти…

- Вампирский дом? – хмурюсь я, намеренно игнорируя его намеки про кровавый приём.

- Да, я тут решил переехать, пока хозяев нет дома, - застенчиво улыбается он.

- Это я уже вижу, - шепчу я, с ужасом оглядывая углы, заросшие паутиной, плесень на стенах и деревянный пол, на котором остались какие-то подозрительные багровые пятна.

Знаю я эти штуки. Вампиры мертвы, но трупы они магические. А потому, смерть ходит за ними по пятам вполне буквально.

Пока Валлис жил в нашем сарае, там каждый день прибиралась Рамиля, сетуя, что стены зарастают паутиной каждую ночь. Я только посмеивалась, полагая, что она моталась к своим дружкам в деревню, вместо уборки, и сейчас горько сожалела о своих подозрениях.

- А ты что тут делаешь вообще? Разве ты не должна сейчас быть в Градштоке?

- Длинная история, - бурчу я, проходя в гостиную и озаряя ее светом. Лучше бы я этого не делала, потому что при виде любимой маминой мебели, проеденной молью, хочется начать выть от безысходности.

- Марика, - Валлис за мгновение встает передо мной, - я знаю, что ты думаешь! Ты не переживай, я всё возмещу! Этот дом отреставрирую или новый куплю, совсем скоро я рассчитаюсь с тобой и Антуаном за гостеприимство!

- Да, что уж там, - обреченно выдыхаю я, усаживаясь на красный бархат, заросший паутиной, - в принципе, вся моя жизнь теперь похожа на этот дом, так что он мне под стать, в общем-то.

Валлис грациозно усаживается в соседнее кресло, и его длинные черные волосы уходят за спину как будто сами собой.

- Почему ты не спрашиваешь о моем внешнем виде? – я раскидываюсь в кресле, совсем не как леди, чувствуя невыносимую усталость. Хотя какая из меня леди в этом рубище?

- А что с ним не так? – вполне искренне хмурится вампир.

Еще одна «приятная» новость – никого не удивляет, что я заявилась домой с грязными ногами и похожая на чучело.

- Проехали, - отмахиваюсь, невольно вспоминая Араксию и ее вечно благоухающие кудри.