Страница 8 из 20
Долгожданный миг настал. Сейчас он закончит экстремальный курс и наконец перейдет на следующий уровень.
Волна нависла над ним, образуя трубу из океанской воды. Адреналин в крови зашкаливал, и он ощутил эйфорию, которую ему не могла предложить никакая другая игра.
«Более реально, чем сама реальность», – напомнил он себе.
А затем разряд молнии осветил все вокруг, выхватив из тьмы самую большую акулу из всех, каких он только видел в своей жизни. Она подбиралась к нему сбоку, но не это тревожило его. Выход из узкого туннеля, который должен был провести его между двумя потоками лавы, сейчас перекрывался другой волной, которая стремительно двигалась перпендикулярно первой. Такая двойная волна в природе была в принципе невозможна. Он даже не успел обматерить программистов, выдумавших этот бред, когда вторая волна ударила его в лицо.
Ощущение было такое, будто он с размаху врезался в кирпичную стену. Боль пронзила все его тело. Он слетел с доски и завертелся в водовороте. Вода забилась ему в легкие, заткнув горло, словно кляпом. Он отчаянно замолотил руками, но тут почувствовал, как доска проламывает ему череп. Щурясь от жжения в глазах, он увидел, как струя крови хлынула из головы, освещенная очень своевременной вспышкой молнии, благодаря которой он также заметил чудовищную акулу: она, извиваясь, плыла в его сторону, учуяв запах добычи.
Он поплыл изо всех сил, не желая, чтобы его снова перекусили пополам – уже второй раз за последние пару дней. Но, прежде чем акула сумела добраться до него, их обоих выбросило в поток лавы, которая застывала и трескалась, с шипением достигнув воды.
Он почувствовал, как спина его плавится от нестерпимого жара, а в следующий миг он сгорел заживо.
Бакстер вынул из рюкзака две упаковки по четыре банки пива и одну протянул Милтону. Тео отказался от этого предложения: его до сих пор трясло после пережитого в «Серф Шторме», и не было ни малейшего желания обсуждать подробности своего провала на радость Милтону.
Несмотря на это, у всех было ощущение, что их ожидает приятный вечер, если они просто немного зависнут в СПЕЙСе. Куда они все вместе и вознеслись, предварительно удобно устроившись на диванах. Для виртуальной реальности требовалась достоверность воспроизведения, которую не могли обеспечить стеклянные визоры ДР-шлемов, поэтому здесь набор лазеров проектировал изображение непосредственно на сетчатку их глаз, медленно накладывая сгенерированный цифровой мир со все нарастающей интенсивностью. Тем временем биокоммуникационный интерфейс связывался с их нервными центрами, отвечающими за эмоции, эффективно убеждая мозг в том, что все увиденное так же реально. Джеймс Левински даже добавил в эту процедуру еще один финальный аккорд. В процессе вознесения вас обдавало слабыми флюидами хорошего расположения духа, так что, каким бы злым и недовольным вы ни были вначале, в СПЕЙС вы попадали с улыбкой на лице.
В течение шести секунд, которые длилось вознесение, другие обитатели виртуального мира видели, как материализуются призрачные фигуры, но не имели возможности взаимодействовать с ними, пока полностью не заканчивалась загрузка вновь прибывших. Весь процесс был смоделирован так, чтобы человек не мог виртуально загрузиться на место другого человека, здания или движущегося транспорта – или же в точку в миле над поверхностью земли. В конце концов, никому не хочется, чтобы внутри него материализовался посторонний.
Тео оглядел знакомый парк, который был географически привязан к его жилому дому. Глубоко вдохнув, он с наслаждением ощутил запах сырой земли после дождя, который заполнил его ноздри. Перед глазами раскинулись впечатляющие, но неузнаваемые очертания Лондона, как будто это был какой-то город из истории. Ню-Лондон.
За красиво расставленными покатыми холмами парка и великолепными деревьями, листва которых с темно-синими прожилками нежно шелестела, когда ее касался легкий ветерок, высились неоновые небоскребы, сплетенные в невероятные архитектурные конструкции, по сравнению с масштабами которых все из мира Реальности казалось карликовым. Многие из них были украшены ярко сияющей голографической рекламой, меняющей свое содержание в зависимости от того, кто на нее смотрел. На воздушных трассах виднелись точки дронов и полицейских патрульных машин в форме дисков – воздушное уличное движение считалось очень опасным даже в СПЕЙСе, но при этом было фактически бесполезным: транспортные системы наземного базирования работали безупречно, да к тому же аватары имели возможность перемещаться между городами практически мгновенно.
Вознесение успокоило издерганные нервы Тео. Он был удивлен, насколько лучше себя чувствует просто из-за того, что находится в СПЕЙСе. Тот казался не просто местом обитания, а родным, близким сердцу домом, где возможности его были безграничны. Ему часто хотелось жить поближе к центру Ню-Лондона, чтобы выиграть лишние пять минут пребывания в виртуальном пространстве, но это было невозможно. Существовало лишь ограниченное количество точек, которые были географически привязаны к реальному миру. Например, в том же месте находилась Темза. Другими такими примерами были Камден Хай-стрит, Ковент-Гарден и Лестер-сквер, хотя причины этого оставались туманными. По всему миру действовали одинаковые правила.
Один из топологических фокусов заключался в том, что, даже если две точки пространства имели геопривязку, расстояние между ними совсем не обязательно было таким же, как в реальности. Пятиминутная пешая прогулка от Лестер-сквер до Ковент-Гардена в реальном мире могла растянуться в Ню-Лондоне на многие мили.
Тео убедился в том, что все остальные тоже завершили вознесение. Здесь все они выглядели совсем так же, как в Реальности. В точности были переданы все цвета, физические дефекты, родинки и даже прически, что, по идее, должно было помогать бороться с преступностью, однако на деле лишь подкармливало нелегальную торговлю секонд-скинами, вторыми оболочками, которые могли полностью менять телосложение и внешний вид вашего аватара. Эта тактика обходного маневра с успехом использовалась как криминалитетом, так и теми, кто назначал свидания заочно. Такие скины регулярно применялись в закрытых геймерских зонах, где действовали другие правила, но хакеры научились выдергивать их из игровых пространств для незаконной продажи – за немалую цену, понятное дело.
– Ладно, пойдемте! – сказала Клемми и нетерпеливо зашагала в сторону стоявших в отдалении зданий.
Они быстро пересекли виртуальные сады. Все спокойствие парка разлетелось вдребезги, как только они вошли в громадный торговый центр, отмечавший начало зоны цифровой урбанизации. Здесь всегда суетилось множество самых разных аватаров.
Этот город был населен миллионами жителей в любое время суток; у одних были свои земные двойники-доппельгангеры, которые в настоящий момент удобно устроились у себя дома или в офисе, другие же представляли собой самодостаточные искусственные формы жизни, слифы, которые тоже спешили по своим делам.
Вознесение в СПЕЙС имело географическую привязку, чтобы исключить возможность того, что миллионы пользователей вдруг появятся одновременно в одном и том же месте, чего система не выдержала бы. В прошлом хакеры уже засылали несколько десятков тысяч человек на клочок земли в несколько квадратных футов, взломав на сервисе функцию «Отказ от флешмобов» и тем самым обвалив систему, – это называлось DoS-моббинг, – но потом правила ужесточились, и такого уже некоторое время не случалось. Тот факт, что люди возносились в СПЕЙС приблизительно по месту своего жительства в реальном мире, означал, что аватары распределялись в виртуальном мире равномерно.
Единственным исключением из этого общего правила была виртуальная полиция, собственные правоохранительные органы СПЕЙСа, которые могли вознестись в любой момент из любой точки в пределах своей юрисдикции. Сотрудники этих подразделений, имевшие такое же право арестовывать двойников нарушителей в реальном мире, носили одинаковую темно-синюю униформу: это был секонд-скин в виде агрессивного мускулистого гиганта с угловатым шлемом на голове для дополнительного устрашения.