Страница 59 из 93
Открыв глаза, Рей с минуту смотрела на спину спящего мужчины, к которой прижималась с момента, как он забрался в постель. Девушка потянулась и поцеловала Бена в шею, ероша своим дыханием его волосы, затем, не отрывая своих губ, коснулась тонкими пальцами его живота. Мужчина заворочался.
- Мммм, - неразборчиво пробормотал он. Когда девушка, ухмыляясь Бену прямо в затылок, игриво стала спускаться пальцами ниже, тот неожиданно поймал ее запястье, подтянул ладошку к губам, поцеловал и крепко сжал. Так, чтобы она не смогла её опустить. Девушка удивленно дернула рукой, пытаясь освободиться, но Бен не выпускал даже сквозь сон.
Это было неожиданно. Первое, что выяснила Рей за те три недели, пока они с Беном были вместе, - он действительно обожал утренний секс. Вечером мужчина порой не хотел ни её, ни секса, ничего, но утро было свято. В то самое волшебное первое утро она и проснуться толком не успела, когда ощутила, как он целует её, поглаживает, подготавливает под себя, берёт свое. Утренний секс – по-особому нежный, по-особому нетерпеливый - был ритуалом, от которого Бен не отказывался, даже если приползал в три часа ночи после операции. Сегодня он, правда, пришел лишь час назад. Наверное, и в самом деле очень устал. Все эти недели он не просто много работал. Слишком много. На износ.
- Славная моя, я совсем без сил, - словно ощутив её недоумение, протянул Бен. Рей нахмурилась и заглянула в его лицо, покуда голос Бена не был сонным. И вздрогнула, поскольку его глаза были открыты. Он не спал. Видимо, так и не уснул с момента прихода. Просто лежал и смотрел в стену.
- Ты в порядке?
- Просто устал, - отмахнулся Бен, но девушка ощутила, что что-то не так. Она забралась Бену под руку и потерлась головой о его подбородок.
- Что случилось?
Мужчина задумчиво перебирал её волосы, наслаждаясь тем, что с тех пор, как швы рассосались, он имел возможность не задумываясь касаться её, и в который раз подумал – какая Рей славная девчушка. Чуткая. Она не пожала плечами и уснула, она тонко ощутила, что с ним что-то не в порядке, и хотела помочь, но забивать её голову сегодняшними ужасами не хотелось. Зачем в этой уютной теплой постели кровь, боль, чужие слезы и его бессилие? Поэтому Бен лишь поцеловал девушку в макушку, вдыхая её теплый запах.
«Ох, Рей, до чего я влюблен и счастлив, что ты есть», - неожиданно подумал мужчина. Эти два чувства были так необычны. И хоть ему с Рей было совсем нелегко, в такие моменты полной тишины и покоя он и правда был очень счастлив.
- Я отказался делать операцию тому парню, - коротко ответил Бен, закрывая глаза. Ему не нужно было уточнять, какому именно парню. Судя по тому, как Рей дёрнулась, она все поняла, хоть они и не разговаривали больше о непростой ситуации с той самой ночи три недели назад. Мужчине нужно было время, и Рей дала ему его, не доставая лишними вопросами.
- Это правильное решение, - прошептала девушка, выбираясь из объятий. Бен перевернулся на спину, чтобы удобней было за ней наблюдать. Знал, что все равно не уснет сейчас, почему же тогда не полюбоваться ею? – Ты всё сделал верно, Бен. Сам же мне говорил, что люди слишком часто не хотят делать ничего сами, рассчитывая если не на чудо-таблетку, так на скальпель, а ишемия – это о другом, это о принятии самого себя. Ты ему не поможешь здесь.
Рей сидела на кровати, объятая утренним полумраком. Он смотрел на нее, такую улыбающуюся и ещё немного сонную, так, будто увидел впервые. Понимал, что девушка, имеющая идентичный диагноз, говорит это не для себя, а только для него. Та, которая не могла принять себя и пыталась заесть страх деменции антидепрессантами, успокаивала его, беспомощного врача, для которого драгоценная лицензия оказалась важнее возможности помочь ей.
Бен протянул руку и погладил девушку по обнаженному плечу. Такая живая. Потрясающе. Он, конечно, понимал, что поступил правильно, подложив камень под вертящийся механизм Колеса Фортуны и остановив его на позиции Regno. Царить в своем мире нравилось больше. Да и нельзя было нарушать свои клятвы ради любви. Конечно, он не собирался нарушать священное «не навреди», но исход операции мог быть противоположный этому желанию, и ему пришлось бы жить с этим всю жизнь. Как и со своим отказом, который Бену будет казаться малодушием всякий раз, когда Рей будет спотыкаться и падать. Чтобы девушка ни говорила, он отобрал у неё шанс.
- Не кори себя, ладно? – Рей улыбнулась. Все-то она замечала. За своими мыслями Бен не уловил момент, когда её улыбка из сонной превратилась в ту особенную, опасно манящую, разрушающую покой. Она забралась на него сверху и, довольно сощурившись, уперлась ладошками ему в грудь. – Ты же все сделал правильно, Бен, и сам знаешь об этом. Ох, - выдохнула девушка, - Не так-то ты и устал, - добавила она, довольная тем, что вот тело Бена было привычно жаждущим утреннего секса.
- О, нет, Рей, это ты всё делаешь правильно прямо сейчас, - когда девушка заерзала на нём, пробормотал мужчина, поглаживая её тонкие запястья. Невесомо проводя пальцами аж до локтя, Бен вызывал волну мурашек по всему её телу, не скрытому никакими дурацкими пижамами. Такое простое, нежное движение вызвало у Рей улыбку. Да, она, такая почти хищная по ночам, по утрам успела привыкнуть к неторопливой нежности, и эти легкие, невесомые прикосновения заводили её.
Она рассмеялась. Смех её разрушал сырость, которая царапалась в окно – снег таял, как и положено накануне Рождества, оставляя после себя серость, слякоть и вспышку ОРВИ вокруг. Но им было плевать. Вдвоем, в своем мире им было хорошо.
- Почему ты одет, кстати? – полюбопытствовала девушка, высвобождая свои руки и требовательно дергая Бена за край футболки. Действительно, откуда это у него такой приступ целомудренности? Все эти ночи они спали, ощущая сквозь сон тепло обнаженной кожи, которая горела после их безумных занятий сексом, и это тепло было таким приятным, согревающим. Рей быстро усвоила, что даже самая соблазнительная ночная рубашка ничего не стоит против желания Бена видеть её в первозданном, как он выражался, виде. Так что это с ним самим?
- Не хотел шуметь, - отмахнулся мужчина, легонько сталкивая её с себя. В самом деле, Рей так сладко спала, что он побоялся лишним шорохом тревожить этот редкий глубокий сон. Обычно девушка спала плохо, просыпалась по несколько раз за ночь, вздрагивая от кошмаров, и ему долго приходилось поглаживать её, чтобы она вновь спокойно засыпала. – Я исправляюсь, видишь?
- Ммм, впечатляет, - фыркнула Рей, которая всегда точно знала, куда смотреть, а в следующую секунду ойкнула, когда мужчина, минутой назад целующий её в плечо, оставил на нем легкий укус. - Ну за что, Бен? Завтрак я тебе в постель не подала, да? – Отшутилась она, радуясь, что его лицо больше не мрачно.
- Что ты, подала же, - усаживая её обратно на себя, довольно заулыбался Бен, - но это тебе за то, что занимаешь мою половину кровати, а мне потом нужно ютиться где-то сбоку. В следующий раз на коврике, может, постелишь?
- Твою половину? – изумленно моргнула Рей. Это что за новости. С каких это пор в её постели у него вдруг появилась «своя» половина? – Собственник.
- Угу, во всем, - закрывая глаза, не стал спорить Бен. Рей покачала растрепанной головой. О, да, точно, во всем. Она это замечала. Каждое его “моя” по отношению к себе оставляло и приятную дрожь, и некую тревогу. Рей несколько боялась разбудить в Бене ту задремавшую ревность, которая в любую минуту, наверное, могла поднять голову. Например, когда уже в январе Нью-Йорк будет завален теми её фото с Килианом. Пока девушка наслаждалась и уповала на мудрость своего мужчины. Может, владея ею безраздельно, он и не будет больше психовать. – Ты, между прочим, здесь не живешь.
- Это тебя смущает? – неожиданно серьезно спросил мужчина.
- Нет, конечно, с чего бы вдруг, – фыркнула девушка, наклоняясь, чтобы дразняще поцеловать, и застыла в миллиметре от его губ. – Но мне не нравится, когда ты динамишь меня всю ночь, пообещав приехать, а потом заявляешься в пять утра, и от тебя разит алкоголем и совсем не моими духами.