Страница 3 из 21
– Я как устроюсь в Москве, сразу письмо отправлю – сказала Аня.
– Ну ты даешь, – восхитился Костя – мамка твоя ни сном ни духом, что ты поехала жизнь свою улучшать.
– Вот улучшу, тогда поеду к ней в гости.
– А чем она в Турции занимается?
– Сейчас в богатеньких семьях нянькой работает, за ребенком смотрит. А раньше уборщицей работала. Через агентство стала работать. Потом замуж вышла. Так что у нее там все хорошо.
– Что ж она тебя к себе не заберет – не отрываясь от окна, спросил дед.
– Ай, дед – махнул Костя – чего ты как провокатор, поговорить не даешь.
– Чего это я провокатор – удивился дедушка, поворачиваясь к молодым людям.
– А как же она замуж вышла? Ради гражданства или по любви большой? С батей твоим развелась?
– Неа.
– Как это? – удивился дед – что ж это получается: у мамки твоей гарем из мужей что ли?
– Да, дедушка, – засмеялась Аня – многомужняя она у меня.
– Кошмар – возмутился дедушка – к чему мир катится?
– Дед, ты б лучше возмущался, почему тебе правительство пенсию маленькую платит – посоветовал Костя.
– А чего мне возмущаться. Она у меня не маленькая. Мне хватает.
– Тебе хватает. А яблоки купил – Костя взглядом указал на баулы с яблоками, под дедушкиной полкой- кроватью – или сам вырастил?
– Они у меня во дворе растут, шесть деревьев.
– А везешь куда? Продавать?
–Нет. В гости к сыну еду. Угощать буду.
– Хорошо. А шоколадные конфеты, леденцы и фирменные игрушки покупаешь?
– Нет.
–А ты значит, только яблоки по сезону возишь? На большее денег не хватает? Они от тебя может подарки ждут.
Марта не одобрительно посмотрела на Костю и отвернулась к окну, она вспомнила дедушку Петю, слезы навернулись на глаза.
– А я со своего огорода вожу гостинцы, сам выращиваю, химию никакую не кидаю, чистую полезную продукцию вожу. В мае клубнику из теплицы, летом – малину, яблочки и персики, а осенью груши. Невестка это все замораживает, а потом всю зиму меня добрым словом вспоминает. Это лучше, чем химия с рынка и китайские фирменные игрушки.
– Ну да конечно. И ничего вы, старики, не понимаете в современных детях. Им еще и гаджеты нужны.
– А вы, молодые, как будто все понимаете. – сказал дед Косте и повернулся к Марте – что такое гаджеты?
– Компьютеры, телефоны – негромко ответила она.
– А-а – поняв, протянул дед и сказал – нет у меня внуков. Сын у меня уже взрослый, не молод. Сначала им некогда было, бизнесом занимались, времени на дитя не было, потом и вовсе время упустили. Вот так вот род мой на сыне моем закончится. Хотел бы яблоки своим внукам возить, с удовольствием бы им гаджеты покупал, и компьютеры и телефоны. И баловал бы их, как мог. И лелеял, и в зоопарк бы с ними ходил и в кафе мороженное есть, а еще на карусели.
Дед заметил как Марта смахнула слезу с щеки.
У дедушки Пети тоже род закончился на нем самом, ни детей, ни внуков, а ее любил как родную.
Костя потупил взгляд и сочувствующе цыкнул языком.
Аня внимательно смотрела на дедушку и спросила:
– А что же медицина? Или ваш сын уже сам не хочет. Ну, из-за возраста.
– Хочет. Кто же не хочет деток? Медицина, конечно, не стоит на месте, но и не обнадеживает.
Костя тяжело вздохнул и предложил:
– Пошли, Аня, покурим в тамбур. Подруга твоя не курит. Может, с нами пойдешь, Марта?
– Нет – отказалась Марта.
– Чего это имя у тебя такое интересное? – спросил Костя, чтоб отвлечься от деда – не русская ты что ли?
– Русская – ответила за подругу Аня – она родилась восьмого марта, вот ее Мартой и назвали. А у меня фамилия Мартвина. Созвучна с ее именем.
– По логике – ее фамилия должна быть Аннова, Анютич – пропел Костя.
Аня засмеялась:
– Нет. Тут логика сломалась. Ее фамилия Снегирева. Мы с ней подруги с садика. Марта Снегирева. Я тоже раньше ее имени удивлялась.
– Да-а – протянул Костя – видать твои родители были без фантазии, раз такое имя дали. В честь месяца рождения.
Марта резко повернулась к нему, грозно взглянула, но сдержалась, чтоб не высказать этому наглому Косте о его некультурном и неуважительном отношении к окружающим. Благо Аня уже вытолкала молодого человека в проход, оглянулась на Марту и поставила палец поперек губ.
– Ц-ц – прошептала она и ушла за Костей в тамбур.
– Глупые вы, девчонки. – сказал дед.
– Почему? – удивилась Марта.
– А Анька твоя вообще дурочка.
– Почему?
– Да потому, что нельзя первому встречному и поперечному все о себе рассказывать.
Марта пожала плечами. Вообще то, она была согласна с дедушкой, но разве этой болтушке можно прикрыть рот.
– На войне за такими охотились. А потом все выпытывали. Под угрозой смерти они там все рассказывали, а эта дуреха все сама выложила. Даже пытать не пришлось.
– Вы воевали? – Марта тоже не одобряла Анин порыв общительности с незнакомым молодым человеком, но что поделать, натура у нее такая.
– Не воевал, но очень хотел фашистов пострелять. Я пацаном еще был, а брат мой старший воевал. В танке на Курской дуге погиб.
– Я очень вас уважаю и восхищаюсь вашим героизмом, дедушка Вася.
– Многие уважают, а таких мало осталось, я имею в виду тех кто войну прошел.
– Да – грустно согласилась Марта, вспоминая дедушку Петю.
– Слушай, Марта, я тебе сейчас адресок напишу – он оторвал от газеты клочок, достал из кармана карандаш, послюнявил его и стал писать, пытаясь выводить своими артрическими пальцами каждую букву – вижу, ты девушка хорошая, как бы подруга тебя не сгубила. Если плохо будет или проблемы какие, или помощь нужна, ты по этому адресу приходь.
Он подал листик Марте, она прочитала «Басманный переулок, дом 20/40. Леонтьев Виктор Васильевич»
– Это сын мой. Фамилия видишь какая у нас. Как у певца.
Марта улыбнулась.
– Он у меня обыкновенный человек, Я имею в виду – хороший. Вот только деток нет, да и сам он у меня поздний, я уже сам одной ногой в старости был, когда Витя родился. Тоже думал не будет у меня детей. Так нет, ошибся. Да это и хорошо. Лучше в жизни такие ошибки. Люблю его, невестку люблю. Порядочные они. Каждому отцу важно, чтоб сын его порядочным вырос. Вот по этому Косте видно, что он не порядочный – дед Василий скривился и быстро заговорил – вы как в Москву приедете, то сразу от него избавляйтесь, пусть двигает своей дорогою, а вы своей ступайте. И чтоб с Богом. Я много люду видел и в нем разбираюсь, поверь мне. А ты, Марта, девушка, тоже порядочная, воспитанная, не наглая и умная. Я это вижу. Так что ты по этому адресу приходи, скажешь, что от меня, тебя встретят как дочь, напоют, накормят и в помощи не откажут. А вообще я до осени буду у сына гостить, так что приходь и ко мне.
– Спасибо, дедушка Василий.
– Нет, правда, – попросил он – уваж старика, приходи ко мне в гости. Вот как выходной у тебя будет так и приходи. Ну. Пообещай мне.
– Хорошо, приду.
Марта еще раз прочитала написанный корявым старческим почерком адрес и положила листок в свою сумочку.
– Чем в Москве-то собираешься заниматься? – спросил дед Вася.
– Куда пристроят. Мы с Аней, когда решили в Москву перебираться, накупили газет с объявлениями, позвонили в несколько фирм, занимающихся трудоустройством неместных, в одной нам понравились условия. Работу дадут, когда приедем. Нам даже комнату в общежитии дают, платное, правда.
– Сейчас бесплатно только сыр в мышеловке. А какую работу эта твоя фирма предлагает?
– Разную. Уборщица, няня, штукатур, маляр. Всякую, дедушка Вася. Быстро отучат и на работу.
– Понятно – грустно вздохнул дед – желаю тебе удачи, Марта.
– Спасибо.
– И не забудь, что обещала в гости прийтить.
***
Костя дал прикурить Ане и закурил сам:
– Вот подруга твоя стеснительная. Так она в Москве пропадет. Нужно ей чуть раскрепощенней себя вести.
– Как я? – кокетливо спросила Аня.