Страница 288 из 412
- Да, конечно, идём.
Тэо взмахнул левой рукой и направился к центру лагеря, где пылали четыре костра. Над одним из них на вертеле уже подрумянивалась целая туша лося – охота сегодня выдалась на редкость удачной.
- Тэо, прости меня, что вывернул тебе руку. Просто у меня был ужасный день, за который я и крошки не съел, только нахлебался горькой микстуры. А вообще в жизни настала чёрная полоса – война отняла у меня лучших друзей, с которыми я был знаком с раннего детства. - Эрегинд горестно вздохнул.
- Мне очень жаль, Эрегинд…
- Можно просто Эрги.
- Хорошо, Эрги. На самом деле, честно, это пустяк, на фронте бывало и хуже. Пожалуй, я больше никогда никого не буду хлопать по плечу, особенно сзади. Печально слышать о постигшем тебя горе, но и мне довелось изведать горечь потери боевых товарищей, с которыми мы прослужили три года и успели подружиться.
В его глазах мелькнула затаённая скорбь.
- А боль потери не ослабевает. Наверное, и через сто лет сердце будет кровоточить. - Вполголоса под нос проговорил Эрегинд.
- Верно сказано.
Лицо высокорослого эльфа приобрело растроганное выражение. Очевидно, Эрегинд ненароком вызвал в его памяти трагические воспоминания.
Несмотря на постепенно вступающие в свои права сумерки, Эрегинд мог отлично рассмотреть Тэодрадона. Широкое и мужественное, немного угловатое лицо с широким волевым подбородком с ямочкой, могло показаться грубоватым для истинного эльфа и скорее бы подошло человеку. Густые и пышные, слегка вьющиеся до плеч волосы с пробором посередине, были желтовато-коричневыми, как увядший по осени лист или пигмент сепии. Тёмно-салатовые глаза, цвета зелёного яблока, светились силой и пережитым суровым боевым опытом.
Аппетитный запах подрумянившейся дичи кружил голову. Эрегинд готов был голодным зверем накинуться на поджаренную тушу, но лишь отчаянным усилием воли удержался на тончайшем, как волосок, лезвии рефлексии, отделяющем рассудок цивилизованной личности от пещерного дикаря.
Наступление вечера практически ничего не изменило в распорядке жизни лагеря, солдаты пока не собирались на ужин. Только двое пограничников хлопотали над костром. Один следил за огнём, а второй медленно проворачивал вертело, следя, чтобы дичь пропеклась равномерно и при этом не подгорела.
Видимо, показное панибратство и оголтелая распущенность капитана Эайхас не перечёркивали полностью воинской дисциплины в её загадочном подразделении. Похоже, ужин состоится по точно установленному расписанию, вовремя – не раньше, но и не позже, или даже по команде.
- Ирли, Хллийс, как там ужин? Наш новобранец очень сильно проголодался. Кстати, его зовут Эрги.
- Рядовой Эрегинд Элдануол, если точно.
Эрегинд слегка поклонился и отдал честь по-армейски, не боясь прослыть дуболомом среди парней Локи. От голода кружилась голова, но он решил сохранять хладнокровие, достоинство и самообладание.
Ирли и Хллийс, не отрываясь от работы, представились по-простому, не назвав полных имён, и, вскинув руки в приветственном жесте, настороженно и оценивающе осмотрели его. Все видели его крутой нрав, который он показал на своеобразной церемонии посвящения, устроенной Локи.
Наверняка, эти лизоблюды были ханжами и лицемерами, предпочитая выстраивать отношения с сослуживцами в зависимости от их близости во всех смыслах этого слова к командиру отряда. Им могло показаться, что, пока Локи не укротит строптивца, в нём пока можно видеть изгоя. К счастью, это впечатление в итоге оказалось в корне неверным!
- Добро пожаловать, Эрегинд.
К огромному удивлению рыжеволосого бафлортца, Ирли внезапно подошёл к нему и крепко обеими руками сжал его предплечье.
- Не ты ли тот самый герой из 17-й роты, заваливший берсерка-знаменосца?
- Откуда тебе это известно?
Сердце ёкнуло от трагических воспоминаний.
Вместо ответа Ирли достал из-за пазухи аккуратно сложенную серую тряпку, а затем резко развернул. У Эрегинда дыхание перехватило от нахлынувших воспоминаний. Мечник, лучник и разведчик, вышитые белыми нитками, отбивались от набрасывающихся со всех сторон мубсахов, вышитых чёрными. Это было миниатюрное знамя их полка!
- 7-я рота 3-го батальона. Ты и твои братья тогда славно разделали орков. О вашем подвиге узнал весь полк. Ты прославился тогда, и до сих пор даже не подозреваешь об этом? В ежедневном оперативном бюллетене твой подвиг представлен высочайшим проявлением воинской доблести. Ты дрался выше всяких похвал и не только убил знаменосца, но и увлёк товарищей в сокрушительную контратаку. Правда ли, что ни один штурмовик не ушёл?
- Да.
Эрегинд не хотел бередить раны прошлого, но и проигнорировать промелькнувшее во взгляде сослуживца восхищение было невозможно.
- Я чувствовал себя, как в кровавом тумане. Берсерк едва не убил капитана Гидрадэона, сбросив с парапета вниз, а штурмовики всё прибывали и прибывали. Не знаю, что на меня нашло. Я почувствовал одновременно злость, ярость, ненависть и непреодолимое желание любой ценой остановить его. На самом деле мне просто повезло, я оказался недалеко, в нужное время и в нужном месте. Он попытался достать меня своей шипастой палицей – и ударил мимо, вернее я просто поднырнул под неё. А дальше… Промахнуться было невозможно.
Выражение лица Эрегинда стало зловещим.
- Я думаю, твой рассказ пойдёт лучше на сытый желудок.
Хллийс жестом пригласил скромного героя к костру и, достав нож, отрезал с лосиной лопатки длинную узкую полоску, которую протянул изрядно проголодавшемуся сослуживцу.
Элдануол-младший не стал есть грязными руками, приняв подношение кинжалом.
- Подкрепись и продолжай рассказ.
- Благослови тебя альвы, Хллийс! Я так устал, что, наверное, усну у костра, просто накрывшись плащом.
Эрегинд сел на землю, скрестив и поджав под себя ноги.
Обжигающая жирная дичь была божественно вкусной, она просто таяла во рту. Никогда ещё обычное для любого лесного эльфа угощение не казалось Эрегинду столь нежным и сочным. Возможно потому, что он давно ничего не ел. Обжираться жирной пищей на голодный желудок было чревато заворотом кишок, поэтому юноша откусывал мясо маленькими кусочками, медленно рассасывая во рту.