Страница 28 из 412
- Думай, ЧТО и КОМУ ты говоришь, юноша. Только безумец смеет дерзить наделённым Силой!
Глаза Ваэртильгвен полыхнули вспышкой серебристых искр.
- Госпожа, простите, он ещё сам не свой от заклинания!
- Прощаю. Но едва сдерживаю себя, чтобы хорошенько проучить этого наглеца. Почему вы не научили сына хорошим манерам? Сомневаетесь, что это за вас могут сделать другие? Ещё как могут, да так, что век помнить будет!
- Ваше могущество госпожа Ваэртильгвен Вииркейфор, умоляю вас, пожалуйста, простите мне мою дерзость! И не забудьте расколдовать Наинлит. Мне невыносимо видеть её в таком состоянии.
Осознав свою оплошность, смутьян бухнулся на колени, запоздало пытаясь вымолить прощение.
- Извинения приняты.
Хранительница удовлетворённо кивнула и щёлкнула пальцами.
Наинлит очнулась, но не сразу пришла в себя.
- Дорогая!
Как обычно, Таэлнас прежде всего думал о любимой.
- Теперь она знает об Эрегинде, ведь правда? Нашего друга отдадут мракоборцам, и мы больше никогда его не увидим?
Таэлнас потрясённо отстранился.
- Не выдумывайте небылиц, юная леди!
- Тинтуроэль, оформляйте протокол. На сегодня хватит.
Бейлиф смог совладать с нервами и принял единственно верное в этот момент решение.
- Ребята, нам нужно поговорить.
Ваэртильгвен твёрдо решила ещё раз попытать счастья.
- Но…
- Никаких «но»! Возражения не принимаются.
Хранительница так строго посмотрела на Наинлит, что её взгляд показался девушке порывом ледяного ветра.
***
Ваэртильгвен Вииркейфор жила обособленно, на окраине манора. Хранительница была одинока, называя безбрачие добровольным обетом служения своему народу.
- Любовь, брак и деторождение могут погубить мою магическую силу.
Так волшебница отвечала недоумённым обывателям на вопросы, почему у неё нет мужа.
И действительно, очень многие чародеи не заводили семьи, хотя эта закономерность распространялась прежде всего на тёмных магов.
Обитель хранительницы украшал небольшой сад, скромный, но чарующе прекрасный, где хвоя тиса и можжевельника изысканно сочеталась с нежными соцветиями сирени и румяными ягодами остролиста. Весь двор был сплошным палисадом, изукрашенным разноцветными цветками.
На фоне остальных особо выделялись фиалки.
Таэлнас не выдержал и сорвал один цветок.
- Твои глаза прекрасны, как эти лепестки.
Юноша осторожно закрепил цветок в рыжей пряди возлюбленной.
Нали ответила печальной улыбкой и крепко сжала его ладонь.
Шедшая впереди чародейка горестно вздохнула – нетрудно было догадаться, о чём она думает.
- «Чего стоит моя колдовская сила, если мне не суждено познать истинного счастья?».
На миг хранительница позволила себе слабость предаться грусти. Но на пороге дома с лучезарной улыбкой приглашала гостей войти.
Тэлс и Нали в немом восторге осматривали приземистое пятиугольное строение из серовато-белого доломита, казалось, не возведённое, а вырубленный из цельного куска породы.
На подоконниках овальных окон распускали венчики лепестков алые бегонии и голубые орхидеи.
Портал входа представлял собой высокую трапецию, украшенную вправленными по углам крупными кристаллами гематита, обсидиана, топаза и сапфира. Дверь заменяла сплошная каменная плита, в её середину был вмурован громадный кристалл чёрного турмалина.
Волшебница вплотную подошла к порталу и прикоснулась навершием посоха к гигантскому кристаллу чёрного турмалина – прозрачный до того магический шар мигнул и налился матово-белым светом.
Одно слово Силы - и плита с глухим скрежетом отодвинулась в сторону.
Внутренность передней комнаты приглушённым светом освещали встроенные в стены и потолок янтарины. Убранство гостиной оказалось достаточно простым и скромным. Широкий круглый стол, накрытый вышитой цветами белой скатертью, окружали пять стульев из ясеня. В противоположной стене тёмным провалом зиял нерастопленный камин, слева в углу располагался буфет с фарфоровой посудой, ведущие в соседние комнаты двери украшали вышитые панно с аликорном и фениксом. Стены комнаты облицовывала цветная мозаика, её рисунок оставался неразличимым из-за игры света и тени.
- Присаживайтесь, а я пока затоплю камин и приготовлю целебный отвар.
Радушная хозяйка отправилась соображать угощение, а юноша и девушка расположились за столом с вазой в виде золотой рыбы, изо рта которой торчал букет гвоздик.
Совсем скоро в камине весело гудел огонь, а гости с аппетитом уплетали ягодный пирог, запивая отваром лимонника с облепихой и валерианой.
- Ваше могущество, огромное спасибо! За всю жизнь не пробовал такого вкусного пирога.
- На здоровье.
Чародейка так и зарделась от заслуженной похвалы Таэлнаса.
- Поделитесь рецептом? - С надеждой спросила Наинлит.
- У каждой женщины есть маленькие кулинарные секреты, которыми нельзя делиться. Тебе ещё предстоит понять это. В своё время.
Чародейка заговорщицки подмигнула.
- А теперь к делу. Сразу хочется прояснить возникшее между нами недопонимание. Пожалуйста, будьте благоразумны и не судите строго, я всего лишь хочу помочь Эрегинду. Понимаю, некоторые детали случившегося вы бы предпочли сохранить в тайне, но это невозможно. Вы – единственные свидетели, способные поведать о случившемся с вашим другом. Не сомневайтесь – я не брошу Эрегинда в беде. Ни в коем случае!
- Его заберут в Анорнелинде? – Выпалила Нали.
- Я… э-мм… Не знаю… Трудно сказать… - Ваэртильгвен замялась и потупила взгляд.
- А … когда сможете?
Лик Таэлнаса выражал смесь страха и надежды.
- Этой ночью попробую провести ритуал экзорцизма. Надеюсь, если не изгнать тёмный дух, которым одержим ваш друг, то хотя бы вернуть ему его собственное «я».