Страница 107 из 233
- Мой верный друг, я уверяю тебя, что на такое дело сил мне хватит. Видят боги, я не уйду из этого мира, не разгадав хотя бы этой тайны. Если этот меч и все, что с ним связано, позволят хоть немного улучшить ситуацию в нашем королевстве, если это поможет предотвратить междоусобные войны и многолетний хаос, а также позволит мне не слышать ссор и скандалов собственных придворных, которые доносятся ко мне через двери спальни практически ежедневно...
- Ваше величество, мы делаем все, чтобы они... - попытался возразить Эскерьель.
- Да я знаю, знаю. Известно мне и то, зачем они сюда приходят. Ничего, Эскерьель, день или два жизни стоят того, чтобы узнать, что королевство после меня останется хотя бы с надеждой на мир и благополучие. - Король глубоко вздохнул, и, судя по сошедшей с его лица улыбке, боль вновь вернулась к нему. Пакс положила свою руку на его ладонь, но он снова нашел в себе силы улыбнуться: - Благодарю вас, госпожа, но я полагаю, что в данный момент больше не нуждаюсь в том, чтобы вы тратили на меня свои силы. Я же поберегу свои для того, чтобы быть в состоянии обратиться к своим подданным, когда они соберутся. Льет, подогрей мне бодрящий травяной отвар и вызови магистра Оскарлита. Эскерьель, позаботься о вызове членов Правящего Совета, всех пэров или заместителей тех из них, кого нет в городе. Вызови также представителя эльфов. Я даже не знаю, кто у них сейчас находится на этой должности, что не украшает меня как правителя. Впрочем, я думаю, тебе не составит труда узнать это.
- Честно говоря, я не уверен, что эльф-посланник согласится прийти... - возразил Эскерьель.
- Он придет, и не один, если я сама вызову их, - .сказала Пакс. - Вы позволите, ваше величество?
- Да. Если госпожа паладин не против, пусть они все соберутся в Зале Листа. Как только все будут на месте, пусть слуги перенесут меня туда.
- Но, ваше величество...
- Все, Эскерьель, довольно возражений. Я знаю, что я все равно скоро умру, и я встречу смерть счастливым, если
буду сознавать, что сделал все, что в моих силах, для благополучия Лионии. Да хранит тебя Фальк, Эскерьель! Ступай и исполняй приказания своего короля.
- Слушаюсь, ваше величество.
Низко поклонившись и бросив гневный взгляд на Пакс, Эскерьель выскользнул из комнаты. Льет, за это время подогревшая на жаровне травяной отвар, подала королю кружку и, также поклонившись, вышла из комнаты, с тем чтобы вызвать врача. Король слабым жестом руки попросил Пакс нагнуться к нему.
- Госпожа паладин, Эскерьель очень любит меня. Я признаюсь вам в том, что он мой сын - увы, внебрачный. Его мать - потомок смешанного брака с эльфами в третьем поколении. По крайней мере, у нее эльфийское чутье было куда сильнее, чем у меня. А Эскерьель - единственный из моих сыновей, не умерший в детстве или в юности. Он что-то подозревает, вполне возможно, что и догадывается о нашем родстве. Официально я ему никогда ничего не говорил, а он никогда и не помышлял о том, чтобы прибрать к рукам мою власть. Я очень люблю его, и если вдруг вы сможете чем-то помочь ему, прошу вас, не откажите моему единственному сыну в этой помощи. Я имею в виду в первую очередь утешение после моей смерти, если вы будете рядом.
Пакс почувствовала, как слезы наворачиваются ей на глаза.
- Ваше величество, я постараюсь его утешить как смогу, как даст мне на то сил и мудрости Великий Господин. Но сейчас, я полагаю, нужно думать о более близких и неотложных делах. С вашего позволения я отправлюсь на поиски эльфов.
Король опустил веки в знак согласия, и Пакс поспешила к выходу из комнаты.
Найти эльфов в Чайе оказалось не так легко, как Пакс могла надеяться, но и не так трудно, как она опасалась. Во дворце, похоже, никто не знал, где они могли собираться.
- Сами понимаете, госпожа, они такие непоседливые. Вроде бы они рядом, а как начнешь искать, так никого и нету...
Пакс даже испугалась, что все эльфы покинули Лионию и ушли в свои покрытые лесами земли. Туда ей доступа не было, да и лежали эти территории весьма далеко от столицы Лионии. Пробродив бесцельно и безрезультатно по извилистым улицам Чайи несколько часов, она вдруг услышала обрывки фраз, произнесенных на эльфийском языке. Обернувшись, Пакс поняла, что находится у входа в таверну. Она подняла глаза и заметила вывеску, подсвеченную факелом: под арфой, увитой плющом, была начертана эльфийская руна, обозначавшая музыку и пение. Постучав в незапертую дверь, Пакс открыла ее и вошла. Стоило ей перешагнуть порог, как зал погрузился почти в полную тьму. Волшебный эльфийский свет померк, уступив место темно-красным отсветам от догоравшего камина. Пакс почти физически ощутила покалывание во всем теле. Сам воздух в этом помещении был пропитан магией. Пакс сделала шаг вперед и огляделась.
- Что-то ты припозднился, случайный путник, - раздался голос хозяина таверны, в полумраке подошедшего к Пакс почти вплотную. - Что привело тебя сюда?
- Я ищу кое-кого, - ответила она по-эльфийски. В зале воцарилась гробовая тишина. До Пакс донеслось
лишь шуршание одежды из одного угла да тяжелое дыхание
из другого.
- Принадлежишь ли ты к эльфийскому народу? - спросил ее хозяин таверны уже по-эльфийски. - Может быть, ты родом из клана Листа или клана Источника?
- Я не принадлежу к вашему народу, - ответила Пакс опять же по-эльфийски, - но у меня есть друзья как из клана Листа, так и из клана Источника. Друзья, делившиеся со мной своей мудростью и своими песнями. Мое имя - Паксенаррион, дочь Дортана. Адхиэл назвал меня другом эльфов. Мне довелось познать эльфийское чутье, я побывала в иунизинском плену и пробыла там дольше, чем хотелось бы вспоминать, а затем, когда мои раны затянулись, я служила с лионийскими рейнджерами и вступила в схватку с камнезмеем.
- Слыхал я об одной такой Паксенаррион, - сказал хозяин. - Она служит Великому воину Геду, насколько мне известно, водит дружбу с киакданом из Бреверсбриджа и состояла на службе у Кьери Пелана из Тсайи.
- Все точно, - кивнув, сказала Пакс. В почти темном помещении опять повисло молчание. Пакс пришло в голову, что эльфы порой думают на удивление медленно.
- Чего ты ищешь здесь? - наконец спросил хозяин.- Магию? В тебе самой столько колдовской силы, что любой из вас, людей, мог бы считать себя на твоем месте могучим волшебником.