Принцесса для повелителя

– Всю эту неделю вы предлагаете нам быть вашими гостями?

– Конечно! И даже настаиваю!

– Неделя – это слишком долго. Через три дня! – сказал Семион таким тоном, что было понятно – спорить бесполезно. Король вздохнул, посмотрел на свою дочь и согласился:

– Хорошо. Георг оповести магической почтой Артура V и Леона ХI, – когда Георг вышел, король обратился к вампирам. – Слуги проводят вас в ваши покои. Хочу предупредить, мне все равно, женаты вы или нет, пока вы находитесь в моем замке, вы будете жить в разных апартаментах!

Последнюю реплику король адресовал Валери и Семиону, и тон его был таким же безапелляционным, как и у повелителя вампиров минутой ранее.

Семион встал, несколько бесконечных мгновений всматривался в счастливые глаза Валери и, наконец, поклонившись королю, вышел вместе с Артемием, а Валери опять бросилась в объятья отца, им еще многое предстояло обсудить.

Разговор с отцом был долгим, сначала они просто обнимались полчаса, потом отец долго разглядывал Валери.

– Знаешь, я был таким дураком! Как можно было родную дочь отправить жить к чужим людям? Когда ты пропала, я так испугался, что потерял тебя… – всегда такой сдержанный и мудрый король выглядел в момент признания уставшим пожилым мужчиной. – А знаешь, в какой-то момент я подумал, а вдруг ты мне назло решила сбежать…

– Папа, как ты мог?! – наигранно возмутилась Валери. Ей немного было обидно, что у отца могла мелькнуть такая мысль, но она прекрасно понимала, что он имел на это право. Она постоянно демонстративно унижала его вторую жену, всем и каждому давая понять, что она против этого брака. Даже когда отец отправил ее на обучение к Смолям, она продолжала вслух высказываться об умственных способностях молодой королевы, понимая, что отцу донесут. Он много раз пытался объясниться с ней, просил, настаивал и даже пытался приказывать. Но дочь, которую он всю жизнь баловал, которая стала для него единственной родной душой, не поддержала любящего отца. Наоборот, обрушила на него водопад капризов и оскорблений. Только оказавшись в логове вампиров, не зная, сможет ли она когда-нибудь еще увидеть отца, девушка поняла, как жестока была с ним. Она еще раз крепко обняла любимого родителя и попросила:

– Папа, прости меня, я на редкость несносная дочь. Как у Алисы дела?

Отец растроганно заморгал, пытаясь прогнать негаданные слезы.

– Милая, ты впервые не назвала ее овцой, – усмехнулся король. – У нее все хорошо, думаю, через неделю она родит. Валери, я всегда буду любить тебя, девочка моя. Алиса милая, скромная и послушная жена, она звезд с неба не хватает, зато молода и здорова. Ты же понимаешь, что все это я сделал не для себя, а для королевства?

Валери понимала всегда, но просто не могла принять. Ведь ее умный, добрый, отзывчивый отец заслуживал яркой и любящей женщины, как ее мать, и девушка не могла смириться с тем, что рядом с королем будет бесхарактерная серая мышь.

– Да, папа, просто смириться трудно. Ты ведь у меня самый лучший и заслуживаешь самого лучшего.

Король ласково улыбнулся дочери. Он только сейчас понял, как скучал без нее весь последний год. Как же он мог отослать ее к чужим людям. Он корил себя за это и очень хотел как-то искупить свою вину.

– Милая моя, ты тоже заслуживаешь самого лучшего. Но вампир – это не самое лучшее, это самое страшное! – воскликнул отец.

– Пап, ты же сам хотел, чтобы мой брак был в первую очередь политическим. Когда вампиры были нашими союзниками, мы даже не думали об оборотнях.

– Я хотел выдать тебя замуж с выгодой, но выбрал бы тебе мужа хорошего, внимательного.

– Папа, о чем ты говоришь?! Все оборотни высокомерные, самовлюбленные… снобы! – возмутилась Валери. Девушка хотела выразиться более категорично, но пощадила совесть отца, хотя уверена, что он ее и без правильных эпитетов понял.

– Да, ты права, они чванливые козлы, но они не будут пить у тебя кровь!

– Буквально не будут, – раздраженно поправила Валери отца, – Для любого из них я всегда буду жалкой человечкой, они в грош не будут меня ставить. Ты этого хочешь для меня?

– О! Для вампира ты будешь бесценна! Бесценным источником пищи! – съязвил отец.

– Я была у них три дня, и Семион еще ни разу не пил моей крови, а это очень сложно для него, ведь я его верита. Если верить его словам, я для него теперь все… – Валери беспомощно развела руками, как бы говоря отцу, что и сама не понимает, как это случилось и правда ли это.

– Ни разу даже не попытался? – удивился отец, устало откинувшись на спинку кресла и посмотрев в окно на затянутое тучами небо.

– Почему не попытался? – хитро улыбнулась Валери, – Сказал, что отнесет меня к тебе, если я дам ему каплю.

– Но ты здесь и утверждаешь, что он еще не пробовал?

– Я ему отказала, а он все равно отнес, – улыбка Валери стала торжественной.

Король посмотрел на дочь с отеческой лаской и снисходительностью, хмыкнул и резонно заметил:

– Значит, ты ему действительно дорога. Но ты-то что к нему чувствуешь?

Валери задумалась. Что она может рассказать отцу? О том, что ее тянет к Семиону и табуном бегут мурашки по всему телу, стоит только посмотреть на него, о том, что у нее кружится голова, подкашиваются ноги и горит внизу живота, когда он просто касается ее? Нет, пожалуй, этого отцу лучше не рассказывать.