Страница 90 из 158
- Возможно, - сыщик передернул плечами, с непробиваемым спокойствием глядя в разъяренное лицо юной собеседницы. - Но тогда её выдумала твоя приемная матушка. Я привезу письмо Вирту, чтобы сама убедилась. Позже. Но прежде чем спорить, задай себе простой вопрос. Что произошло в день, когда ты покинула мир людей и оказалась в Академии Стихий?
- Я вызвала снежную бурю в Орэне, - Мари не понимала, к чему клонит сыщик.
- Неверный ответ. Ты пробила осаду Короля Агуста. Полагаешь, такое по зубам любому ребенку с первой степенью силы?
Мари примолкла, физически ощущая, как жизненная энергия уходит вместе с уверенностью в собственной правоте. Утекает сквозь пальцы. Грэм тоже говорил об уникальности её способностей. До сих пор загадка, как сила восстановилась после оврага.
- Мой тебе совет, дочь Зимы, - продолжил Горшуа небрежно. – Оставь всё, как есть. Прекрати поиски. У тебя неплохой расклад – Майя Верга в роли бабушки. Пусть не сразу, но она найдет способ вырвать тебя из Зимнего Дворца.
- Вы думаете, Апрелия – мне не мать? – Мари глянула на Лукаса в упор. Без страха. Без слёз. Хотя это и было странным. Последним пора прийти.
Сыщик развел руками.
- Всё слишком запуталось. Но есть несколько вариантов. Либо ошиблась Вирту, и ты дочь Апрелии и Рейма. Либо письмо, - Лукас кивнул на исписанный неровными строчками лист, - подделка, и бедняжка встречалась с младшим Принцем Зимы. Либо ты вообще не имеешь отношения к клану Верга. В любом случае, только ты способна решить, какую судьбу выбрать.
Лукас поднялся, но прежде чем его поглотила надвигающая на владения совета ночь, Мари задала ещё один вопрос. Тот, что колол виски иглой (или спицей) не хуже тайны происхождения.
- Если допустить, что во мне течет кровь… того клана… Почему вы решили, что я могу стать злом?
- Ты внучка Бурана и Северины. И потомок десятков жестоких Королей и Королев холодного Времени Года.
- Но…
- Твой дядя Инэй тоже не всегда был беспощадным Повелителем Зимы…
…Мари не знала точно, сколько просидела в беседке в одиночестве. Пытаясь анализировать, а, впрочем, нет – просто перебирать в уме новые факты и предположения. Глаза жгло, но спасительная и утешительная влага не приходила. Вот бы сейчас положить голову на сильное плечо. А лучше, чтобы волос коснулись нежные руки, и мелодичный женский голос зашептал в ухо самые главные на свете слова. Может, тогда бы боль, которую стихийница носила в сердце с раннего детства, отступила?
И кто-то сел рядом. Сжал ледяные ладони.
- С вами всё в порядке? Вы дрожите.
В животе что-то перевернулось от звука этого голоса. Мари увидела васильковые глаза и покачнулась. Видение или реальность? Она ни в чем не была уверена.
- Где ваша невеста?
- Не знаю. Меня мало волнует Зарина. Главное, чтобы вы не оказались в беде.
- Я? Но какое вам дело?
- Думаю, вы и сами это поняли.
Все звуки вокруг – смех с танцплощадки, вой ветра, треск свечи под колпаком – исчезли, будто их выключили невероятным волшебством. Остался только голос Трента и собственное участившееся дыхание. Потеряло значение всё, что было нереально важно пять минут назад. В небытие ушёл Лукас вместе с Реймом и Снежаном. Бабушка. И даже грозное лицо Далилы, требующей, чтобы подруга не подходила к Дворцовому братцу во имя многолетней дружбы.