Страница 32 из 158
- Что тут происх… – в кухню ворвалась вечно недовольная Юта Дейли и осеклась на полуслове, заметив укачивающую обожженные руки Гайту.
- Не смотрите на меня, - потребовала Мари и отхлебнула остывший чай. – Не я ее ошпарила. Я только лед наложила.
- Это правда? – хозяйка уставилась на Гайту, сердито тыча пальцем в Мари. Того гляди, кривой ноготь по лбу проедет. Пострадавшая стихийница нехотя кивнула, и Юта поджала губы, жалея об упущенной возможности устроить разнос младшенькой. – Отведи ее к лекарю. Живо! И молись, чтоб твой лед не навредил!
На языке вертелась гадость, но разум победил сиюминутную злость. Мари сама не понимала, что с ней творится в последние дни. Временами становилось наплевать на все на свете. Но, слава небу, годами натренированная осторожность не давала наделать глупостей. Например, всерьез строить планы о будущем с Трентом или запустить что-нибудь тяжелое в Северину, когда та играла у свиты на нервах.
Милла Греди, к счастью, приняла Гайту без очереди. Иначе пришлось бы сидеть в обшарпанной комнатушке часа три, не меньше. Сегодня на прием пришло гораздо больше народу, чем в прошлый визит.
- Ого! – Милла присвистнула, осматривая скованные прозрачной коркой кисти пациентки, и повернулась к потупившей взгляд Мари. – Твоя работа? В смысле лед, не ожоги?
- Да. Подумала, это поможет.
- Умница, - дочка Королевского лекаря широко улыбнулась. – В этом сумасшедшем Дворце мало кто вспоминает о первой помощи. Дети Зимы ужасно пугаются ран и становятся та-а-акими нервными. Мари, я надеюсь, ты умеешь…
- Плести узор исправления? Да. Сейчас.
- Погоди. Сначала я приготовлю мазь. А вы, зу Лим, посидите.
Гайта гневно сверкнула глазами в сторону Мари, но промолчала. Получить лекарство хотелось сильнее, нежели ругаться с младшенькой. Милла принялась колдовать над лекарством, добавляя в чашку порошки в понятной ей одной последовательности. К темно-зеленым крупинкам посыпались кроваво-красные, затем двойная порция бледно-желтых и по щепотке розовых и белых. Все это залилось жидкостью болотного цвета и тщательно перемешалось, пока содержимое не превратилось в темное густое месиво, терпко пахнущее скошенной травой.
Мари залюбовалась работой Миллы. Ловкими, отточенными движениями пальцев. Не каждый стихийник умел столь четко плести погодные узоры, как та составлять лекарства. Вот уж, действительно, каждому свое.
- Как ты поняла, что хочешь стать лекарем? – спросила Мари, когда Милла выпроводила подлеченную Гайту, а ее попросила задержаться, чтобы повторно осмотреть глаза.
- Я всегда это знала, - Милла прищурилась, приподнимая правое веко пациентки. - В детстве лечила кукол. Мама ругалась, что никаких денег не хватит на «опытный материал». Видишь ли, я отрезала куклам конечности, чтобы пришивать заново.
- Везет тебе, - протянула Мари, насмеявшись вдоволь. – А я не знаю, чем хочу заниматься. Меня взяли в канцелярию, потому что неплохо управляю погодой, но, если честно, я умираю там от скуки. Бесконечные монотонные движения - не моё. Еще меня постоянно вызывают в Королевскую свиту, но это навевают такую тоску, что готова завыть не хуже белых волков из Осеннего Дворца.
- А что тебе нравится? – Милла зажгла свечу и поднесла к лицу Мари.
Та покосилась на язычок пламени. Не ровен час самой придется лечиться от ожогов.
- Не знаю. Странно, да?
- Вовсе нет. Большинству стихийников трудно найти свое место во Дворцах, поэтому бродят всю жизнь неприкаянные и враждуют друг с другом, - Милла нахмурилась и покачала головой, ставя свечу на стол. – Придется приготовить новое лекарство. Этот пакостник, кем бы он ни был, никак не угомонится.
- Но глаза же не красные! – возмутилась Мари.
Категоричность девушки-лекаря не пришлась по вкусу. Дочь Зимы до конца не верила, что ее травят.
- Не красные, но зрачки не реагируют на свет. Аллергии нет из-за эффекта привыкания к запрещенным травкам, однако организм упорно сопротивляется. Я приготовлю тебе максимально сильное средство. Занесу на днях.
- Лучше объясни, что происходит?
- Не могу, - Милла ласково потрепала Мари по щеке. – Мне даны четкие указания. Фальдой лично. Они там, видите ли, расследование проводят. К тому же, закон охраняет преступника. Его личность имеют право разгласить только Королю.
- Значит, мне лучше не есть вместе со всеми?
Да что такое?! В прошлом году – убийца с ножом, в этом – отравитель!
- Вряд ли травки попадают в организм с едой или питьем, - нагнала туману Милла и выставила пациентку за дверь, приговаривая, что очередь в коридоре вот-вот возьмет кабинет штурмом.