Наследница Дестроера

Римо вылез первым. Луна стояла высоко - тонкий серп, почти не дающий света. На берегу Римо разглядел Пики гостеприимства: они симметрично обрамляли холм с Домом Мастеров, образуя некий загадочный древний узор, который для Римо сейчас был символом счастья.

Он крикнул в люк:

- Поспеши, Чиун! Мы дома.

Из люка высунулась голова Мастера Синанджу, он был похож на выглядывающую из дупла белку.

- Ты меня не торопи, Римо. Я уже не молод и не собираюсь лететь очертя голову только из-за того, что тебе невтерпеж.

- Мне не невтерпеж! - возразил Римо и подал Чиуну руку, помогая ему выбраться из люка на палубу.

Матросы спускали плот на воду.

- Лучше вам поспешить, джентльмены! - прокричал один. - Шторм надвигается!

Римо с Чиуном спустились на плот. На весла сели двое из команды. На плоту был навесной мотор, но его не заводили, боясь привлечь внимание северокорейских патрулей - это было бы чревато международным скандалом.

Плот двинулся к берегу.

- Как-то странно возвращаться без всякого золота, а, папочка? негромко сказал Римо.

- Не напоминай мне о моем позоре, - угрюмо проворчал Чиун.

- Не плыть же молча! Не понимаю, что ты на меня дуешься? За всю дорогу ни слова не проронил!

- Если мои свитки пропали - виноват будешь ты!

- Господи, Чиун! Сколько тебе можно повторять? Я не оставлял дверь открытой!

- Посмотрим, посмотрим, - угрожающе сказал Чиун.

Плот стукнулся об один из каменных волнорезов, тянущихся в море от берега, Римо сошел с плота и поддержал Чиуна, чтобы тот не поскользнулся на мокром камне.

- Спасибо! - сказал Римо матросам.

- Нужно им твое "спасибо"! Лучше дай им на чай, - буркнул Чиун.

- Ты забыл, что у меня денег нет?

Чиун повернулся к матросам.

- Если хотите, можете вместо чаевых оставить себе этого человека. Толку от него немного, но, может, хоть к чистке картошки его приставите.

- В другой раз, ребята! - прокричал Римо, и плот отчалил.

Мастер Синанджу зашагал по камням к светлеющей вдали полоске пляжа. Он озирался по сторонам, но лицо его сохраняло бесстрастное выражение.

- По крайней мере, я дома, где меня уважают, - торжественно изрек он.

- Короткая же у тебя память, папочка!

- Нет, это у моих земляков короткая память. В прошлом они хорошо к тебе отнеслись из-за того, что ты согласился взять на себя заботы о деревне и поддерживать традиции, когда меня не станет. Но прошел целый год. Они уже давно забыли твои обещания, зато помнят о славных свершениях Чиуна, который озарил их существование светом новой славы.

- Мы скоро это узнаем: я вижу, нас встречают.

Небольшая группка селян уже спешила к берегу. Впереди Римо узнал старика Пул Янга.

- Если что-то случилось, Пул Янг не может этого не знать, - уверенным тоном произнес Римо.

- Да, - согласился Чиун. - Пул Янг должен знать.

Прикрыв глаза, он протянул руку, так, чтобы преисполненные благоговения соплеменники могли к ней припасть, когда будут возносить ему славословия. Не прошло и минуты, как он услышал слова традиционного корейского приветствия, столь радостные для его слуха.

- Приветствую тебя, Мастер Синанджу, тот, кто поддерживает благосостояние нашего селения и твердо верен кодексу чести. Сердца наши преисполнены любовью и восхищением! Радость переполняет нас при мысли, что нас вновь посетил тот, кому подвластна сама Вселенная!

Но рука Чиуна оставалась холодной, ее не согревали восторженные прикосновения.

- Прекратите! - застонал Римо. - Вы мне всю руку измусолили! Чиун, как их остановить?

Карие глаза Мастера Синанджу широко распахнулись. То, что предстало его взору, потрясло стариковское сердце: селяне - его земляки! - сгрудились вокруг Римо, ему целовали руки, к нему обращали традиционные слова приветствия.

Чиун топнул обутой в сандалию ногой так, что камень раскололся надвое, и рявкнул по-корейски:

- Он еще не Мастер! Пока Мастер - я! Я, Чиун. Вы слышите меня? Ты, Пул Янг, отвечай: после твоего последнего письма ничего не случилось? Сокровище в целости?

- Да, - ответил Пул Янг, поспешно падая ниц к ногам Чиуна.

- А мои свитки? Они на месте?

- Да, о Мастер, - сказал Пул Янг.

- Пул Янг оставил свой пост! - К Чиуну подскочила женщина с осунувшимся лицом. - Когда прилетели демоны в обличье цапель, он убежал!

- Цапли? Какие цапли? - Чиун ничего не понял.

Пул Янг распростерся у ног Чиуна.

- Я отходил на минутку, чтобы позвать народ: когда появились птицы, все убежали в горы, а когда они улетели, я людей позвал назад.

- И оставил Дом Мастеров без охраны? - Чиун был вне себя.

- Всего на несколько минут, - оправдывался Пул Янг.

- Минут! Целые империи рушатся в считанные секунды!

- Но ничего не случилось, - поклялся Пул Янг. - Я потом осмотрел дверь - она была заперта.

- А внутрь ты входил?

- Нет, для этого мне пришлось бы взломать дверь, а это запрещено.

- Но не тогда, когда надо удостовериться, что все мое имущество в целости и сохранности! Идем, Римо, надо срочно проверить сокровище.

- К чему такая спешка? - попытался возразить Римо. - Украли так украли. Все равно уж сколько времени прошло! Мне надо повидать Ма Ли. Почему ее здесь нет?

- Не будь идиотом! Тебе нельзя с нею видеться! Вы ведь должны пожениться.

- Ну и что? - не понял Римо.

- По традиции невесту до свадьбы держат взаперти. Ты увидишь ее на церемонии.

- Когда? На следующий год?

- Нет, завтра. Свадьба назначена на завтра, - огрызнулся Чиун. - Так ты идешь или нет?

- Завтра? Правда, Чиун? Кроме шуток?

- Кроме шуток. Идешь или нет?

- Иду!

При входе в Дом Мастеров Чиун критически оглядел дверной косяк.

- Вот, смотри, - сказал Римо, - все опечатано.

- Это мы увидим, - ответил Чиун, освобождая механизм замка нажатием на верхнюю панель. После этого он снял нижнюю панель, вынул штифт и распахнул дверь.

Римо вошел следом. Старик Пул Янг зажег свечи. Главную комнату залил свет, озарив невысокий тикового дерева трон Мастера Синанджу и сложенные вокруг него штабелями золотые слитки и драгоценности.

- Сокровище все здесь, - заметил Римо.

- У Синанджу много сокровищ! - презрительно бросил Чиун, шагнул в смежную комнату, где стояли его дорожные сундуки, поочередно открыл все семнадцать и оглядел содержимое.