Страница 14 из 18
Пока не поняла вдруг, что шум погони стих, что она одна, что за спиной никого нет.
«Что же произошло??? Как это…?» – недоуменно оглянулась она.
Хватая ртом воздух, как задыхающаяся рыбина, выброшенная на берег, Багира кое-как перевела дух и оглянулась вокруг. Кажется, вокруг и правда никого…
«А где же эти… Что случилось-то, блин?» – озираясь по сторонам, как затравленный зверек, она сделала несколько шагов по направлению к стоянке, и… И обессилено сползла на землю, прислонившись спиной к какому-то дереву, кусая костяшки пальцев и глотая слезы! Только теперь до нее дошло, что таблетки, предназначенные скинхедам, остались у кавказцев…
«Идиотка! Дура набитая! Что теперь делать-то??? Черт! Черт! Черт!!!» – всхлипывала она.
Пиная со злости дерево, задыхаясь от бессилия, Багира пыталась все же хоть как-то успокоится, но… Получалось плохо. Сердце уже не так бешено колотилось, дыханье потихоньку восстанавливалось, но легче от этого не стало.
«Так, давай без истерик! Спокойно…, – уговаривала она сама себя. – Надо взять себя в руки и попытаться что-то придумать… Никому не станет легче, если ты тут будешь рыдать, пока они там Лисенка… Думай давай! Ищи варианты…»
По небу быстро неслись рваные облака. Кажется, собирался дождь. Запрокинув голову, Багира смотрела вверх, до боли сжимая кулаки и мечтая провалиться сквозь землю. На какое-то мгновение ей показалось, что все это нереально, все это не с ней, как будто она просто смотрит какой-то приключенческий фильм… Или это просто дурной сон, и надо всего лишь придти в себя, проснуться… Ну не может же быть, чтобы все это сейчас было с ней, взаправду!
Из глаз ее хлынули слезы…
«Так, не раскисай…Хватит!» – она постаралась встряхнуться. – «Надо что-то придумать… Просчитать какие-то варианты… Как-то выкрутиться…»
На ботинки налипла грязь, они были страшно тяжелые, но ей почему-то лень было даже стряхнуть ее. Просто не было сил.
«Да что, ЧТО еще тут можно придумать??? Какие, к чертям, варианты???» – сама себя укоряла Багира. – «Что я могу еще сделать??? Пойти к кавказцам и вежливо попросить отдать мои таблетки? Заявить в милицию? Пойти к скинхедам, извиниться, сказать – упс, не получилось???»
Мда… ситуация и вправду выглядела безнадежной. Времени оставалось не больше получаса. Если за это время она не найдет что-то для скинхедов… А что тут можно найти??? У нее ничего дня них нет. И взять неоткуда.
Вернуть деньги? Но она потратила их на закупку таблеток. А то, что наторговала, уже перечислила Боцману в счет долга (в одном из павильонов стоял банкомат, которым она и воспользовалась) – собственно, поэтому-то ей и понадобилась предоплата, которую она просила у скинхедов. И дернул же черт…
Так, ладно! Спокойно! Думай…
Позвонить друзьям? Позвать кого-то из байкеров? Не вариант. От них не скроешь, чем она тут занималась, и тогда… Они сами ей шею свернут, если узнают…
Снова съездить в город, взять еще что-то в аптеке? Препарат «Триган-Д» закончился, в прошлый раз она выгребла все, в надежде на большой куш, но… В конце концов, в каждой аптеке есть определенный набор наркотических средств и каких-то препаратов, содержащих… Так, нет, это плохая идея! Она их даже взять не сможет просто так… Хотя вообще-то… Сменщица там сегодня – практикантка, дура дурой, а вот у нее доступ есть. То есть, взять-то теоретически можно, но… Багира похолодела от этой мысли.
«Не надо! Не смей! – прошептала она сама себе. – Даже думать забудь! Об этом узнают тут же! Ну то есть не прям тут же, но… Завтра утром узнают! Когда будут проверять… Все это – препараты строго учета, они сверяются по накладным и рецептам, завтра утром выяснится… И тогда все!»
Как человек, не первый день работающий в аптеке, она прекрасно знала – ЧТО последует дальше. Полиция, разбирательство, уголовная ответственность, несколько лет тюрьмы. Строгого режима, вроде… Бывали уже случаи.
«Твою мать! – Багира закусила до крови губу. – А что мне еще остается? В конце концов, это только утром выяснится… А до утра еще, может, удастся что-то придумать…»
Уговаривая себя на ходу, продолжая повторять, что это плохая идея, она медленно брела в сторону стоянки, где дожидался ее мотоцикл. С какой-то обреченностью и надломленностью, как будто ей уже все равно, прощелкивала в голове какие-то варианты, но ничего путного на ум не шло.
«Не разбиться бы еще!» – пришла совсем уж дурацкая мысль, от которой ей почему-то стало смешно. Она даже грустно улыбнулась. Это сейчас казалось меньшим из зол…
Хотя, ничего смешного. Дорога тут была не слишком хорошей, сплошные ямы, колеи да колдобины, а учитывая, с какой скоростью ей придется ехать, если она хочет успеть… В прошлый раз путь до города и обратно занял у нее час. Теперь надо было успеть уложиться в полчаса. Или даже еще меньше. Время поджимало. А по такой-то дороге… Да еще в сумерках… А уж если дождь начнется… Это надо быть совсем сумасшедшей, чтобы так гнать в подобных условиях!
Но что еще оставалось делать?
«Я справлюсь. Я должна справиться! Должна успеть…» – прошептала она, с мрачной решительностью натягивая шлем. И все равно ей стало не по себе при мысли о том, с КАКОЙ скоростью придется ехать. Конечно, она умела гонять получше многих, но…
«Я должна… Сама же втянула Ленку в это… Так теперь не хнычь!»
Она натянула перчатки. Повернула ключ в замке зажигания.
Как вдруг…
Пару лет назад, заглянув вечером «на аську», Багира с удивлением обнаружила там негра.
Живого негра.
Черного. Лоснящегося. С блестящей кожей.
Негра верхом на мотоцикле.
Который не знал ни слова по-русски, но умудрялся как-то общаться с местными байкерами.
Картина была настолько сюрреалистичной, что Багира, как говорится, «выпала в осадок».
Но даже то удивление не шло ни в какое сравнение с сегодняшним…
Тот негр… как потом выяснилось, он был учащимся местного медицинского вуза, попал по какой-то там благотворительной программе, очень плохо говорил по-русски – с таким ужасным акцентом, что над ним все смеялись. В результате, он перестал изъясняться на русском вообще. Его знания языка хватало, чтобы понимать, но отвечать он предпочитал жестами…или на латыни.
С английским у него тоже было туго. Да и среди байкеров было не так много англоговорящих, а единственный язык, которым негр владел, кроме родного, – был древний позабытый язык медицины, на котором писали рецепты.
Правда, кто-то из байкеров зачастую знал пару расхожих фраз на латыни, так что они могли даже как-то общаться. А в случае надобности – звали Багиру. Ей, выпускнице меда, латынь была знакома, хотя и не всегда понятна из-за жуткого акцента ДжоДжо.
С его прозвищем тоже вышла веселая история. Настоящее его имя мало кто из русских мог выговорить, поэтому все называли его просто «Джо» или «негр Джо». Но как-то раз один особенно любопытный докопался до африканца – а как же его на самом деле зовут? Джо? А это имя или фамилия? Имя? А как тогда фамилия? Тоже Джо? Тогда получается он – Джо Джо?
В конце концов, уставший от расспросов африканец разразился какой-то чудовищной фразой, которую даже Багира не смогла перевести, а от его бурной жестикуляции у любопытствующего пропало всякое желание продолжать беседу. Но прозвище всем понравилось и прижилось, с тех пор негра называли Джоджо.
Он не возражал. Вообще, он был достаточно флегматичным и расслабленным по жизни персонажем, его мало что интересовало, кроме мотоциклов, алкоголя и солнца. Но вот жестикуляция у него была очень эмоциональной и картинной, позволяющей понимать, чего он хочет даже без перевода.
Например, когда он заявлялся «на аську» под вечер на каком-то раздолбанном в хлам рыдване и мрачновато бурчал «In me est malo animo. Salve, fervidum vinum» – ему предлагали выпить еще до того, как Багира успевала сказать, что эта фраза значит «Настроение под ноль. Здравствуй, крепкий алкоголь!»