Страница 9 из 76
Найти своё место здесь будет трудно, но не невозможно. В каждом приличного размера городе были спрятаны сокровищницы, где выращивали самые свежие продукты и разделывали лучшее мясо. Чтобы выследить их, потребуется время.
Но сейчас у меня не было ни времени, ни терпения искать лучшее. Сегодня и в ближайшие выходные я буду работать с тем, что смогу найти в супермаркете. И буду молиться, чтобы этого было достаточно.
К тому времени, когда я с покупками вернулась к фургону, было уже за полдень, и летнее солнце палило жарче, чем в аду. На обратно пути к фургону мне пришлось включить кондиционер в своём стареньком "Таурусе", чтобы почувствовать хоть что-то ещё, кроме духоты.
Я припарковала свою машину позади магазина Ванна "Cycle Life", так чтобы больше не занимать стоянку, и принялась разгружать продукты. От стоимости покупок у меня скрутило всё внутри, и не только потому, что мои средства были сильно ограничены, но и потому, что я не получу никакой прибыли от приготовленного сегодня. Это был тестовый прогон. Мне нужно опробовать первые блюда для открытия и решить, какая кухня будет более эстетична для "Гурманки".
К счастью, Ванн был голоден. По крайней мере, я отблагодарю его за вчерашний обед.
В его магазине было на удивление оживлённо для второй половины дня четверга. Если честно, я не понимала, как он остался в бизнесе. Сколько людей нуждалось в деталях для велосипеда на регулярной основе? Но у Ванна всё получалось.
Он бросил колледж и сразу же стал владельцем своего бизнеса. Ну, не прям сразу. Все годы, пока он учился в средней школе, он работал в магазине велосипедов. Магазин был древний и являлся оплотом моего детского окружения. Ванн пошел работать, чтобы заработать дополнительные деньги, но влюбился в спорт, стоило ему только начать. После окончания средней школы он проработал в том магазине ещё несколько лет.
Когда Ванн заговорил об открытии собственного бизнеса, о желании заняться тем же самым делом, только в более модной, перенасыщенной хипстерами части города, папа предложил ему ту же сделку, что и мне. Ванн взял у папы деньги на создание магазина, заполнил пробелы кредитом для бизнеса и, вуаля, родился "Cycle Life".
Поначалу дела у Ванна шли неважно, и в итоге ему пришлось пройти несколько вечерних курсов по управлению бизнесом. Занятия помогли, и к тому же ему удалось купить недвижимость в центре города. С тех пор он медленно создавал себе имя.
Я знала, что он постоянно переживал из-за денег, но он всё равно добился успеха. Просто у него был такой характер, он не мог расслабиться. У него была модная квартира и располагалась рядом с магазином, а в прошлом году он купил почти новую машину, причем за наличные. Может он и не купался в наличных, но он усердно работал. И он был полон решимости заставить своё дело работать.
В принципе, он был моим образцом для подражания во всём, но особенно в вопросе владения небольшим бизнесом. Я надеялась лишь на небольшой кусочек успеха, который ему удалось отхватить.
Я улыбнулась, посмотрев на "Гурманку", неуверенно балансируя сумками с продуктами в одной руке и отпирая дверь другой. Я подтолкнула спускающуюся ступеньку носком сланца и открыла дверь, впуская внутрь немного свежего ветерка.
Она — потому что, очевидно, мой великолепный фургон был девушкой, — выглядела так красиво в солнечном свете, совершенные чистые линии и гладкая поверхность. Я хотела сделать тысячу фотографий и все их разместить в интернете, но я отказалась быть одной из таких раздражающих новоявленных мамочек.
От этой мысли моя улыбка стала ещё шире.
— Привет, детка, — проворковала я ей, размахивая сумками и протискиваясь в узкую дверь.
Я положила свои ингредиенты на пустой прилавок и быстро выгрузила всё, что требовалось хранить в холодильнике или что могло увянуть на палящем зное. Мне надо было сходить за второй партией сумок. Я решила закрыть фургон и на ходу схватила ключи.
Пока я запирала дверь тот же самый звук ворчащего двигателя, который я услышала вчера, пронёсся по площади. Я повернулась и увидела, как стильный мотоцикл петляет в потоке, игнорируя правила дорожного движения и сердитых водителей. Едва уловимое чувство разочарования булькнуло у меня в животе.
Я не всегда следовала правилам, но меня немного раздражало, как Киллиан Куинн просто игнорировал полосы движения, светофоры и пешеходов, которые стояли на его пути. Его лицо было загадкой за гладким чёрным шлемом. Но худощавое тело излучало расслабленное пренебрежение ко всем окружающим. Ему просто было всё равно.
Или, по крайней мере, мне так показалось, пока я наблюдала за ним, как сталкер, прижимаясь к боку "Гурманки".
Двигатель внезапно умолк, достигнув "Лилу". Я вытянула шею, желая посмотреть, как Куинн спрыгивает и снимает шлем, как это было вчера. Он резко повернул голову в мою сторону, словно почувствовал на себе мой взгляд. Вряд ли он меня увидел, но он долго смотрел на мой фургон, полностью сосредоточившись.
Каким он был шефом? Мне было очень интересно. Всё, что я знала о нём, было взглядом со стороны, из блогов о еде и журнальных заметок. Ничего личного. Ничего такого, что не было бы отредактировано и отфильтровано. Я хотела знать, каким он был человеком. Его личность и трудовую этику. Был ли он общительным? Или интроверт? Насколько короток был его запал? Насколько совершенен был его перфекционизм?
Большинство шеф-поваров, которых я знала, были высокомерными и чересчур самоуверенными. В этой отрасли обычно всем приходится быть такими. Если вы не верите в свою еду, никто не погладит вас по голове и не станет убеждать, что вы хороши. Вы либо выходите, широко распахнув врата, либо уходите на задний план.
Это чудовищно конкурентная индустрия, и вам нужно не только убедить своих коллег, что вы чего-то стоите, но и убедить в этом посетителей. И критиков тоже. И блогеров о еде. И персонал, который должен стоять за вами.
И все должны раздавать звёзды. Серьёзные профессионалы отрасли вручают награды и почести. То же самое делают критики в газетах, блогах, журналах и в любом другом интернет-источнике. И ваши клиенты копают на вас с помощью "Yelp"6 и "Zomato"7 — даже у Google теперь есть свои рейтинги коммерческих предприятий с указанием количества звёзд, и рестораны оказались включены в одно из направлений. Каждый человек имеет право осудить вас. Некоторые из них явно более квалифицированными, чем другие, но все они наделены властью. И большинство людей пользовались этой властью. Обоснованно или нет, это не имело значения. Единственное, что имело значение — это то, что попадает в интернет. Таков был мир, в котором мы жили в эти дни.
Не то, чтобы я ожидала, что шеф-повар калибра Киллиана Куинна будет скромным. Но я считала совершенно отвратительным, когда профессиональная уверенность перерастала в сильно преувеличенное высокомерие. И пусть, я ещё не встречалась с прославленным мистером Куинном. Но всё в нём кричало об отвратительном самомнении и агрессивном комплексе превосходства.
Я поняла, что он всё ещё смотрит в мою сторону и что он может видеть меня — наполовину облокотившуюся на бампер фургона и пялящуюся на него. Мы были в нескольких ярдах друг от друга, но мне стало неловко от того, что меня застукали за подглядыванием.
По крайней мере, сегодня он понять, что я девушка. Мои растрёпанные волосы свисали до середины спины, рассерженными непослушными локонами и влажными завитками. На мне была белая футболка, но я заправила её в красные шорты с высокой талией и сланцы с полосатым принтом зебры, зная, что будет жарко в фудтраке при работе с фритюрницей. И после года в Европе мою фигуру невозможно было описать иначе, как пышной.
Я никогда не была худой. Я слишком любила поесть. Я любила хорошую еду. Я даже не могла смириться с мыслью о диете Ванна из зелёных растений и киноа. И поэтому мои бёдра всегда были широкими, да и задница никогда не была плоской, как и грудь никогда не была махонькой или податливой.